Комментарий · Экономика

Складономика

Россия действительно произвела много товаров в 2023 году. Но где они оказались?

Дмитрий Прокофьев, редактор отдела экономики

Фото: Егор Алеев / ТАСС

Росстат уполномочен заявить

Согласно первой оценке Росстата (она будет пересматриваться), рост валового внутреннего продукта (ВВП) в 2023 году составил 3,6% — это самый высокий результат за последнее десятилетие (за исключением посткарантинного восстановительного роста в 2021 году). Таким образом, рост ВВП на одну десятую процента превысил даже неофициальные оценки, о которых Минэк докладывал руководству страны.

Получается, мы видим фронтальный рост производства товаров?

Стоп. Давайте сначала разберемся с тем, что выросло. Отдадим должное Росстату — данные они представили максимально подробно. И благодаря такой скрупулезности статистического ведомства мы можем сделать выводы о содержании того процесса, который власти называют экономическим ростом.

Цифр много, потому выделим этот фрагмент в справку.

Справка «Новой»

Что выросло

Номинальный объем ВВП в 2023 году составил 171 041,0 млрд руб.

Индекс его физического объема относительно 2022 года — 103,6%.

На увеличение ВВП (+3,6%) наибольшее влияние оказал рост индексов физического объема добавленной стоимости в следующих отраслях:

  • обрабатывающие производства — +7,0% (это связано с ростом выпуска: компьютеров, электронных и оптических изделий на 32,8%, готовых металлических изделий на 27,8%, прочих транспортных средств и оборудования на 25,5% и пищевых продуктов на 5,9%);
  • строительство — +7,0% (рост объема строительных работ связан с реализацией крупных инвестиционных проектов);
  • оптовая и розничная торговля — 7,3% (связано с ростом спроса на потребительские товары, машины и оборудование);
  • транспортировка и хранение — 3,2%;
  • гостиницы и рестораны — 10,0%.

Рост физического объема ВВП сложился за счет увеличения внутреннего спроса (+9,1%) при сокращении чистого экспорта.

Расходы на потребление в целом возросли на 5,4% — преимущественно за счет расходов домашних хозяйств (+6,1%), расходы сектора государственного управления увеличились на 3,6%, некоммерческих организаций, обслуживающих домашние хозяйства, — на 1,8%.

Доля чистого экспорта сократилась с 12,6 до 4,3%.

Доля оплаты труда в структуре ВВП повысилась с 38,5 до 40,7%, доля чистых налогов на производство и импорт повысилась с 7,7 до 7,9%, доля валовой прибыли сократилась с 53,8 до 51,4%.

За счет чего ВВП в 2023 году вырос на 3,6% против падения на 1,2% в 2022 году?

Общий рост в +3,6% раскладывается на:

  • +2,3 (процентного пункта) п.п. — оптовая и розничная торговля;
  • +1,2 п.п. — рост чистых косвенных налогов (они всегда дают значительный вклад после рецессий);
  • +1,2 п.п. — обработка.

Ну, и по мелочи…

Если пробежаться поверхностным взором по всем этим процентам, то сложится достаточно благостная картина, о которой нам говорит телевизор.

Однако — Росстат предлагает нам посмотреть на ВВП под другим углом: с точки зрения структуры использования произведенных товаров.

И вот тут начинается самое интересное…

Накопительское поведение

Валовое накопление возросло на 19,8% в большей степени за счет прироста запасов материальных оборотных средств. В эту категорию входит и накопление основного капитала (инвестиции в общем смысле).

Изменение запасов из-за их количества и/или стоимости входит в расчет ВВП. Обычно учитываются запасы сырья/материалов для будущего производства, запасы готовой, но еще нереализованной продукции, запасы товаров для перепродажи, стратегические запасы сырьевых товаров (продовольствие или энергоносители) и товары в незавершенном производстве.

Логистический терминал «Янино» в Ленинградской области. Фото: Руслан Шамуков / ТАСС

И вот с точки зрения «использования ВВП» получается, что 3,6% прироста ВВП складывается из:

  • 4,4 п.п. увеличения валового накопления;
  • 2,9 п.п. роста потребления домохозяйств;
  • 0,6 п.п. прибавки потребления государства и сокращения на 4,4 п.п. чистого экспорта.

То есть половину вклада накопления в прирост ВВП обеспечил рост запасов. Почему производства ведут себя, как бурундуки?

А потому, что изменилась экономическая динамика: компании могут ждать роста спроса и увеличивать запасы сырья/материалов, чтобы в будущем произвести больше. С одной стороны, это хорошо, но может быть и так, что раз продукция компаний не используется и растут ее запасы, то в будущем компаниям придется снижать выпуск. А вот это плохо. Ну, и есть еще одно возможное объяснение такого поведения: в условиях роста неопределенности и ограничений компании стараются запастись различными комплектующими впрок.

Работаем на склад

Другими словами, «экономика работала на склад». Да, производство росло, но (почему-то) этот рост производства не находил отражения в сбыте. Если основной вклад в производство ВВП в 2023 году среди отраслей внесла торговля (2,3 п.п.) при вкладе обрабатывающих секторов лишь в 1,2 п.п., то это значит, что «промышленность» производит не то, что покупают.

При этом, как отмечал Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) в своем обзоре, «в промышленности вот уже около полугода наблюдается стагнация. Объем выпуска (с устранением сезонного фактора), с точностью до небольших колебаний, остается на одном и том же уровне с мая 2023 г.».

Так что понятно, почему в своем обзоре «Региональная экономика» ЦБ РФ отмечает, что, несмотря на сокращение потребительской активности и замедление месячной инфляции, цены продолжают расти повышенными темпами. Производство работает, зарплаты людям платятся (рост занятости и дефицит кадров увеличили долю оплаты труда в доходах населения с 57,5% в 2022 году до 59% в 2023 году), но те товары, которые выпускает промышленность, не идут на потребительский рынок. Почему?

Либо потому, что не имеют к потреблению никакого отношения (то, что производит ВПК, например), либо оседают на складах.

В цифрах (при грубой оценке) это выглядит так. Из 3,6% «роста ВВП» — «накопление» составило 2,4 процентных пункта. Если из 3,6% «роста» вычесть 2,4%, получится 1,2 п.п. — как раз настолько экономика РФ и сократилась по итогам 2022 года.

Минус 1,2% роста плюс 1,2% роста — дают в сумме ноль. То есть через два года мы вернулись туда, откуда начинали 2022 год.

А как же рост зарплат и потребления в отдельных социальных группах, как же «рост промышленности» и сельского хозяйства, как же «импортозамещение» — разве данные об этом, которые публиковал и публикует Росстат, недостоверны?

Достоверны. Но дело в том, что начальство сделало фетиш из «роста ВВП», а когда какой-нибудь показатель становится целью вместо меры, он перестает отражать действительность. Этот закон сформулировал экономист Чарльз Гудхарт еще в 1975 году. А по поводу ошибки «фетишизации» ВВП хорошо сказал великий исследователь причин экономического роста, нобелевский лауреат Роберт Солоу:

«…большинство людей думают, что ВВП предназначен для измерения экономического благосостояния. Однако он не для этого. Он задуман как мера экономической активности. А не как индикатор, указывающий, направлена ли эта экономическая активность на правильные цели…»

Экономическая активность в отдельных отраслях, оплачиваемых правительством, — да, она есть.

Рост благосостояния людей — ну, здесь как минимум можно спорить.

А вот долгосрочного роста экономики, понимаемого как устойчивый рост благосостояния общества, — мы не видим. Во всяком случае, из официальной статистики.