Комментарий · Общество

Дым отрочества

«Дело Валиевой» ставит главный вопрос перед всем фигурным катанием: что важнее — золотые медали или здоровье детей?

Владимир Мозговой , обозреватель «Новой»

Выездная панель Спортивного арбитражного суда в Пекине в режиме видеоконференции рассматривала «дело Валиевой» все воскресенье. Заседание завершилось лишь глубокой ночью, вердикт был объявлен утром, в понедельник. Трем серьезным организациям — Международному олимпийскому комитету, Всемирному антидопинговому агентству и Международному союзу конькобежцев — было отказано в апелляции, которая настаивала на возобновлении временного отстранения спортсменки. Режим временного отстранения был включен Российским антидопинговым агентством сразу после получения извещения Стокгольмской антидопинговой лаборатории о положительном результате допинг-пробы спортсменки, взятой еще 25 декабря, и отменен на следующий день после апелляции спортсменки. 

Этери Тутберидзе и Камила Валиева во время тренировки в Пекине. Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС

Обнародованная новость затмила все остальные олимпийские, включая серебро, завоеванное российской парой Виктория Синицына — Никита Кацалапов в танцах на льду. Поддержку решению CAS выразила вся, как раньше писали, «мировая прогрессивная общественность», а общественность «реакционная», соответственно, выразила глубокое разочарование итогом судьбоносного заседания. Валиева выступит в женском одиночном катании и, скорее всего, если не случится ничего экстраординарного, победит. Но в этом случае награждать победителя и призеров турнира одиночниц, равно как и лауреатов командного турнира в фигурном катании, МОК уже официально отказался — явно намекая на то, что итоги обязательно будут пересмотрены. Да и без этой новости, сильно остужающей радостный пыл защитников «чудо-девочки», было понятно, что заседание и решение CAS — это всего лишь надводная часть айсберга, а главное разбирательство будет происходить уже после Пекина, и в нем шансы на успех команды Валиевой куда ниже, чем они были в Пекине.

Приветствуя исход дела, надо отчетливо представлять себе, что выиграть российской стороне удалось не потому, что Валиеву признали невиновной в употреблении запрещенного вещества. А потому, что 15-летняя спортсменка, во-первых, является «защищенной персоной», к которой общепринятые требования применимы не в полной мере и с учетом исключительности случая, а во-вторых, 

Стокгольмская лаборатория сама дала повод для претензий тем, что непомерно затянула сроки с оправкой результатов положительной допинг-пробы. Последующие январские допинг-пробы — кстати, чистые —

были получены раньше, чем злополучная декабрьская. Ссылки на проблемы с коронавирусом у персонала лаборатории, повлиявшие на сроки, равно как оправдание затянутости процесса необходимостью перепроверки подозрительной допинг-пробы, в самом деле выглядят несостоятельными. Именно срок обнародования результатов — на следующий день после окончания победного для россиян командного турнира — дал повод разного рода и звания защитникам вопить о заговоре и вмешательстве в спорт политики.

Некоторым защитникам, правда, лучше было бы помолчать и хотя бы подумать перед тем, как говорить. К примеру, спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко не нашла ничего лучшего, кроме как объявить, что «за всем этим начинают угадываться манипуляции спецслужб — известно каких». Если кто подумал, что Валентина Ивановна имеет в виду наши спецслужбы, по некоторым версиям особо отличившиеся по добыче золота в Сочи-2014, то это не так. С другой стороны тоже есть мнения, которые можно классифицировать как крайние: с призывом к тотальному отстранению России как страны, не сделавшей выводов после грандиозных допинг-скандалов, и последовавших за этим санкций — по мнению радикальных критиков, санкций слишком мягких и половинчатых.

В реальности мы имеем временный тактический выигрыш при очень неблагоприятных стратегических перспективах «дела Валиевой», которое далеко еще не закончено. Грубо говоря, в Пекине восторжествовал дух закона, а после — во весь рост встанет его буква. Согласно букве, есть нарушение антидопинговых правил — значит, должен быть виновник или убедительное обстоятельство, позволившее нарушить закон. Насколько я понимаю, такого обстоятельства у стороны Валиевой сейчас нет. 

О том, какую тактику уже после Пекина выберут юристы команды Этери Тутберидзе, будет зависеть многое. Пока шансы на успех видятся небольшими, даже если конкретный виновник будет назначен, — в чем я очень сомневаюсь. Пока никто еще под уголовную статью «за склонение к допингу» не попадал, а понятие «признание вины» в антидопинговой культуре России отсутствует тотально. У нас даже при абсолютной доказанности того или иного случая виноват или проклятый Запад, или ВАДА, или неизвестно кто. Карьера попавшего под санкции спортсмена прерывается или заканчивается, а вот карьера тех, кто склонял, заканчивается в редчайших случаях.

Объяснения, что триметазидин — это всего лишь средство для укрепления сердечной мышцы на фоне чрезмерных нагрузок, а никакой не допинг, а допинг фигуристам вообще не нужен, оставим для внутреннего пользования. Есть препарат в стоп-листе ВАДА — приходится так к этому и относиться. Мельдоний тоже «не допинг», но, кроме разговоров, что сделано для того, чтобы исключить его из стоп-листа нашими учеными и функционерами? Ни-че-го. 

Конечно, вся эта разворачивающаяся на наших глазах драма — удар по школе Этери Тутберидзе, вокруг которой кипят страсти и без олимпийского скандала.

На сто процентов «дело Валиевой» подтолкнет конгресс Международного союза конькобежцев поднять возрастной ценз до 16, а после — и до 17 лет, что приведет к очень серьезным последствиям как частного, так и общего порядка. Собственно, с тотальным превосходством «чудо-девочек» Тутберидзе в мировом женском одиночном катании придется распрощаться почти наверняка, но это как раз частные последствия. 

А за всем этим вырастают глобальные и нерешенные проблемы уже мирового уровня. Что важнее: сохранение здоровья детей, особенно в переходном подростковом возрасте, или завоеванные ими медали? С одной стороны, если они соревнуются на взрослом уровне, то к ним применимы и взрослые требования, с другой — никто не отменял физиологических и психологических особенностей развития, требующих особо бережного отношения. В порядке дискуссии: даже разрешения использовать какие-то запрещенные препараты, которые напрямую не влияют на повышение спортивных результатов, но от которых напрямую зависит защита здоровья нынешних и будущих юных чемпионов. 

Оказавшаяся в эпицентре скандала, уже пострадавшая талантливейшая Камила Валиева мало того что может стать последней 15-летней олимпийской чемпионкой в этом виде фигурного катания, но еще и временной чемпионкой. Осознание этого изрядно отравляет предстоящее зрелище, которое должно было стать ареной соперничества и триумфа трех наших юных фигуристок, воспитанниц школы Этери Тутберидзе. 

А станет испытанием не только для всех заинтересованных, но и для всех незаинтересованных сторон. Победителей, как это ни страшно, не будет. Все уже проиграли. Это как в современной войне, предчувствие которой эхом отдается даже в самом невинном и самом юном по составу участниц олимпийском виде.