«"Новая"* никогда не перестанет нас вдохновлять… Мы — «Новая газета». И нас много»

30 октября «Новая газета» объявила о закрытии: 9 ноября наша редакция покинет дом в Потаповском, в котором прожила почти тридцать лет. В ответ на произвол российских властей — заявления ООН, Нобелевского комитета, организаций по защите прессы и прав человека, а также ведущих мировых газет и агентств, каждые из которых процитировала «заявление «Новой газеты» о прекращении своей жизни». Мы собрали главные слова международной поддержки.

Международные организации

«Я глубоко обеспокоен — и опечален — сегодняшним заявлением уважаемой «Новой газеты»*, известной своей бескомпромиссной независимостью, о том, что ее вынуждают закрыться. Это стало очередным сокрушительным ударом по независимым СМИ, которые еще сохраняются в Российской Федерации», — заявил Верховный комиссар ООН по правам человека Фолькер Тюрк.

Журналисты газеты сталкивались с травлей, судебными исками, угрозами и прямым насилием», — подчеркнул комиссар.

Напомнив, что независимая журналистика в России «уже много лет сталкивается со всё более серьезными ограничениями и давлением» и «после (начала СВО) они значительно усилились», представитель ООН призвал «российские власти прекратить применять меры, препятствующие освещению в СМИ серьезных вопросов, представляющих законный общественный интерес, и обеспечить возможность полноценной и свободной дискуссии, в которой будут представлены самые разные голоса, в том числе в средствах массовой информации и общественном пространстве, в соответствии с международными нормами».

О вкладе редакции в защиту прав человека напомнил и Норвежский Нобелевский комитет, заявив, что «глубоко обеспокоен вынужденным закрытием «Новой газеты» — издания, одним из основателей которого был лауреат Нобелевской премии мира Дмитрий Муратов*, долгие годы возглавлявший газету».

Комитет подчеркнул, что Муратов «был удостоен Нобелевской премии мира в 2021 году за мужественную борьбу за свободу слова в России, которую он вел, прежде всего, посредством «Новой газеты»: «Под его руководством издание, несмотря на серьезные риски для своих журналистов, документировало коррупцию, нарушения прав человека и злоупотребления властью. Таким образом, закрытие «Новой газеты» является также ударом по той деятельности, за которую Муратов был удостоен Нобелевской премии».

«Норвежский Нобелевский комитет выражает солидарность с Дмитрием Муратовым и его коллегами и призывает российские власти прекратить репрессии в отношении независимых СМИ, журналистов и гражданского общества», — также говорится в этом заявлении, которое подписано председателем комитета Йоргеном Ватне Фриднесом.

Призывы прекратить репрессии против независимых СМИ прозвучали и от организаций, защищающих свободу слова.

Международный институт прессы (IPI) заявил, что «глубоко опечален» объявлением о вынужденном закрытии «легендарной российской независимой газеты «Новая газета», назвав происходящее «еще одним символом неослабевающего наступления Кремля на свободу прессы».

«IPI и его международная сеть осуждают систематическую кампанию репрессий, развернутую в последние годы против «Новой газеты» и ее сотрудников, в результате которой у издания не осталось иного выбора, кроме как прекратить работу ради обеспечения безопасности своих журналистов», — добавили в организации.

«Новая газета» занимает особое место в истории российской независимой журналистики, — заявил исполнительный директор IPI Скотт Гриффен. — На протяжении 30 лет газета боролась за то, чтобы предоставлять своим читателям объективную информацию, несмотря на колоссальное давление со стороны властей.

«Новая газета» навсегда останется, прежде всего, символом свободной, плюралистической, независимой и требовательной журналистики. Образцом для журналистской профессии во всем мире», — заявил глава всемирно известной организации по защите репортеров Тибо Брюттен. «Газета была гордостью своей страны, за что режим обрушивал на нее свой гнев на протяжении более трех десятилетий. Но ни одна буря не смогла сломить ее решимость подниматься после каждого удара стихии. «Новая газета» объявляет о прекращении своей деятельности, но она никогда не перестанет нас вдохновлять. Мы — «Новая газета». И нас много», — добавил Брюттен.

