Сюжеты · Общество

В зависимости от Минюста

Министерство юстиции признало «иноагентом» петербургский фонд, который 20 лет помогает наркозависимым и людям с ВИЧ

Елизавета Кирпанова , специальный корреспондент
Фото из соцсетей
21 декабря Министерство юстиции России внесло благотворительный фонд «Гуманитарное действие», помогающий наркозависимым и людям с ВИЧ в Петербурге, в реестр «иноагентов». Поводом послужило иностранное финансирование и якобы участие организации в «политической деятельности». В качестве примеров такой деятельности Минюст привело несколько публикаций в СМИ, в которых содержались конструктивные замечания к принимаемым государством мерам по борьбе с наркоманией и ВИЧ. Претензии чиновников, среди прочего, вызвало интервью сотрудника фонда «Новой газете».
Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие» помогает наркозависимым больше 20 лет. У организации есть мобильные пункты — переоборудованные автобусы, которые выезжают в разные районы города. Там наркозависимые могут проконсультироваться у психолога или юриста и пройти медосмотр.
Сотрудники фонда обменивают использованные шприцы на новые, тестируют людей на сифилис, гепатиты В и С и ВИЧ. Если результат экспресс-теста оказывается положительным, социальные работники помогают больному принять диагноз, встать на учет в СПИД-центре и начать антиретровирусную терапию. Кроме того, фонд направляет наркозависимых на реабилитацию в доверенные центры.
«Не каждый наш клиент готов изменить свою жизнь по щелчку пальцев. Мы помогаем человеку учиться нести ответственность за свое здоровье и меняться постепенно, двигаясь от одной малой победы к другой, — говорится на сайте фонда. — Наш многолетний опыт работы, а также международные исследования, показывают, что такая работа наиболее эффективна, когда ведется «в поле», то есть в максимальном приближении к местам проживания или сбора наркозависимых людей».
Фото из соцсетей
По сведениям самого фонда, ежегодно он оказывает помощь почти пяти тысячам наркозависимых.
В прошлом году сотрудники провели больше 10 тысяч тестов на ВИЧ, гепатиты и сифилис, свыше 1500 психологических и 800 медицинских консультаций.
На сопровождение в связи с ВИЧ-инфекцией было взято больше двух тысяч человек.
«Гуманитарное действие» не скрывает источники своего финансирования. Организации помогают крупные международные фонды, такие как Фонд Элтона Джона по борьбе со СПИДом и Глобальный фонд по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией. Поддержку «Гуманитарному действию» также оказывают российский Фонд президентских грантов и правительство Петербурга.

***

«Гуманитарное действие» занимается профилактикой ВИЧ-инфекции среди наркопотребителей по стандартам, разработанным Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), Управлением ООН по наркотикам и преступности, а также Объединенной программой ООН по ВИЧ/СПИДу. Но не все из них можно реализовать в России.
Среди мер, предлагаемых международным сообществом, — доступ к заместительной терапии. Она подразумевает замену опиоидных наркотиков, чаще всего героина, другими веществами, действующими схожим образом (например, метадоном). Специалисты утверждают, что это помогает справиться с зависимостью от уличных наркотиков и отказаться от преступного образа жизни. Впоследствии зависимому человеку могут предложить отказаться и от заместительной терапии.
В России такой вид лечения наркозависимости запрещен. Замминистра иностранных дел Олег Сыромолотов объяснял это решение риском «увеличения масштабов наркотизации населения», «увеличения смертности, связанной с наркопотреблением», «коррупционными рисками в системе здравоохранения» и «разрушением демографического, интеллектуального, творческого потенциала страны».
ВОЗ, напротив, называет заместительную терапию «лучшей из существующих» мер по борьбе с последствиями наркопотребления. По оценкам ООН, такая методика снижает уровень наркотрафика и преступности в целом и способствует социализации зависимых. Эксперты не первый год говорят, что России нужно пересмотреть свои взгляды на заместительную терапию, но иллюзий не питают.
Алексей Лахов. Фото из соцсетей
«В антинаркотической стратегии до 2030 года четко сказано, что о заместительной терапии в ближайшие десять лет можно забыть», — заявил в интервью «Новой газете» заместитель гендиректора фонда «Гуманитарное действие» Алексей Лахов. Его слова вызвали недовольство представителей Минюста. В акте внеплановой проверки от 16 ноября (есть в распоряжении редакции) говорится, что таким образом фонд «оказывает влияние на государственную политику» по вопросу заместительной терапии.

