Автомобиль дипмиссии Нидерландов у российского МИДа. Фото: Getty
Правительство России 12 апреля одобрило разрыв налогового соглашения с Нидерландами, действующего с конца 1996 года. Оно позволяет российским компаниям, зарегистрированным в Нидерландах, избежать двойного налогообложения. Москва предложила увеличить ставку налога на дивиденды до 15%.
Нидерланды стали первой страной, законопроект о денонсации (отказе от) налогового соглашения с которой внесли в Госдуму. Замглавы Минфина Алексей Сазанов сегодня [заявил](https://tass.ru/ekonomika/11137343), что Москва получает предложения Нидерландов по соглашению, но принять их не может, так как условия должны быть для всех одинаковыми. Остальные страны —
[Мальта](https://minfin.gov.ru/ru/press-center/?id_4=37210-rossiya_i_malta_podpisali_protokol_ob_izmenenii_nalogovogo_soglasheniya_mezhdu_stranami), [Кипр](https://minfin.gov.ru/ru/press-center/?id_4=37175-rossiya_i_kipr_podpisali_protokol_ob_izmenenii_nalogovogo_soglasheniya_mezhdu_stranami) и [Люксембург](https://minfin.gov.ru/ru/press-center/?id_4=37268-rossiya_i_lyuksemburg_podpisali_protokol_ob_izmenenii_nalogovogo_soglasheniya_mezhdu_stranami) — на условия Москвы давно согласились.
Если соглашение действительно будет разорвано, двойному налогообложению могут подвергнуться крупные российские компании, зарегистрированные в Нидерландах. Среди них, например, — «Яндекс» и X5 Retail Group (управляет сетями магазинов «Пятерочка», «Перекресток» и «Карусель»).
Партнер Paragon Advice Group Александр Захаров согласен с тем, что разрыв соглашения приведет именно к двойному налогооблажению. «Коэффициент два действительно может фигурировать, но нужно оценивать налоговую базу, которую реально будет иметь компания с учетом исключения действующего механизма», — объясняет Захаров.
При этом не исключено, что в итоге налоговое соглашение между Россией и Нидерландами денонсировано не будет, указывает партнер юридической компании Taxadvisor Дмитрий Костальгин: «Одно дело — законопроект внесен, другое — его нужно принять. Если посмотреть на карточку проекта, то только отзывы собираются до 10 мая — это уже под занавес весенней сессии. Очень много факторов, которые на 100% не гарантируют, что это страшилка, потому что можно 12 мая в трех чтениях проштамповать при желании». При этом он напоминает, что российские власти грозились денонсировать соглашение и с Кипром, но в итоге договорились с этой страной.
В статье 31 соглашения с Нидерландами говорится, что его можно денонсировать путем передачи уведомления за шесть месяцев до окончания календарного года. Следовательно, чтобы соглашение перестало действовать с 2022 года, документ нужно направить до 1 июля. «Соответственно, само уведомление еще никому не направляли, поэтому в этом смысле есть время для переговоров», — говорит Костальгин, напоминая, что Люксембург не подписывал новые условия соглашения до конца прошлого года, но сделал это в 2021-м, выиграв время.
При отказе от соглашения есть вариант «переезда» компаний из Нидерландов, говорят эксперты. Однако с этим могут возникнуть сложности. «В Нидерландах, в отличие, например, от Кипра, существует так называемый налог на экспроприацию. Это значит, что
если нидерландская компания захочет по налоговым мотивам переезжать в другую юрисдикцию, то она будет обязана уплатить все налоговые обязательства, как если бы активы в Нидерландах были реализованы, —
объясняет Александр Захаров. — Компания должна будет действительно обосновать экономическую цель и бизнес-основания, чтобы показать, что она не преследовала исключительно налоговые последствия. Я не считаю, что данный сценарий подходил бы большинству, но не исключаю, что такие возможности будут».
По словам Костальгина, власти хотят сделать некую мобилизационную экономику. В пояснительной записке к законопроекту о разрыве налогового соглашения указывается, что ежегодно в Нидерланды уходят сотни миллиардов долларов, но при этом скромно умалчивается, сколько реинвестируется и возвращается обратно в РФ. «Если условная компания А, российский холдинг, предположим, каждый год 20 миллиардов туда выкачивает, чтобы что? Чтобы они там копились? Нет. Их реинвестируют», — объясняет Костальгин.
Он указывает, что переход в другую юрисдикцию у крупных корпораций может занять очень длительное время. _«_За полгода переехать точно нельзя. Это может сделать какая-то небольшая компания, но мы же говорим про крупнейших налогоплательщиков. Нельзя так — щелкнуть пальцем, и переехали. В этом плане бизнес в каком-то смысле в заложниках у Минфина», — говорит эксперт.