Международная федерация журналистов (IFJ) совместно с Европейской федерацией журналистов (EFJ) выразили протест «в связи с прекращением работы «Новой газеты», одного из наиболее уважаемых независимых СМИ страны, после неоднократных актов запугивания и преследования со стороны российских властей».

«30 октября «Новая газета» объявила о том, что закроет свою московскую редакцию после скоординированной кампании репрессий со стороны российских властей и ФСБ. В своем прощальном письме редакция рассказала о том, как власти постепенно лишали газету возможности работать: блокировали ее интернет-ресурсы, конфисковали типографское оборудование, отзывали регистрацию СМИ и препятствовали публикации материалов.

Кампания давления включала также 13-часовой обыск в редакции 9 апреля, во время которого были изъяты компьютеры и документы, а также арест журналиста Олега Ролдугина, которому по обвинению в «незаконном сборе и распространении персональных данных» грозит до шести лет лишения свободы. <…> В сентябре «Новая газета» и более 100 ее журналистов и авторов были внесены в российский реестр «иностранных агентов». 15 октября в рамках расследования также прошел обыск (у главного редактора Сергея Соколова). Впоследствии власти выдали предписание о выселении газеты из ее исторической редакции и отключили систему приема пожертвований, лишив издание последнего оставшегося источника финансирования», — напоминается в заявлении.

Мы полностью солидарны с нашими коллегами из «Новой газеты», которые на протяжении многих лет мужественно привлекали власть имущих к ответственности, несмотря на неоднократные нападения, убийства некоторых своих коллег и многочисленные акты запугивания», — сказал генеральный секретарь Международной федерации журналистов Энтони Белланже.

«Демократия невозможна без привлечения власть имущих к ответственности, и именно этим всегда занималась «Новая газета». Те, кто запугивает, нападает на журналистов или убивает их, не должны оставаться безнаказанными», — добавил Белланже.

«Мы глубоко потрясены тем, что всё закончилось именно так. Более 30 лет журналисты «Новой газеты» выполняли выдающуюся работу в условиях почти немыслимых трудностей: арестов, угроз и убийств своих коллег. Несмотря ни на что, они никогда не отказывались от борьбы за право информировать общество и привлекать власть к ответственности.

Мы решительно осуждаем российское правительство за то, что оно заставило их замолчать. Это чрезвычайно печальный день для России и независимой журналистики», — сказал генеральный секретарь Европейской федерации журналистов Рикардо Гутьеррес.

Выпустили свои заявления ведущие мировые правозащитные организации, цитировать и ссылаться на которые мы, к сожалению, не можем, поскольку это нарушает законы РФ, связанные с цензурой.

Коллеги из других изданий

«Кремль закрывает последнюю свободную газету России» — с таким заголовком вышла газета The Economist, одной из первых давшая новость о нашем закрытии и целиком опубликовавшая заявление редакции «Новой». Цитата из репортажа: «Большое модернистское здание в самом центре Москвы, бывшая типография, на фасаде — скромная вывеска: «Новая газета». Журналисты собирают книги, личные вещи, воспоминания. Шуршит картон, скрипит упаковочный скотч. В редакции высятся коробки — под уличной табличкой «Площадь Политковской», названной в честь Анны Политковской, известной журналистки «Новой газеты», убитой ровно 20 лет назад, в этом месяце.