***

Схожая ситуация сложилась вокруг налоксона — препарата, который применяется как антидот при передозировке опиоидами. Он официально зарегистрирован в России и отпускается по рецепту. Его применение рекомендует ВОЗ. Но в 2018 году лекарство исчезло из аптек
и скорой помощи. Единственный российский производитель препарата, Московский эндокринный завод, объяснял это прекращением поставок из Нидерландов одной из субстанций, необходимой для производства налоксона. Сейчас выпуск препарата возобновился, но в аптеках его по-прежнему мало.
Активисты («Форума людей, употребляющих наркотики») обращались к Дмитрию Медведеву, на тот момент — премьер-министру, с просьбой «внедрить последовательную стратегию по снижению уровня передозировок», которая предполагает расширение доступа наркопотребителей к налоксону без рецепта. «В России от передозировок наркотиками ежегодно умирают 8–10 тысяч человек, количество этих смертей из года в год остается критически высоким, — отмечали активисты. — Одна из причин высокой смертности — это отсутствие легкого доступа людей, страдающих опиоидной зависимостью, к налоксону. <…> Это лекарство не может быть предметом злоупотребления.»
Их предложения поддержало и «Гуманитарное действие», опубликовав на своем сайте тезисы стратегии и ссылку на обращение.
Фото из соцсетей
Позднее фонд также размещал в соцсетях ссылку на личную историю Алексея Лахова о его жизни с гепатитами, в которой содержался призыв подписать петицию по созданию другой стратегии — по борьбе с вирусными гепатитами. Во всем этом Минюст увидело «осуществление политической деятельности путем публичных обращений к государственным органам, оказывающих влияние на деятельность этих органов».

***

Те же аргументы Минюст использовало и по отношению к комментариям Алексея Лахова о законопроектах, касающихся антинаркотической политики.
В июле депутаты предложили ужесточить наказание за пропаганду наркотиков до 15 лет лишения свободы и ввести уголовную ответственность за аналогичное преступление, совершенное в интернете. На прошлой неделе Госдума одобрила законопроект в первом чтении.
Комментируя эту инициативу на ОТР, Лахов обращал внимание на отсутствие четкого понимания того, какие сведения могут быть приравнены к пропаганде наркотиков.
«Мы лишь выражали опасения, что это может коснуться нашей информационной работы в части сохранения здоровья наркозависимых, — рассказывает Лахов «Новой газете». — Мы не говорим о том, какой наркотик лучше или где его купить. Но объясняем: «Дружище, если ты употребляешь, то у тебя могут возникнуть такие-то проблемы». И помогаем их решать. Не будет ли это расценено как пропаганда и не повлечет ли за собой уголовное преследование? Именно про это мы и спрашивали у законотворцев.»
Фото из соцсетей
Еще одну претензию Минюста вызвало выступление Лахова на «Дожде» о законопроекте, который позволит раскрывать врачебную тайну об осужденных, лечащихся от наркомании, без их согласия. В апреле этот закон подписал президент России Владимир Путин.
«Что касается раскрытия врачебной тайны, в этом есть смысл — люди с ВИЧ и наркозависимостью не будут выпадать из поля зрения медиков после освобождения из колоний, — объясняет Лахов. — Но у нас были опасения, что эта мера, помимо прочего, будет связана с принудительным направлением наркозависимых на реабилитацию. И это не наша выдумка, а мнение ведущих специалистов: с человеком, попадающим на лечение насильно, сложно работать. У него включаются психологические механизмы защиты. Терапевтический эффект это дает в редких случаях».

***

Зарубежное финансирование и ведение «политической деятельности», а именно «распространение мнения» о принимаемых госорганами решениях, публичные обращения и «формирование общественно-политических взглядов и убеждений», — все это послужило основанием для внесения «Гуманитарного действия» в реестр НКО, выполняющих функции «иностранного агента».
Согласно Федеральному закону № 121, к политической деятельности не относится деятельность в области здравоохранения, профилактики и охраны здоровья граждан, социальной поддержки и защиты граждан, благотворительная деятельность, а также деятельность в области содействия благотворительности и добровольчества.
Алексей Лахов подчеркивает, что именно такой работой — исключительно в области здравоохранения — и занимается «Гуманитарное действие»:
— У нас в фонде много сотрудников, которые в прошлом употребляли наркотики, но сумели преодолеть свою зависимость. Я в том числе. Именно поэтому я хочу, чтобы люди, которые страдают зависимостью, получали грамотную, качественную и эффективную медицинскую и социальную помощь. И чтобы эта помощь не превращалась в давление.
Наш низкопороговый подход к работе с наркозависимыми — открытый и гибкий — столкнулся с более жестким подходом правоохранительной системы. Лично мне здесь все понятно.
Кто я с точки зрения этой системы? Наркоман судимый, которому дали микрофон, возможность высказаться в газете о том, что правоохранители работают с наркозависимыми не так,
как рекомендуют эксперты — российские и международные.
Этого решения Минюста следовало ожидать. Сначала была одна внеплановая проверка, потом — вторая. Было понятно, что все не просто так происходит. То, что мы пишем на сайте, и то, как мы пытаемся работать с наркозависимыми, наверное, вызывает у системы неприятие.
Возможно, теперь, после внесения в этот реестр, нас попросят выйти из различных комиссий и не захотят больше видеть в государственных комитетах. Но «полевая» работа будет продолжаться. В отношении наших подопечных ничего не изменится. В любом случае мы будем подавать в суд и надеемся оспорить решение Минюста.