Копейка с рубля

Долги растут быстрее, чем цены

Динамика роста задолженности не может быть объяснена общими макроэкономическими трендами. За один только декабрь 2025 года она увеличилась на 14,5%, что для конца финансового года, традиционно связанного с погашением обязательств, является аномалией. Годовой рост выглядит еще более подозрительно: с декабря 2024-го по декабрь 2025 года задолженность выросла в 2,3 раза, или на 127%. Этот показатель в 10–15 раз опережает рост и инфляции и номинальных доходов населения, указывая не на общее замедление, а на острый кризис ликвидности в конкретных, но критически важных секторах. Более того, почти 80% этой суммы (1 597,5 млн руб.) — это долги, образовавшиеся непосредственно в 2025 году. Проблема не является наследием прошлых лет; это текущий, накопительный кризис, при котором обязательства перестали исполняться в режиме реального времени.

Ключ к пониманию ситуации лежит в структуре задолженности. Традиционно ее основным источником считаются проблемы бизнеса, и данные это подтверждают: 87% долга (1 763,3 млн руб.) возникли из-за отсутствия собственных средств у организаций, и этот объем за год удвоился. Это прямое следствие падения рентабельности и денежного потока в отраслях, зависимых от внутреннего спроса, — строительстве, обрабатывающей промышленности, сельском хозяйстве. Однако главным сигналом стал взрывной рост совершенно иной категории долгов. Задолженность из-за несвоевременного получения средств из бюджетов всех уровней за год увеличилась в 171 раз, достигнув 263,9 млн рублей. При этом 99,5% этой суммы (262,6 млн руб.) — это вина бюджетов субъектов Российской Федерации. Данный факт означает принципиальный сдвиг: кризис неплатежей перекинулся с корпоративного сектора на систему государственных финансов. Региональные власти в ряде случаев перестали своевременно финансировать подведомственные организации, создав новую, бюджетную составляющую зарплатного кризиса, что свидетельствует о переходе хронического дефицита региональных бюджетов в фазу оперативных сбоев.

География и статистика

Географическая картина задолженности четко очерчивает контуры экономического раскола. Абсолютными лидерами стали не беднейшие регионы, а проблемные индустриальные и аграрные субъекты. Краснодарский край (557,5 млн руб. корпоративных долгов) демонстрирует кризис в реальном секторе, ориентированном на внутренний спрос. Республика Хакасия (264,6 млн руб., из которых 99,3% — долг из-за недофинансирования регионального бюджета) представляет собой эталонный пример бюджетного кризиса на уровне субъекта Федерации. Тверская, Вологодская, Нижегородская области концентрируют долги промышленного сектора. 

При этом картина по федеральным округам раскрывает более глубокий раскол: в то время как Южный, Сибирский, Северо-Западный и Приволжский округа несут основную нагрузку, Уральский федеральный округ показывает нулевую просроченную задолженность. В этот округ входят богатейшие нефтегазовые автономии и промышленные гиганты. Их благополучие наглядно иллюстрирует гипотезу о «двух контурах»: экспортно-сырьевой контур, поддерживаемый внешним спросом, сохраняет стабильность, в то время как внутренний индустриальный контур погружается в кризис неплатежей.

Отраслевое распределение работников, перед которыми имеется задолженность (14,7 тыс. человек), завершает общую картину. Более 70% всех пострадавших сконцентрированы всего в пяти секторах: строительстве (23,7%), здравоохранении и социальных услугах (16,6%), обрабатывающих производствах (15,4%), образовании (9,1%) и государственном управлении (6,2%). Этот набор отраслей является точным портретом зоны кризиса, объединяя базовые отрасли внутреннего спроса и бюджетный сектор, финансирование которого зависит от состояния региональных финансов.

Денег нет, но… у кого?

Тезис о том, что просроченная зарплата — это в значительной степени отражение бюджетных проблем, проецируемых на бизнес, находит подтверждение в данных о состоянии региональных бюджетов, представленных Минфином РФ.

