Сюжеты · Общество

Здравствуй, оружие?

Тысячи граждан вступают в отряды теробороны Израиля: пенсионеры, отставные военные, бывшие резервисты, полицейские. Кто их готовит и вооружает?

Елена Шафран, специально для «Новой», Израиль

Тренировка добровольцев, призванных полицией Израиля. Фото: Елена Шафран 

62 бутылки с зажигательной смесью были изъяты полицией северного округа Израиля у двух местных жителей Мирослава Турка (23 года) из Хайфы и Натаниэля Коэна (27 лет) из пригорода Кирьят Хаим. Молодым людям предъявлено обвинение в производстве и хранении оружия. В обвинительном заключении указано: подсудимые являются членами группы INF North District (Северное крыло объединения «Израильская национальная оборона»), которая представляет собой «систему национальной безопасности на случай насильственного развития событий в городах государства Израиль». «Группа, — говорится в полицейских отчетах, — с начала войны занимается вербовкой людей и сбором пожертвований, а также тренировками и обучением приемам рукопашного боя, владения оружием и тактическим приемам обороны в чрезвычайных ситуациях».

Кирьят Ям — тишайший городок на берегу моря, пригород Хайфы. Сбор был объявлен к девяти вечера. На освещенной двумя фонарями спортивной площадке десятка два парней в спортивных костюмах, одна женщина средних лет и я. Мы ждем Дениса Десятника, командира INF North District, человека, известного далеко за пределами Хайфы и даже Израиля, за которым тянется шлейф слухов, домыслов и легенд.

Сценарию его жизни позавидовал бы Голливуд. 46-летний профессиональный спецназовец. После репатриации в Израиль из Узбекистана в 1996 году служил в погранвойсках ЦАХАЛ, затем в спецподразделениях разведки, частей командос, специального формирования полиции ЯСАМ, был телохранителем известного криминального авторитета. Владеет техниками крав-мага (разработанная в Израиле военная система рукопашного боя с акцентом на быстрой нейтрализации угрозы жизни), бокса, вольной борьбы. Был в Украине.

Денис Десятник — руководитель движения территориальной обороны INF. Фото: Елена Шафран 

На следующий день после террористической атаки на Израиль 7 октября организовал INF, в рядах которого уже более 2000 человек.

В любом случае Денис привлекает внимание: тату племени маори на лице и бельгийская овчарка по кличке Нетц, ловящая каждый жест хозяина и готовая бросится на его защиту в любую минуту. Собака тренируется вместе с будущими бойцами. После короткого инструктажа — пробежка, а дальше — спарринг, бокс, крав-мага.

— Нас застали врасплох, — говорит Денис. — Мы не были готовы к полномасштабной войне. И мы еще не знаем, чем это обернется и что будет дальше.

— Твой прогноз?

— Я готовлюсь к худшему развитию событий, поэтому и организовал это движение.

— Не слишком ли много гибнет сегодня солдат в Газе?

— Когда воюют две стороны, не бывает так, что одна сторона несет потери, а другая — нет. И при неблагоприятном развитии ситуации у нас будут заканчиваться не только снаряды, но и люди. И не дай бог придется воевать за свой дом, а воевать будет некому.

— Ты считаешь, что ситуация 7 октября может повториться?

— Я очень хочу, чтобы этого не случилось. 

У меня самого пятеро детей, и мне очень важно, чтобы был мир и порядок. Но мы готовимся к худшему. Наше правительство официально объявило войну.

Вышел премьер-министр и заявил: «Мы находимся в состоянии войны». Если идет война, значит, существует угроза. Армия ведет боевые действия на юге и на севере. ХАМАС продолжает ракетные обстрелы Израиля.

Рассуждаем дальше: у нас в стране проживает 2 000 000 арабов. Из них 1 000 000 — женщины и дети. 500 000 арабов за Израиль — они служат в полиции, в армии. Возьмем еще 200 000 — нейтральные, их вообще ничего не волнует. Остаются 300 000, которые поддерживают Палестину и живут внутри страны.

— Ну, эти цифры все-таки приблизительные.

— Цифры приблизительные, но есть разведывательная информация, что у этих трехсот тысяч огромное количество оружия на руках. 7 октября мы все стали свидетелями того, что ни полиция, ни армия с угрозой не справились. Поэтому я готовлюсь защищать свою семью, свой город, свою страну.

— Ты не собираешься вывозить семью?

— Не собираюсь. Это моя страна. Здесь родились мои дети. Я буду бороться.

— Что можешь сказать про твоих ребят, которых взяли с коктейлями Молотова?

