Комментарий · Общество

«Ни один не заболел и никогда не заболеет!»

Что спровоцировало патриарха Кирилла на чрезвычайно эмоциональный спич в духе «умеренного ковид-диссидентства?»

Александр Солдатов , специально для «Новой»
Иллюстрация: Петр Саруханов / «Новая газета»
Первое после «коронавирусного испытания» очное заседание Синода РПЦ, состоявшееся 14 апреля в Даниловом монастыре, выглядело необычно сразу по нескольким параметрам. Все участники заседания — сам патриарх, постоянные и временные члены из числа митрополитов и епископов — сидели в санитарных масках.
Раньше такого «протокола» в РПЦ не было. Патриарх вообще впервые в истории появился в маске на публике.
Вступительное [слово](http://www.patriarchia.ru/db/text/5797378.html) патриарха оказалось необыкновенно эмоциональным и с явно «ковид-диссидентскими» нотками, каких он не позволял себе уже больше года: с момента запомнившегося православным патриаршего объезда Москвы с чудотворной иконой 4 апреля 2020 г. Как раз через две-три недели после этого, на Пасху, начались массовые заражения среди московского духовенства, иногда завершавшиеся летальными исходами…
Апрель 2020 года. Патриарх Кирилл по МКАДу объезжает Москву с иконой Божией Матери «Умиление». Фото: Олег Варов / ТАСС
С одной стороны, в своем слове Кирилл признал, что происходящее — «действительно пандемия» и «повсюду присутствует эта инфекция». С другой стороны, свою структуру он несколько дистанцировал от этого «повсюду», заявив, что благодаря его распоряжениям и принятым в храмах санитарным мерам РПЦ не стала «источником распространения инфекции». За это Синод отдельным постановлением выразил патриарху глубокую благодарность. Кирилл признал, что в РПЦ раздается критика принятых мер. Особенно часто — в связи с «осквернением причастия» погружением лжицы в спиртовой раствор после каждого причастника.
Чем дольше говорил патриарх, тем эмоциональнее становилась его речь. «Мы ни в коем случае не подвергаем сомнению целительную силу Святых Христовых Тайн! — восклинул он. — И доказательством служит то обстоятельство, что после причащения наши диаконы потребляют Святые Дары из общей Чаши, и ни один из них не заболел и никогда не заболеет».
Удивительно, но эту информацию сложно считать достоверной.
Среди клириков РПЦ, скончавшихся от коронавируса, немало диаконов, в том числе лично знакомых патриарху.
Например, 25 апреля прошлого года именно по этой причине умер протодиакон Елоховского собора Москвы Евгений Трофимов, сослуживший патриарху тремя неделями ранее. Всего 4 дня отделяли его смерть от кончины самого настоятеля собора протоиерея Александра Агейкина… В мае прошлого года ковид унес жизни диакона московского храма в Гольянове Андрея Молчанова, уставщика столичного Данилова монастыря иеродиакона Димитрия, насельников Троице-Сергиевой лавры иеродиаконов Каллиста и Поликарпа, чуть позже умер иеродиакон Оптиной пустыни Илиодор. Умершие от коронавируса диаконы числятся в синодиках Владивостокской, Пензенской, Московской, Краснослободской, Каинской и других епархий РПЦ. Нередко это были главные протодиаконы кафедральных соборов с лучшими голосами… Всего Рабочая группа Московской патриархии по координации работы в условиях коронавирусной инфекции признала смерть от этой инфекции 151 российского клирика РПЦ, в том числе 8 архиереев. В процентном отношении по уровню смертности от ковида духовенство уступает разве что врачам.
Умерший от коронавируса иеродиакон Илиодор. Фото: tatmitropolia.ru
Развивая идеи «ковид-диссидентства», патриарх привел в пример самого себя: «Поскольку я служу без диакона, я потребляю Святые Дары без всякого сомнения, с полной уверенностью в том, что, причащаясь Тела и Крови Христовой, мы причащаемся великой святыне, которая не подвержена никакой инфекции, никакому злу, потому что это есть Святая, которая преподается святым». Вопрос о том, считает ли себя патриарх святым, мы оставим за скобками.
Факт состоит в том, что эти литургии — «без диакона» — Кирилл совершает на закрытом, охраняемом ФСО «Объекте Скит» в Одинцовском районе Московской области, где тщательно соблюдается режим карантина и куда нет доступа даже архиереям. Вместе с патриархом на «Объекте Скит» проживают несколько монахинь, личный секретарь-келейник, минимум обслуживающего персонала и охрана. Все они регулярно сдают анализы на наличие инфекции. Более того, как признал вчера и.о. пресс-секретаря патриарха Владимир Легойда, в марте Кирилл привился отчественной вакциной, название которой решено пока не упоминать (это не «Спутник V»). Иначе проведение заседания Синода в очной форме вообще было бы немыслимо для него — предыдущие заседания конца 2020 г. проходили только в режиме видеоконференций.
Каково же послание патриарха и таит ли оно в себе опасность? В общем-то, вера в неприступность для вирусов литургических хлеба и вина распространена в православной среде и имеет древние корни. Равно как не менее древние корни имеют в церковных историях и преданиях случаи использования Святых Даров для совершения преступлений. Так, например, средневековые грузинские, армянские и византийские хроники утверждают, что в 1000 г. от Рождества Христова благочестивый грузинский царь Давид был отравлен, приняв причастие из чаши, в которую подмешали яд. Уже в наше время главный оппонент «ковид-диссидентства» в РПЦ митрополит Иларион (Алфеев) утверждал, что вирус может передаваться если не через само причастие, то через лжицу, чашу, плат, в конце концов, — через руки священнослужителей, которые не являются божественными. А глава Всемирного союза староверов Леонид Севастьянов, излагая предание своей церкви, напоминает, что поскольку вирус сотворен Тем же Богом, Который преподает Себя через причастие, то ничто не мешает ему оказаться в чаше. Так же, как оказываются там, например, случайно пролетающие или проползающие насекомые, всякие крошки, песчинки и т.п.
Фото: Sefa Karacan / Anadolu Agency / Getty Images
В православии нет учения о том, что хлеб и вино, становясь Телом и Кровью Христовыми, изменяют хоть одно из физических свойств хлеба и вина.
Патриарха можно понять: как и многие люди, никогда прежде не сталкивавшиеся с карантином, он просто устал сидеть взаперти, он привык к активному образу жизни. Но его реверанс в сторону «ковид-диссидентов» может отозваться очень опасным эхом в среде рядового духовенства и мирян, и без того не склонных соблюдать предписания санитарных служб. И если справедливы прогнозы о третьей волне пандемии, то измерить это эхо статистически мы сможем уже очень скоро.