Жили-были накануне войны

Фильм трудной судьбы, ею он зеркалит наше время. В 2024-м картина исчезла из программы фестиваля «Окно в Европу». Прошло два года, были сделаны какие-то, как говорят авторы, не принципиальные правки. Получено прокатное удостоверение. И премьера фильма стала событием фестиваля.

Кино как изменяющийся на глазах пейзаж времени.

Грозный, 1994-й. Один год из жизни одной обыкновенной семьи, живущей в обыкновенной пятиэтажке предвоенной столицы. Обыкновенная квартира с дефицитной «стенкой», хрусталем в горке, торшером, книжками. Обыкновенный двор с качелями, открытыми настежь окнами и шахматами по вечерам.

Последний мирный год накануне войны.

Мы встречаемся с подростком Митей и его семьей на поминках прабабушки. Это его первая встреча со смертью. Во время поминок случится землетрясение, совсем небольшое, — но трещина по обоям, хрустальные рюмки, деревянные маски дедушкиных африканских путешествий разбиты… Одна из них была точно на счастье… Предвестье грядущих бед. А во дворе едва ли не каждый вечер грузят семейный хлам. Одни за другими уезжают соседи. У Мити море вопросов. Как вынесут гроб? Куда денутся прабабушкины вещи? Соседи уезжают насовсем… или «на сейчас»? А еще Митя мечтает, как многие его сверстники, и ждет не дождется войны. Для него это что-то вроде книжек Вальтера Скотта и Майн Рида.

У Мити и его закадычных друзей есть тайна. В гигантском, превратившемся в лес саду между домом и стройкой — их место встречи. Большой шалаш. Солнце пробивается сквозь листву. Цветет и дурманит голову первой любовью черемуха.

Его совсем еще молодая мама Лена (Надежда Михалкова) бегает, принарядившись, на свидания к хромому чеченскому дельцу Али (Гурам Баблишвили), который каждый раз приезжает на других тачках. Обещает, что скоро все изменится… и будет им счастье. Счастье принесет чеченская нефть. Но, кажется, Лена и так счастлива, как она говорит, «вполне относительно». Еще все вместе, бок о бок: русские, чеченцы — в доме, во дворе, в шалаше. Митина подружка Кристина дразнит своего ухажера Аслана (Арспен Хеташгуров) со взрывным, словно порох, характером. И он совершает ради нее безумные и беспощадные подвиги. Они все дети одного двора. И они все — дети 90-х.

Война подползает почти незаметно. В шалаше появляются ящики с оружием. Оружие на рынке продается рядом с семечками. Дома уже спорят не том, как правильно варить борщ, а стоит или не стоит уезжать в город Лермонтов. По телику — интервью министра обороны, который заявляет, что чеченский народ — атомная бомба. Тут же рассказывают о жене чеченского президента Алле Дудаевой. О самом знаменитом чеченце Махмуде Эсамбаеве. Телевизор то ублажает, то Кассандрой возвещает другие, темные времена. А бабушка наматывает на дедушку эластичный бинт, под которым пачки денег… на покупку квартиры в другом городе. «Мы поедем в Холмогоры?»

Потому что сквозь тюль пробивается в комнату привычное солнце, а вечером снова приедет Али. И борщ… И кожа на плечах Кристины шелушится от загара. И всё не могут уехать… И вообще, скоро все смогут летать на Луну.

«За нашим домом сад» — сложно скроенная ансамблевая история, падающий, словно в замедленной съемке, обыкновенный мир в пропасть войны. Проводниками этой истории становятся мальчишки. Митя и его друзья. Их переживания, влюбленности. Предательство оборванного детства. Когда ледяной зимой придет война, и некому, и незачем будет снимать с веревок замороженные белые мужские рубашки. Митя признается Лене: «Мама, это я начал эту войну…»

Удивительной сочности и при этом правдивости диалоги сценариста Родионова, звучащие как вербатимы в его Театре.doc. Удивительной слаженности актерский ансамбль, в котором не хочется никого выделять. И всё же скажу о дождавшейся большой роли Надежде Михалковой. Ее Лена — здесь, пожалуй, самая хрупкая и самая верная миру, который она не может предать. Как и свои странные отношения с одноногим чеченским ухажером с глазами-маслинами.

Когда смотришь картину, вспоминаются советские фильмы-поэмы, в которых в истории взросления вплетено предчувствие войны и обрушение мира: «До свидания, мальчики» Михаила Калика, «Дом, в котором я живу» Льва Кулиджанова и Якова Сегеля. Антон Нефедов — ученик Сергея Соловьева, Валерия Рубинчика, а позже — Бориса Юхананова. Влияние учителей можно увидеть в его картине. Импрессионистический чувственный мир юности Соловьева, внутренний надлом Рубинчика, плюс живая ткань и случайность как принцип развития драматургии Юхананова.

Еще думаю о картине Александра Миндадзе на ту же тему — «Милый Ханс, дорогой Петр» — про время «кануна» большой беды, которая разорвет мир в клочки. Про горячий чай в кружке, который вскипятили мирные люди, а выпьет война.

«За нашим домом сад» — личная история Антона Нефедова. Перед тем как сочинять ее вместе с замечательным драматургом из «клана» Миндадзе Александром Родионовым, Антон Нефедов записал трехчасовое интервью с мамой, выспрашивая все подробности: как жили, о чем говорили, чего боялись, на что надеялись. Он и сам помнит то самое последнее лето детства и мира. Когда разные люди были еще одним целым.

С моей точки зрения, фильм — главный претендент на «Золотую ладью» фестиваля «Окно в Европу».

Студия «Пассажир», продюсер Лиза Антонова. При поддержке Фонда Кинопрайм.