Защитник Бога баллончиком

По паспорту нашего героя зовут Алексей Сергеевич Кульберг, он родился в сентябре 1972 года в подмосковном военном городке Мещерино-1 под Ступино, окончил поселковую школу и пошел по стопам родителей — военных радиоинженеров. В открытых источниках трудно найти информацию о его семье, сам митрополит вспоминал лишь, что в школе «любил подраться». Об аскетическом быте военного городка говорит с ностальгией: «Была здоровая спортивная среда, занимались всеми возможными видами спорта». Окончив в 1995-м РадиоВТУЗ при Московском авиационном институте, будущий митрополит устроился инженером в ЦНИРТИ имени А.И. Берга в Москве, специализирующийся на военных системах РЭБ. Одновременно создал собственную компьютерную фирму, стал прихожанином, а в 1993 году — алтарником храма Святого Николая в Пыжах, с 1995-го заочно учился в Свято-Тихоновском богословском институте.

Яркая личность настоятеля, о. Александра Шаргунова, сделала храм в Пыжах центром апокалиптического фундаментализма. При храме размещался комитет «За нравственное возрождение Отечества», сотрудничавший с КПРФ, издавался альманах «Антихрист в Москве». По учению Шаргунова-старшего, демократия развращает народ, готовя почву для пришествия Антихриста, а вот тоталитарные системы (те же коммунисты) придают значение общественной морали. В его построениях (в книгах «Православная монархия и Новый мировой порядок» и «Последнее оружие») особое место занимает антисемитизм: миром правит «тайный Синедрион», а Антихрист родится в еврейском колене Дановом. Из-за антисемитских проповедей Шаргунова главред волгоградской газеты «Русь благословенная» получил в 2007 году предупреждение Росохранкультуры.

При храме в Пыжах окормлялась соответствующая паства: так, в 2005-м о. Александр вручил патриаршую медаль издателю журнала «Русский набат» (бывшая «Черная сотня») Александру Штильмарку. По воспоминаниям соратников, в его организацию в 90-е входил Алексей Кульберг, хотя в официальных биографиях иерарха этого факта нет. «Черная сотня» существует в Москве и по сей день, редуцировавшись до издательства и сети магазинов «Листва». Его радикальная литература не внесена в списки экстремистской, а символика не запрещена, хоть и до боли напоминает нацистскую.

Впервые фамилия Кульберга появляется в 1998 году под заявлением с обвинением правительства Москвы в создании условий для акции «Юный безбожник» в Манеже, где Авдей Тер-Оганьян рубил перед публикой иконы софринского производства.

Событие, ставшее «осевым» в биографии митрополита Евгения, случилось в Крещенский сочельник, 18 января 2003 года. До сих пор он отмечает его годовщины. Как вспоминает сам владыка, в храм в Пыжах кто-то принес газету с фотографиями выставки «Осторожно, религия!», открывшейся четырьмя днями ранее в Сахаровском центре. Алтарники «решили: поехали, посмотрим». Взяли благословение у о. Александра, «а дальше уже действовали по ситуации. Когда увидели средоточие этого зла — в какой угол ни сунешься, везде надругательство, везде кощунство, — поняли, что здесь не шутят… Захотелось защитить Бога». В машине Кульберга оказался баллончик с краской — он и стал орудием «защиты»: на экспонаты алтарники нанесли разные надписи. Погромщиков задержала милиция, но дело о хулиганстве скоро закрыли. Напротив, возбудили, пожалуй, первое в новейшей истории России дело о «чувствах верующих» против организаторов выставки: директора Сахаровского центра Юрия Самодурова, арт-директора и куратора…

Карьера после погрома

Став ревнителем православия, Алексей Кульберг в начале 2004 года принимается архиепископом Кириллом (Наконечным) в клир Ярославской епархии и без вступления в брак или пострижения в монашество (что вообще-то противоречит традиции) рукополагается в сан священника. Его первый приход располагался в пригородном селе Великое, где молодой священник развил бурную деятельность: отреставрировал храм, создал детский центр, запустил издание газеты… Спустя три года он возглавил епархиальный отдел религиозного образования, стал духовником гимназии и настоятелем Сретенского храма в Ярославле. Местным учителям запомнился трогательный момент, когда в процессе внедрения в школы «Основ православной культуры» (предмет был добровольным, и от учителей зависело согласие родителей) батюшка организовал им паломничество в Иерусалим.