Молодая сотрудница присаживается рядом с коллегами, которые делают перерыв, просто чтобы еще немного побыть с ними. По коридору катят тележку с фотографиями. «Как будто вся моя жизнь уже прошла», — говорит бухгалтер газеты. Печальная телеоператор снимает последние дни российского независимого издания, дольше всех продержавшегося на плаву…»

Еще цитата: «Дмитрий Муратов, издатель «Новой газеты» и лауреат Нобелевской премии мира, 19 октября направлялся в Париж, чтобы почтить память Анны Политковской, когда узнал, что газету выселяют из здания, которое она занимала на протяжении трех десятилетий. Ее финансовые каналы будут заблокированы вследствие присвоения ей статуса «иностранного агента» — эвфемизма, означающего врага государства. <…> Главного редактора Сергея Соколова задержали и допросили в полиции, а в его квартире провели обыск. <…>

«Закрытие независимой антивоенной газеты в (такой) стране <…> едва ли можно назвать неожиданностью. Удивительно другое: ей удалось продержаться почти пять лет после того, как Владимир Путин начал (***) и превратил Россию в осажденную крепость. Лицензии издания были отозваны, сайт заблокирован, но газета продолжала работать, находя все более изобретательные способы добраться до читателей», — рассказывается в репортаже.

«Журналисты «Новой газеты» разоблачали злоупотребления властей и насилие государства по отношению к собственным гражданам еще со времен войны в Чечне в конце 1990-х годов, которая укрепила власть Путина. Шесть журналистов газеты были убиты, в том числе Политковская. <…> По словам Муратова, (***) рано или поздно должна была стать неизбежной: «Когда внутри страны нарушаются права человека, когда эти нарушения приобретают колоссальные масштабы, когда с людьми внутри страны обращаются как с пылью, насилие неизбежно выплескивается за ее пределы».

Именно «Новая газета» первой сообщила, что в Донбассе в 2014 году воевали не только отдельные отряды сепаратистов, но и регулярная российская армия. Газета первой рассказала, что группировка наемников ЧВК «Вагнер» контролировалась Евгением Пригожиным <…>. На следующий день после того, как Путин отдал приказ <…> в Украину, «Новая газета» вышла на русском и украинском языках с заголовком «Россия. Бомбит. Украину.» <…>. Несколько дней спустя, после того как Кремль криминализировал само слово «война» и ввел фактическую военную цензуру, газета выпустила номер с заголовком на первой полосе «Нет слов», за которым следовали пустые страницы. Когда распространители перестали доставлять газету в киоски, читатели пришли в редакцию и раскупили весь тираж. Онлайн-версия газеты зафиксировала 23 миллиона уникальных пользователей и 94 миллиона просмотров».

«Газета давала своим читателям не только информацию, но и утешение, чувство собственного достоинства — тем, кто выступал против (***), но не хотел уезжать из России.

Обычные москвичи приходили туда, чтобы не чувствовать себя одинокими. «Это было место, где можно было почувствовать себя в нормальном мире <…>», — говорит один из журналистов. The Economist цитирует Муратова:

Среди тех, кто первым опубликовал наше заявление целиком, была и выдающаяся французская газета Le Monde. Коллеги из «Монд», а точнее — из подразделения, ежегодно проводящего Международный фестиваль журналистики, напомним, всего за несколько дней до этого провели в парижском театре Les Abbesses вечер памяти Анны Политковской, на который и пригласили Муратова.

«В марте 2022 года «Новая газета» (изначально выходившая на бумаге три раза в неделю) предпочла временно прекратить публикацию после того, как власти заблокировали ее за несогласие с <…> в Украину. С тех пор издание находило другие способы продолжать существование. <…> Несмотря на запреты и угрозы, Дмитрий Муратов и его команда упорно продолжали публиковаться в других форматах, преимущественно в интернете, а также время от времени выпускали бумажную версию тиражом менее тысячи экземпляров — порога, превышение которого требует регистрации в качестве СМИ. В последние месяцы давление на московскую редакцию, которая с момента основания газеты в 1993 году неустанно расследовала коррупцию, насилие со стороны властей и нарушения прав человека, резко усилилось», — напомнил обозреватель Le Monde Бенжамен Кенель в своем материале под заголовком «Прекращение работы «Новой газеты» стало лебединой песней свободы прессы в России».

