В начале марта одновременно с окончанием следственных действий обвинение Марии Бонцлер было переквалифицировано со ст. 275.1 (сотрудничество на конфиденциальной основе с иностранным государством, международной либо иностранной организацией) на ст. 275 (государственная измена). Соответственно, возможное максимальное наказание Бонцлер выросло с 8 до 20 лет и вплоть до пожизненного.
Сейчас адвокат Бонцлер и ее защитники знакомятся с материалами дела. На ознакомление с полутора тысячами страниц им отведено время до 1 апреля. Поскольку дело о государственной измене засекречено, выписки из него обвиняемая не может брать с собой, чтобы продолжать работу с ними в условиях СИЗО. Между тем,
знакомясь с делом, адвокат Илья Сидоров из Московского отделения Центра международной защиты обнаружил, что следствие на протяжении целых месяцев не предпринимало никаких действий, а просто «мариновало» 65-летнюю Бонцлер, страдающую гипертонией и другими заболеваниями, в СИЗО.
Это и есть главный секрет засекреченного дела о государственной измене.
Нарушение прав подзащитной адвокаты Сидоров и Каринна Москаленко обжалуют в Генеральной прокуратуре, направив копию жалобы в Министерство иностранных дел. Последнее связано с принятием дела Бонцлер к производству в Комитете по правам человека ООН. КПЧ ООН, коммуницировав жалобу, предоставил российским властям срок для ответа до 16 января 2026 года, однако такой ответ до сих пор не получен.
10 марта 2026 года президиум Верховного суда разъяснил (по конкретному делу иного характера), что решения КПЧ ООН для судов и правоохранительных органов РФ носят лишь рекомендательный характер, и они не обязаны их исполнять. Однако СССР еще в 1973 году ратифицировал Международный пакт о гражданских и политических правах, а также (в 1991 году) факультативный протокол к нему, которые обязывают Российскую Федерацию как правопреемника СССР взаимодействовать с КПЧ и предоставлять информацию Верховному комиссару по правам человека ООН.
В случае с Бонцлер этого не сделано до сих пор.