— Если будут такие же беспорядки, как на юге, если террористы будут резать людей, тогда любые средства хороши. Тогда готовьте бутылки с зажигательной смесью, берите ножи, дубины. Но сейчас-то зачем?! Из-за паники люди делают глупости. Они вооружаются, покупают нелегальное оружие. Вот до коктейлей Молотова додумались. Я же не могу за всеми уследить. У меня почти две тысячи человек в подчинении. Я всем говорю: ничего незаконного мы делать не будем. Мы будем работать вместе с полицией, со службой безопасности, со службой тыла.

С начала войны подано более 236 тысяч новых заявок на получение лицензии на оружие — приблизительно вдвое больше, чем за последние 20 лет. После 7 октября выдано 31 048 разрешений на оружие. Более 18 тысяч граждан воспользовались этим разрешением. Это связано с введением упрощенной процедуры получения лицензии, которая значительно расширила круг лиц, имеющих право на ношение оружия.

Фото: AP / TASS

— Не может ли упрощенная процедура получения оружия сработать в обратную сторону и стать угрозой для общества?

— С одной стороны, надо дать возможность людям защитить себя и свои семьи и раздать оружие. А с другой — не каждому человеку можно доверить оружие, если даже у него где-то записано, что он не привлекался к уголовной ответственности и служил в армии. Он все равно может не дружить с головой. Ты в курсе, что те, кто подает заявку на получение оружия, собеседование проходят по телефону?

— То есть?

— Да, берешь справку у семейного врача, что здоров. Заполняешь заявку онлайн и, если соответствуешь определенным категориям, получаешь оружие по упрощенной процедуре.

— А какие это категории?

— Это те, кто служил, те, кто прошел курс молодого бойца, кто живет на приграничных территориях, — все они имеют право получить оружие. Раньше они этого права не имели.

— А я могу получить оружие?

— Ты служила в армии?

— Нет и ни разу не стреляла.

— Если ты жила или работала в каком-нибудь поселении рядом с Газой или где-то на севере на границе с Ливаном, то теоретически можешь пройти курсы, пострелять и получить оружие.

— А в Хайфе не могу?

— Ну, если у тебя свой обменник или тебе надо что-то охранять.

— Надо — себя.

— Нет, это не пройдет. И я считаю, что справка должна быть не от семейного врача, а от психиатра, потому что людей неадекватных много.

— Какие виды оружия выдают?

— Пистолеты — «Беретты», «Глоки».

— Какой самый популярный?

— Самый популярный австрийский «Глок». Потом идет «Зиг Зауэр», неплохой пистолет, он на вооружении американской армии. Есть «Кехлер и Кох».

Не менее 10 женщин Израиля ежегодно погибают от рук своих сожителей. 50% убийств совершается из огнестрельного оружия. С целью предотвращения домашнего насилия и угрозы жизни государство Израиль открыло специальную горячую линию для женщин, чьи партнеры подают заявки на получение оружия по облегченной процедуре. С начала войны было подано 18 запросов на оценку риска, что в три раза превышает прошлогодний показатель.

— А арабам выдают оружие?

— Выдают. 

Многие арабы работают в сфере безопасности, в охранных фирмах. Мы же вооружаемся сейчас не против арабов. Мы вооружаемся против терроризма. Есть арабские врачи, которые лечат солдат после фронтовых ранений. Они спасают им жизни.

— Ты говоришь по-арабски?

— Частично понимаю. У меня вообще нормальные отношения с арабами. Я сам принял ислам в 2016 году.

— Серьезно? Зачем?

— Захотел. Да, мои родители евреи, но я так решил для себя. Ислам — религия добра и любви. Просто многие неправильно понимают Коран.

— Не боишься потерять популярность среди своих бойцов?

— Нет, не боюсь. Многие это знают. У меня в движении есть и арабы, и бедуины. Пойми, я не против религий. Я против терроризма и этих нелюдей. Нормальный человек не позволит себе резать, насиловать, жечь людей. Мы не против арабов. Но против тех, кто поддерживает зверства. Я израильтянин, и неважно, какого я вероисповедания, да хоть буддист. Когда играет гимн Израиля, у меня сердце закипает, потому что это гимн моей страны.

За неделю создано 50 новых резервных отрядов обороны в Кирьят-Моцкине, Нагарии, Рош-Пине, Хацор-ха-Галилите и Араде. По всей стране проходят обучение и действуют 496 резервных бригад в сельской местности и 15 отрядов в городах. Министерство национальной безопасности закупило и раздало 4700 штурмовых винтовок. Проводятся сотни новых резервных тренингов с участием тысяч полицейских-добровольцев, которые сами войдут в бригады обороны, получат армейское оружие и защитное снаряжение. Заводы по изготовлению оружия и снаряжения в Израиле и за границей получили дополнительные заказы на тысячи единиц боевого оружия и разместили заказы на дополнительные поставки штурмовых винтовок из-за границы.