«Сегодня в России в тюрьмах находятся более тридцати журналистов, работавших в различных СМИ. Придерживаясь фактов, но проявляя осторожность, неукоснительно соблюдая всё более репрессивные законы и прибегая к растущей самоцензуре, «Новая газета» сумела выжить после 2022 года. Вероятно, этому способствовал международный авторитет Дмитрия Муратова, одного из основателей газеты и лауреата Нобелевской премии мира. Долгое время защитой для издания служила также личность одного из его акционеров — Михаила Горбачева, последнего советского лидера и отца перестройки, умершего 30 августа 2022 года. Однако в октябре 2026 года этих двух моральных авторитетов оказалось недостаточно, чтобы спасти «Новую газету»», — написал Кенель.

О том, как «Новая» существовала после 2022 года, напоминает и британская Financial Times.

«С начала <…> в 2022 году, когда в стране была введена масштабная цензура, «Новая газета» оставалась одним из немногих сохранившихся очагов независимой журналистики в России. Газета была известна своими журналистскими расследованиями коррупции, преступности и военных операций России. <…> Однако законы о военной цензуре сделали такую работу практически невозможной», — напоминает газета, отмечая, как в последние годы давление на нашу редакцию усиливалось, достигнув пика в 2026-м.

Законы о военной цензуре — и то, как редакция их обходила, — подробно описывает британская The Guardian.

«…Хотя «Новая газета» всегда работала вопреки усиливавшимся репрессиям, <…> в Украину в феврале 2022 года сделало независимую журналистику практически невозможной и нанесло сокрушительный удар по российскому медиапространству. «Новая газета» оставалась одним из последних критически настроенных СМИ, продолжавших работать внутри страны».

Еще цитата из статьи The Guardian: «Первой реакцией газеты на *** стал выпуск специального двуязычного русско-украинского номера <…>. Вскоре после этого Кремль ввел драконовские новые законы о цензуре, обязавшие СМИ публиковать исключительно официальную российскую версию происходящего. <…>

К концу марта 2022 года «Новая газета» решила полностью прекратить выпуск печатной версии, однако угрозы и давление только усилились. В апреле того же года Дмитрия Муратова облили красной краской в поезде. В результате пострадало его зрение. По данным американских официальных лиц, нападение было совершено по приказу российских спецслужб. В сентябре того же года у газеты отозвали официальную лицензию, а вскоре после этого заблокировали ее сайт в России.

Журналисты «Новой газеты», давно привыкшие работать во враждебной обстановке, нашли способы обходить запреты. <…>

(Но) в последние месяцы, рассказала (пресс-секретарь редакции) Надежда Прусенкова, давление стало невыносимым. <…>

В октябре арендодатели уведомили сотрудников «Новой газеты», что они должны освободить занимаемые редакцией на протяжении многих лет помещения в центре Москвы до 9 ноября. Редакция десятилетиями была центром работы газеты. В бывшем кабинете убитой журналистки Анны Политковской находится музей ее памяти. По словам Прусенковой, экспонаты музея пока демонтируют и отправят на хранение…»

Ее журналисты продолжали бороться, находя лазейки во всё более репрессивном российском законодательстве.

Но в пятницу утром (30 октября) журналисты «Новой газеты», ведущего независимого издания России, сообщили новость, которую всеми силами пытались предотвратить: «Нас убили», — говорится в их заявлении», — написала газета The New York Times.

В интервью NYT в пятницу Муратов заявил, что ответственность за это несут власти. «Сначала посадили сотрудника, потом объявили газету иностранным агентом, а затем еще сотню человек признали лицами, аффилированными с иностранным агентом, — сказал Муратов, имея в виду российские власти. — Потом пришли с обыском домой к главному редактору, а мы все равно продолжали работать».

