Оно просто прилетает

Наступила осень, и пришла пора разобраться в том, как отложилась в общественном сознании главная тема сезона. Тема, которая теперь, похоже, с нами надолго: прилеты.

Само это слово (прилет, разг., эвф. — попадание одиночного артиллерийского снаряда, ракеты или барражирующего боеприпаса), которое относительно редко встречалось в гражданском русском языке еще год назад, стало теперь практически повсеместно обыденным. Раньше его можно было услышать в основном в приграничных регионах: в Белгородской, Курской, Брянской, Ростовской областях и на Кубани. Теперь им бодро оперируют в маршрутках Перми, в домовых чатах Самары, в подмосковных электричках, в очередях за яблоками на рынках Ленинградской области и так далее. Чаще всего речь идет о прилетах трех типов: по чему-то промышленному или военному, по жилым домам и по всему, связанному с нефтью, бензином и дизелем.

Сочетание участившихся с весны прилетов с резким и ощутимым дефицитом топлива взбудоражило не только общество. Не быстро, но решительно власть тоже занялась этим вопросом. Нет, не направила расчеты ПВО к каждому нефтеперерабатывающему заводу или нефтебазе (откуда их столько возьмется?). К концу августа, когда все уже постояли в очередях на заправках и когда некоторые НПЗ уже успели по паре починиться после попаданий и пожаров, был подписан президентский указ номер 604, согласно которому правительство по поручению президента может ввести временное управление любым объектом критической инфраструктуры, если его собственник (организация или физлицо) не принимает меры по обеспечению его безопасности или недостаточно эффективно осуществляет мероприятия, направленные на пресечение угроз нападения с использованием БПЛА, а также не слишком быстро восстанавливает такой объект. Под критическую инфраструктуру по тексту указа попадает практически всё, что имеется в сфере отечественной экономики и промышленности, а забрать во временное управление могут не только сами объекты, но и любое имущество их собственников. Но это так, просто к слову пришлось.

На практике это означает, что все владельцы всего промышленного в стране должны метнуться и организовать себе либо круглосуточную частную противовоздушную охрану (где брать на это соответствующее вооружение и специально обученных людей, они должны придумать на бегу), либо соорудить над своими объектами прочные защитные сетки-купола, которые то ли помогут, то ли нет. Так или иначе, они должны быстро и весьма серьезно вложиться деньгами. Иначе никак. А понесенные расходы потом ловко переложить на потребителей, то есть нас всех, добавив их в цену своих товаров и услуг.

Тем временем прилеты никуда не деваются, прилетает куда-нибудь ежедневно и еженощно. Поэтому наша Лаборатория будущего решила узнать, а что думают про всю эту историю люди. Начать мы решили как раз с объектов нефтепереработки. Вопрос мы сформулировали так:

Надо сказать, что на этот вопрос практически у всех нашелся ответ: затруднившихся с ним оказалось всего 14%. И — какая неожиданность! — меньше всего ответственными наши респонденты сочли как раз владельцев НПЗ. Этот вариант ответа набрал всего 10% голосов. Чаще всего его выбирали рабочие, учащиеся и сибиряки. Видимо, не очень любят капиталистов. Но в целом, похоже, россияне не склонны их в чем-то винить.

Второе с конца место с 13% голосов занял вариант, возлагающий ответственность на тех, кто «не смог обеспечить безопасность критической инфраструктуры страны». Любопытно, что наибольшее число голосов он набрал у руководителей разного уровня и у госслужащих. А еще у жителей Урала и Поволжья.

А дальше (с солидным, более чуть двукратным отрывом) относительно естественным образом обнаруживается ответ, согласно которому основная вина лежит на украинской стороне, и, в частности, на ВСУ, которые целенаправленно бьют по предприятиям критической инфраструктуры, — 29%. Тут обнаружилось редкостное единодушие с небольшим преобладанием этого варианта среди все тех же госслужащих: людей младшего среднего возраста, обеспеченных людей и москвичей. И с огромным преобладанием среди жителей Северо-Запада — у них он набрал аж 38%!

Вот 30% нашли и указали на главных виновников всего. Больше других этой точки зрения придерживаются пожилые и очень пожилые люди, женщины, опять же руководители и жители Дальнего Востока. Вот с ними не очень понятно, но к ним как раз прилетает не так часто, и, возможно, они еще не до конца разглядели всю эту ситуацию, так сказать, вблизи.

А так да: бензина на ближайшей заправке нет — виноваты Рютте с Писториусом, потому что «а чего они?». И совершенно не надо вдумываться, потому что вот он, извечный враг — зловредный Запад, поэтому всё это из конкретной проблемы, которую надо бы по уму решать какими-то там переговорами и, страшно сказать, компромиссами и уступками, превращается в элемент судьбоносного глобального противостояния. Глобального и вечного, и оттого смахивающего на неизбежность.

Владельцев НПЗ можно указом, из-под палки заставить что-то как-то защищать. С украинцами ничего не поделаешь, но тут как бы всё понятно: мы пуляем туда, они пуляют сюда, и всё вроде как в относительно понятных рамках принципа à la guerre comme à la guerre. С НАТО же всё как с могущественными темными силами в страшных сказках и фильмах: они просто есть, и они точно против нас. Просто по факту своего существования.

Но самый «восхитительный» вариант ответа нашелся там, где собрались авторские варианты ответов, в разделе «Другое», набравшем пять процентов голосов. Да, многие респонденты не удовлетворились предложенными опциями и озвучили свои. В основном там можно было обнаружить отечественную власть в самых разных ее формах: правительство, государство, Кремль, президент, президент по имени, президент вместе с политиками и неким своим «советом», а еще спецслужбы.