Денис Десятник с бельгийской овчаркой по кличке Нетц. Фото: Елена Шафран

— Почему ты вернулся в Израиль из Украины?

— Мне закрыли въезд в Украину. В медиапространстве там обо мне многие знают. Не понравилось, что говорил о коррупции, о том, что гуманитарная помощь разворовывается. Ну и кому-то я стал неуместен за то, что сказал, что рано или поздно все равно будут переговоры… Потому что по-другому (…) не остановить. Ну и начали писать против меня всякую ерунду, будто я работаю на израильские спецслужбы. И СБУ закрыла мне въезд в Украину до 26-го года.

— Когда ты туда попал? Зачем ты туда поехал?

— В Украину я попал 25 февраля [2022 года]. Мне позвонил один мой друг, кстати, араб. И я поехал помочь ему выехать с территории Украины и заодно думал убедить родителей своей жены (они тоже с Украины) уехать со мной. 25 февраля я уже был на территории Польши. Путь был непростой. Огромные очереди на границе на выезд. 

А в Украину никто не хотел меня брать. Все ехали в обратную сторону. Восемь часов я шел пешком в сторону Львова по холоду, под снегом с дождем. Ночью кое-как поймал попутку. Из Львова я ехал уже в поезде на Киев. И когда добрался, там уже шли бои. Я вывез друга и вернулся.

— То, что на твоих глазах происходило в Украине, похоже на то, что происходит сейчас в Израиле?

  • — Во-первых, люди стали ближе друг к другу. Пытаются собраться, быть вместе, а не каждый сам по себе. 
  • Во-вторых, оказалось, что одна из самых сильных армий мира — израильская — не так уж и оснащена бронежилетами, касками и всем остальным. То же самое было в Украине.

Министерство обороны и ЦАХАЛ заявили о начале раздачи оружия и экипировки отрядам теробороны в приграничных поселках. Экипировка включает керамические жилеты, каски и медицинское оборудование.

Депутат Кнессета Йоав Сегловиц от партии «Еш Атид» призывал возбудить уголовное дело против министра национальной безопасности Итамара Бен Гвира, инициировавшего закон об облегченной процедуре получения лицензии на оружие. «Израиль вооружается — это безумие», — заявил он.

— Армия, спецназ, полиция — как с таким послужным списком ты попал в телохранители к известному израильскому криминальному авторитету Амиру Мульнеру?

— Мы жили по соседству. Он узнал, что я боксер, и попросил потренировать. А потом нанял меня личным телохранителем. Да я недолго у него служил. Денег для семьи заработал. Когда ушел, открыл свой фитнес-центр. Но началась пандемия коронавируса.

— А что означает тату на твоем лице?

— Это татуировка племени маори. Ее делали бойцы и воины.

— Ты ощущаешь себя воином?

— Да, я воин. Поэтому со мной было тяжело и первой жене, и второй. Я все время где-то воюю. Характер такой. Не сидится тихо-спокойно.

— А когда ты вступаешь в бой не на войне, а в жизни?

— Когда обижают женщину, я обязательно заступлюсь. Для меня женщины — всегда слабый пол, который нужно защищать. Если обижают ребенка, и неважно за что, я тоже обязательно заступлюсь, не могу просто пройти мимо.

— Ты учишь людей преодолевать страх. Как научиться не бояться?

— Сначала надо понять, что страх — это нормально. Каждый человек боится. Я тоже боюсь. Просто надо иметь холодную голову и не впадать в панику. А вот этому нужно обучаться, тренироваться и держать себя постоянно в форме. Перед тем как я выходил на любой бой, я тоже переживал. Это сравнимо с боксерским спаррингом: ты точно выполняешь то, чему тебя учили. Ты просто работаешь интуитивно — как робот: отключаешь эмоции и все страхи. Да, после боя очень часто бывает так, что оцениваешь ситуацию и понимаешь, насколько это было опасно, особенно, когда есть потери, когда друзья умирают.

Моя переоценка ценностей произошла, когда я в бою потерял близких друзей. Я видел смерть, и мои жизненные ценности теперь другие.

— Например?

— Мир материален. Телефоны машины еще что-то. Мне это вообще неважно. 

Я просто живу, а жизнь может закончиться непредвиденно. Вот 7 октября пошли дети на вечеринку потанцевать. Никто не думал, что в этот день для них окончится жизнь.

Никто не думал, что так зверски с ними поступят, отрежут головы, сожгут. И не может быть, чтобы Бог допустил, что их больше нет. Я считаю, что они перешли в другой мир. И Бог им дал только самое лучшее на том свете. А вот подонков, которые убивали и истязали, сколько бы раз в день они ни молились, ждет самая жестокая кара.

Израиль