«Затем нас выгнали из нашего здания и лишили средств к существованию, — продолжил он. — У нас больше нет ни дома, ни денег. Это не мы приостановили работу — это было целенаправленное уничтожение «Новой газеты» как той части общества, которая выступает за мир против репрессий и ненавидит диктатуру».

«До этого людей лишили возможности проголосовать за единственную антивоенную партию — «Яблоко». Люди хотели безопасным путем, через выборы, выбрать другое будущее, но партию отстранили. «Мы продолжали выражать интересы десятков миллионов людей, которые не хотят умирать за непонятные цели… Теперь, создавая режим личной власти, они добили «Новую газету», — заявил Муратов.

«Российская независимая газета «Новая газета» заявила в пятницу, что сворачивает оставшуюся деятельность после кампании государственного давления. <…> В редакции сотрудники молча складывали вещи в картонные коробки, проходя по комнатам, стены которых были увешаны наградами и фотографиями коллег, убитых за свою профессиональную деятельность», рассказало в своей депеше агентство Reuters. И тоже процитировало Муратова: «Мы представляем интересы огромной части общества, выступавшей против *** и кровопролития. Именно поэтому с нами сейчас поступают так, как поступают».

«Теперь нас действительно убили. Это означает, что речь идет не о приостановке деятельности, а о закрытии», — заявил агентству главред Соколов: «Мы похоронили наших друзей, похоронили наши надежды. Мы видели всё, что происходило, и старались как можно точнее рассказывать об этом нашим читателям и всем остальным».

«Самая известная независимая газета России «Новая газета» в пятницу объявила о закрытии после более чем трех десятилетий работы, возложив ответственность за это на непрекращающееся давление со стороны властей», — написало агентство Associated Press, подчеркнув, что «Новая газета» давно была костью в горле Кремля», а «шесть ее журналистов были убиты, в том числе Анна Политковская, освещавшая зверства во время второй чеченской войны в начале первого президентского срока Владимира Путина».

— написало агентство France-Presse, напомнив о том, что «эта кампания ускорилась после того, как в 2022 году Кремль ввел войска на территорию соседней страны» и «с тех пор газета, долгое время считавшаяся оплотом независимой журналистики, лишилась лицензии СМИ».

Бывший главный редактор газеты, лауреат Нобелевской премии мира Дмитрий Муратов заявил AFP, что закрытие «Новой газеты» является частью «гигантской военной кампании», которую ведет Кремль.

«Мы — непримиримые противники *** во всех ее проявлениях. И мы — элемент, который (власть) непременно должна уничтожить», — добавил он.

Из соображений безопасности бывший главный редактор отказался раскрыть планы своей команды, чтобы не предоставить российским спецслужбам новую цель для «уничтожения».

«На мой взгляд, мы являемся частью процесса, который сейчас происходит по всей России» и направлен на демонтаж последних демократических завоеваний», — продолжил Муратов.

Российская Конституция, принятая в 1993 году после распада СССР, «запрещает цензуру, тогда как все свободные и независимые СМИ в нашей стране уничтожены», напомнил журналист.

Он добавил, что российская Конституция также провозглашает, что «права человека имеют первостепенное значение, но <…> мы наблюдаем репрессии», в ходе которых оппозиционные партии запрещаются, а сотни людей «оказываются в заключении за свои убеждения».

«Конституция фактически утратила силу», — подчеркнул он. <…>».

Коллега с Би-би-си Стив Розенберг сделал видеорепортаж из редакции. На кадрах: сбор вещей в Потаповском, опустевший кабинет Анны Политковской: музей уже разобран, ничего не осталось…

«Убийство может происходить разными способами. Они выбрали способ убийства, который называется удушение», — говорит гуляющий по коридорам Муратов, напоминая, как власть в последние месяцы всё туже сжимала руки на «горле» редакции.

* Признан минюстом РФ «иноагентом».