…И версию — все. Видимо, в том смысле, что виноваты все оптом: от Трампа до наводчиков установок «Панцирь».

Но один ответ стоял особняком: стечение обстоятельств.

И не поспоришь. Действительно, видимо, просто звезды так сошлись, что к исходу пятого года военного противостояния смертоносный металл (вдруг) стал валиться россиянам на голову. А если это про обстоятельства, если про звезды, если про безликое НАТО, которое для обычного человека живет как раз где-то рядом с темным лесом обстоятельств, то ничего тут не поделаешь. Вопросов не задаем, ничего не требуем, а если требуем, то шепотом. А потом извиняемся. Пожимаем плечами, живем дальше.

соцвопрос

Кто кого виноватит?

Всё более чувствительными становятся результаты ударов украинских беспилотников по тому, что в недавнем президентском указе названо «объектами критической инфраструктуры». Указ, как отмечают специалисты, означает, что могут быть взяты под госуправление практически любые объекты «критической инфраструктуры», если они пострадали от атак, а собственники не приняли достаточных мер для их защиты. Указ родил много вопросов в среде владельцев таких предприятий. А Лаборатория будущего «Новой газеты»* и «Левада-центр»* в этой связи решили задать российскому населению такой вопрос:

Тема оказалась важной для публики, более 80% из тех, к кому обращались интервьюеры, выразили свое мнение на этот счет.

Исследователи предложили четыре варианта ответов на названный вопрос. (5% предложили собственные версии). Вот эти предлагавшиеся респондентам варианты ответов про то, на ком лежит ответственность:

1. На тех, кто не смог обеспечить безопасность критической инфраструктуры страны.

2. На владельцах НПЗ, которые не смогли обеспечить безопасность / не захотели вкладываться в защиту своих предприятий.

3. На украинской стороне / ВСУ, которые целенаправленно бьют по предприятиям критической инфраструктуры.

4. На странах НАТО, снабжающих украинскую сторону оружием и разведданными.

Результаты опроса выглядели так: чуть менее четверти опрошенных выбрали первый либо второй варианты ответов, основная дискуссия развернулась вокруг ответов третьего и четвертого, в ней приняли участие около 60%.

Это и понятно, по сути дела, здесь речь шла о самом кардинальном вопросе: с кем Россия находится в вооруженном конфликте, кто ее главный противник. Этот вопрос встал с самого начала СВО. Считать, что мы воюем с украинцами — близким славянским православным народом, хотелось не многим. Объяснение, что мы воюем не с украинцами, а с нацистами и фашистами, было более приемлемо, но вызывало вопросы — откуда их столько? А вот когда явилась версия, что мы воюем с Западом, с НАТО, то она получила самое широкое хождение. Это же действительно настоящие враги! К тому же эта версия делала данный военный конфликт всего лишь очередным эпизодом в извечном противостоянии России и «коллективного Запада».

Поэтому, кстати, и вопрос, чем закончится СВО, для публики не имеет однозначного ответа. Для интересующихся логично думать, что этот исторический конфликт просто в который раз остановится на каких-то рубежах на какое-то время.

В силу этих причин наблюдается фактическое равновесие (29% и 30% соответственно) между считающими, что ответственность за урон заводам лежит на украинской стороне, и теми, кто возлагает вину на страны НАТО. Опрос показал, что наши предприниматели и наши начальники, а главное — наши многочисленные пенсионеры больше вины возлагают на НАТО (33–36%), чем на Украину. Ряд категорий, такие как специалисты, рабочие, студенчество, безработные, чаще винят украинскую сторону — но с минимальным перевесом в 1–2 процентных пункта. Лишь среди служащих и домохозяек перевес в 10 пунктов.

Вот как распределилась разница мнений по пространству нашей страны. В Северо-Западном округе выраженное стремление винить украинскую сторону (перевес в 12 пунктов). К нему присоединяется Урал (перевес в 7 пунктов). На другом краю державы — в Дальневосточном округе — почти такой же перевес (11 пунктов) у винящих НАТО. Примерно тот же баланс мнений и в самом многолюдном Центральном округе (перевес в 7 пунктов у винящих НАТО). В остальных округах мнения разделились поровну. Поэтому и в целом по стране получается, что, по мнению большинства, виноваты то ли те, то ли эти, но в любом случае — чужие.

А вот меньшинство — чуть менее четверти от всех — искало виновных среди «своих». Но и здесь различия во мнениях, по сути, нюансные. Одни (их 10%) присоединялись к властям, возлагавшим ответственность на владельцев НПЗ, «которые не смогли обеспечить безопасность / не захотели вкладываться в защиту своих предприятий», другие (их чуть больше — 13%) виноватили ПВО, «которые не смогло» обеспечить безопасность «критической инфраструктуры страны».

В целом — почти «ничья», уже потому, что в самой массовой категории пенсионеров, винили в равной степени и ПВО, и владельцев (8% на 8%). Почти такое же равновесие мнений у предпринимателей. Во всех других категориях наблюдалось большее или меньшее преобладание тех, кто винит наше ПВО. Среди мужчин перевес в эту сторону — 4 пункта, среди женщин 3. Чем выше уровень образования, тем больше критики в адрес военных. Среди руководителей этот перевес — 6 пунктов.

Во всех регионах, кроме Дальневосточного, чаще виноватят ПВО, на Урале аж втрое чаще, чем владельцев НПЗ. Но, повторим, в основном различия во мнениях не радикальные.

Но также слышны обвинения в адрес ПВО (чуть менее громкие, чем в адрес владельцев) и обвинения в адрес украинской стороны (но более редкие, чем в адрес НАТО).

* Минюст внес в реестр «иноагентов».