За успехи в ОПКизации Ярославщины о. Алексея Кульберга возвели в сан протоиерея.

В какой-то момент патриарх отправил Кирилла (Наконечного) подальше от Москвы — в Екатеринбург, куда за ним последовал и наш герой. Кульберг получил в свое распоряжение только что отстроенный храм «Большой Златоуст» и возглавил епархиальные отделы религиозного образования и по взаимоотношениям с обществом и СМИ. В этом качестве он запомнился кампаниями против гастролей польской рок-группы Behemoth и в поддержку радикального движения Дмитрия Энтео «Божья воля», разгромившего очередную «безбожную» выставку в Манеже. «Это понятная гражданская позиция, — комментировал погром Кульберг. — Люди действовали по наитию».

Только в 2014-м, спустя почти 20 лет после поступления в Свято-Тихоновский институт, о. Алексей Кульберг получил диплом о духовном образовании — уже в Екатеринбургской семинарии. А спустя еще два года, летом 2016-го, был избран викарным епископом с титулом «Среднеуральский» и наконец принял монашеский постриг — имя Евгений ему дали в честь врача Евгения Боткина, расстрелянного вместе с царской семьей в подвале Ипатьевского дома.

Первый скандал уже в новом сане был связан с «делом покемонов» — когда Екатеринбургская епархия поддержала осуждение блогера Руслана Соколовского за компьютерную игру в Храме на Крови. Вполне в духе патриаршего «простить было бы некорректно» Евгений заявлял, что его «не впечатляют» извинения Соколовского — и блогер получил условный срок. Побочной жертвой дела стал православный профессор Алексей Мосин — преподаватель епархиального Миссионерского института, который заступился за блогера в духе евангельского всепрощения — его уволили и внесли в негласный черный список. Молодой епископ подключился и к борьбе с фильмом Алексея Учителя «Матильда», который якобы оскорблял святость Николая II. По России тогда прокатилась волна поджогов кинотеатров, и фильм не вышел в широкий прокат. Принципы светского государства и отделения культуры от церкви неприемлемы для нашего героя:

Первоначальный титул епископа Евгения вызывает ассоциации со Среднеуральским монастырем старца Сергия (Романова), бывшего уголовника, а ныне отбывающего наказание за «возбуждение ненависти и вражды». Построенный Сергием с нуля монастырь оказался самым успешным бизнес-проектом РПЦ на Урале с хорошей чиновничьей и силовой крышей (духовными чадами лидера «царебожников» называли себя Наталья Поклонская, Мария Шукшина, Павел Дацюк, люди из ближайшего окружения Виктора Золотова). Субкультура, построенная вокруг монастыря, производила впечатление секты, но именно оттуда епархия черпала основной доход — тому же Евгению Сергий подарил солидную «Тойоту». Со своей стороны, Среднеуральский епископ прикрывал старца во время медиаскандалов — например, после того как дети, приехавшие на экскурсию в монастырь, стали свидетелями сцен «беснования» одержимых во время экзорцизма. «Главное, о чем надо сказать, — это то, что из храма выходят уже нормальные люди», — заявил Евгений, отказавшись давать показания против Сергия. На одном из судов он называл старца очень деятельным человеком, который брал на себя ответственность и исполнял обещанное. Только в конце 2020-го, уже будучи митрополитом Екатеринбургским, Евгений изменил позицию по указанию сверху — не потому, что пересмотрел отношение к Сергию, а потому что власть не ошибается. В послании по случаю силового изгнания обитателей Среднеуральского монастыря и ареста Сергия он цитировал апостола Павла:

По данным Ura.Ru, после разгона Среднеуральского монастыря доходы епархии резко упали, и Евгений поднял обязательные взносы приходов — для некоторых они оказались непосильными.