Вот как эти данные соотносятся между собой:

1. Бюджетный долг по зарплате (264 млн руб.) — это симптом нарастающего давления на региональные финансы. При этом сумма долга мизерна на фоне общих расходов на «Социальную политику» (порядка 3,4 трлн руб. в 2021 г.). Это указывает не на общий кризис, а на точечные кассовые разрывы в наиболее слабых субъектах РФ.

Причина — дефицит региональных бюджетов: данные показывают, что после профицита 2021 года (660,8 млрд руб.) консолидированный бюджет субъектов вернулся к дефициту. В 2023‒2025 гг. дефицит устойчив и растет, достигнув в 2025 году 1,54 трлн рублей. Это создает хроническую нехватку средств на местах.

Источник финансирования дефицита: рост дефицита в 2024‒2025 гг. финансируется в основном за счет статьи «Прочее» (368,7 млрд руб. в 2024 г.) и резкого увеличения «Источников финансирования» в целом (1,54 трлн руб. в 2025 г.). Это часто означает использование остатков средств, займы у федерального центра или иные нестандартные операции, что сигнализирует о напряженности.

2. Корпоративный долг по зарплате (1,76 млрд руб.) — отражение стагнации «собственных доходов» регионов.

Рост собственных доходов регионов (налоговые и неналоговые поступления) в 2024‒2025 гг. значительно замедлился: с +13% (2022‒2023 гг.) до примерно +5% (2024‒2025 гг.).

Ключевой налог для регионов — НДФЛ — стабильно рос даже в 2025 году (+11,7%). Проблема в налоге на прибыль, который сократился в 2025 году на 8,5%. Это свидетельство снижения прибыльности корпоративного сектора, особенно в отраслях, ориентированных на внутренний спрос. Снижение прибыли ведет к кассовым затруднениям и, как следствие, к росту задолженности по зарплате.

Безвозмездные поступления из федерального центра (межбюджетные трансферты) выросли в 2025 году до 3,97 трлн рублей, что составляет рекордные 15,3% от всех доходов регионов. Даже увеличенные трансферты либо приходят с задержкой, либо не покрывают растущие обязательства и последствия дефицита в наиболее проблемных регионах.

Дивергенция экономического пространства видна в динамике:

• Доходные регионы (ресурсные, крупные агломерации): держатся на росте НДФЛ и, возможно, «прочих доходов». Их дефицит может быть управляем.
• Донорские промышленные регионы: страдают от падения налога на прибыль, что усиливает зависимость от трансфертов.
• Слабые дотационные регионы: их бюджетная устойчивость полностью зависит от своевременности и объема федеральной помощи. Именно здесь, вероятно, и происходят сбои, ведущие к задержке бюджетной зарплаты.

Маленький сигнал о растущих проблемах

Таким образом, просроченная задолженность по заработной плате выступает не причиной, а следствием и конечным индикатором более длинной причинно-следственной цепи. Кризис начинается со спада во «внутреннем контуре» экономики, что ведет к падению прибыли компаний и росту корпоративных долгов по зарплате. Это, в свою очередь, сокращает налоговые поступления в региональные бюджеты через налог на прибыль. Региональные бюджеты, обремененные жесткими социальными обязательствами при недостаточных доходах, сталкиваются с дефицитом ликвидности, что приводит к сбоям в финансировании подведомственных организаций и взрывному росту бюджетной составляющей задолженности. В итоге формируется замкнутый круг: задержки зарплат снижают потребительский спрос, что усугубляет кризис в реальном секторе. Поэтому цифра в 2 миллиарда рублей — это не просто статистика, а тревожный сигнал о том, что структурный раскол экономики, выражающийся в расхождении траекторий экспортно-сырьевого и внутреннего контуров, достиг стадии, когда он начинает дестабилизировать работу ключевых публичных институтов — региональных бюджетов.

Она показывает, что проблема удержания единого экономического пространства перешла из теоретической фазы в практическую: она уже порождает разные типы кризисов неплатежей в разных частях страны. Дальнейшее игнорирование этого раскола будет означать не решение, а лишь перераспределение проблем: сдерживая задолженность в одном округе за счет трансфертов, мы будем рыть инвестиционную или инфляционную яму в другом. Счет этого уравнивания, предъявляется не абстрактной экономике, а конкретным людям, которые перестают вовремя получать заработанное.