«Федеральная» карьера Евгения стартовала в марте 2020-го, когда он был назначен зампредом синодального Отдела религиозного образования и катехизации (ОРОК). Уже в августе патриарх сделал его своим викарием, наместником Донского монастыря в Москве и председателем ОРОК, а затем и Екатеринбургским митрополитом. Нынешний предстоятель РПЦ очень часто меняет глав синодальных отделов, и тот факт, что Евгений занимает пост уже шесть лет, свидетельствует об особой симпатии патриарха. В своем последнем большом предвоенном интервью председатель ОРОК в меру ругает молодежь, которая утонула в гаджетах, «паки и паки» призывая к внедрению госидеологии. Не хочет молодежь в рай добровольно — государство поведет туда силой…

Символ веры эпохи СВО

Будучи монахом, Евгений, как это вообще принято сейчас в РПЦ, хорошо разбирается в нюансах биоэтики и в правилах построения крепкой семьи. Главные вызовы в этой сфере он перечисляет так: «Ювенальная юстиция, однополые браки, эвтаназия, аборты». Все это абсолютно недопустимо. Работая главным по образованию еще в Ярославской епархии, он призывал запретить презервативы, чтобы люди не уходили «от ответственности, связанной со вступлением в интимные отношения». По учению Евгения, СПИД «не опасен для целомудренных супругов, он поражает в первую очередь блудников». Отказ от контрацепции ведет к многодетности, которая ребром ставит вопрос о другой «традиционной ценности» — физическом наказании детей.

В первые дни СВО Екатеринбургский владыка поместил в своем телеграм-канале по-своему сентиментальный ролик, призывающий к сочувствию Путину. Фразы «Представляете, как ему сейчас тяжело?»; «Эта *** развязана не им»; «Ради великого будущего России» проплывали на фоне кадров «страданий жителей Донбасса». Евгений сообщал: в большинстве записок с именами для молитв, подаваемых в храмах его епархии, значится Владимир Владимирович. Иерарх активно поддержал частичную мобилизацию осенью 2022-го, призвав прекратить «бессмысленные и панические метания». Его проповеди стали напоминать характерную путинскую риторику: «Мы все умрем. Но не все проживем жизнь. Некоторые, даже прожив сто лет, так и не узнают, что такое жизнь». По Евгению, руководство РФ все делает правильно,

Перед открытием екатеринбургского аттракциона «Труба» митрополит высказал уверенность в том, что любой мальчишка в России стремится «оказаться на передовой». При этом, когда случился секс-скандал с личным помощником Евгения священником Даниилом Сидоровым, попытавшимся изнасиловать девушку, митрополит трактовал его отправку в войска после ареста как наказание — «покаяние через ратный труд». Разумеется, как во всей РПЦ, клирики, семинаристы и работники его епархии (если они не проштрафились) имеют железную бронь от мобилизации. Пастыри ведь не должны разделять участь своего стада?

Наверное, разные иерархии РПЦ имеют разные пропорции искренности и цинизма, но всех их объединяет «религиозное», мистическое восприятие СВО. Открывая «Трубу», Евгений уподобил действия солдат ВС РФ Воскресению Христа, то есть победе над смертью: они «сломали иглу и одержали победу». Враги Воскресения в его оптике — не только украинцы (между прочим, в основном православные), но и мигранты, заполонившие Россию. Им посвящено пасхальное послание митрополита 2025 года: «Беспрестанным многотысячным потоком едут люди, для которых Святая Русь Воскресшего Христа, это пережиток… Многие из них едут не для того, чтобы жить с нами, а чтобы жить вместо нас».

* Внесен властями РФ в реестр «иноагентов».