Комментарий · Культура

Заступница

Первый канал выпустил сериал по мотивам книги главного адвоката советских диссидентов. Оттепель?

Лариса Малюкова , обозреватель «Новой»
Фото: «Новая газета»
На Первом канале неожиданное, и, что-то подсказывает, временное потепление — сериал «Заступники» Владимира Котта по мотивам книги известного адвоката Дины Каминской «Записки адвоката» — «Признание, или Дело мальчиков». Основан на реальных судебных процессах знаменитых советских адвокатов. Дина Каминская — не просто адвокат с мировым именем, она прежде всего известна участием в судебных процессах над советскими диссидентами 1960-х — начала 1970-х годов. Она защищала правозащитников от катка системы. Уже с первой серии мы найдем переклички с сегодняшними громкими судебными делами. В несвободной стране Каминская была свободна. Ей этого не простили.
Экранная история начинается на закате оттепели. Молодая амбициозная адвокатесса Нина Метлицкая берется за самые бесперспективные дела, включая обвинения в диссидентстве. Среди ее подзащитных — вор в законе, цеховик-миллионер, меломан, обвиняемый в шпионаже, звезда кино, осужденная за убийство сожителя, диссиденты. Но уже первые процессы демонстрируют очевидное: суд не слышит адвоката. Как пел Ким:
Судье заодно с прокурором Плевать на детальный разбор — Им лишь бы прикрыть разговором Готовый уже приговор.
И мальчика, по недоразумению сдавшего на макулатуру собрание сочинений Ленина, осуждают на два года колонии. «Это же не суд, а какой-то спектакль получается», — плачет адвокат. И обида ее очевидна зрителю.
Уже в первых сериях много перекличек с происходящим сегодня. Подложенные доказательства вины, фейковые свидетели, обвинения непутевого мальчишки в антисоветской (считай, антигосударственной) деятельности. Да и сам суд похож на цирк с дрессированными обезьянками, «только в конце кого-то убивают».
справка
В качестве адвоката Дина Каминская участвовала почти во всех самых громких политических процессах 1960–1970-х: защищала Владимира Буковского, Юрия Галанскова, Анатолия Марченко и многих других участников диссидентского движения. Ее защитительные речи становились обличением государственного беззакония. Сторонники подсудимых, пробивавшиеся на процессы, старались записывать и распространять ее выступления. В пишущую машинку вместо обычной бумаги закладывалась папиросная, чтобы получилось как можно больше копий. Они расходились по Москве и многим крупным городам. «Ах, честное русское слово — луч света в кромешной ночи…» — пел Юлий Ким в «Адвокатском вальсе», который он посвятил Софье Васильевне Каллистратовой и Дине Исааковне Каминской.
Юлия Вишневская, Людмила Алексеева, Дина Каминская и Кронид Любарский, Мюнхен 1978 год
«В политических процессах от нас с вами многого не зависит!» — обучают Нину опытные лояльные адвокаты. Но никак не пробудить в ней инстинкт самосохранения, не усыпить совесть и обостренное чувство справедливости.
«Фильм сейчас выглядит очень актуально и современно, — говорит режиссер Владимир Котт, — перекликается с действительностью, окружающей нас. Для любого человека адвокат — это не только связь с внешним миром, но и надежда. Даже когда кажется, что уже все безнадежно, надо верить, что справедливость наступит, и каждый получит по заслугам. Возможно, это наивно, но я в это верю. И главное — хоть мы и живем в эру тотальной несправедливости, каждый может сохранять личное человеческое достоинство».
Вот поэтому, несмотря на недостатки (к примеру, гэбэшные топтуны в шляпах и плащах с поднятыми воротниками выглядят как фэбээровцы), фильм рекомендуем к просмотру.
Комментарий

Генри Резник

адвокат

— В чем отличие адвоката Дины Каминской от ее коллег?
Власть, это была ее ошибка, позволила провести несколько публичных процессов. Уголовный процесс против писателей Синявского и Даниэля, дело демонстрантов на Красной площади (Дина Каминская защищала Ларису Богораз и Павла Литвинова). В этих условно открытых процессах, места в зале которых занимали в основном сотрудники «конторы» и обкомовские служаки, участвовали известные адвокаты. И, в отличие от процессов сталинской поры, подсудимые не признавали себя виновными. Громким был «Процесс четырех»: Гинзбурга, Лашковой, Галанскова и Добровольского. Каминская согласилась защищать Галанского.
Чем они с Софьей Васильевной Калистратовой отличались от других адвокатов? Их защиты можно назвать по-настоящему мужественными. Знаю, что в то время адвокатам давали рекомендации не усердствовать в подобных делах. Но они обе отстаивали право граждан на свободу мысли и слова, присутствовавшее, между прочим, в Конституции СССР.
Каминская и Калистратова прекрасно все понимали, но работали максимально честно и добросовестно. И потом уже посыпались один за другим процессы над крымскими татарами, генералом Григоренко, повторные дела мотора правозащитного движения Александра Гинзбурга.
К Каминской стали обращаться по другим делам. Можно было отойти в сторону, выйти из красной зоны, но Дина Исааковна решила участвовать. Защищать сограждан, преследуемых за свои убеждения.
Кадр из сериала «Заступники» / Кинопоиск
Они с Софьей Васильевной стали в лучшем смысле политическими защитниками, символами адвоката-правозащитника, приобрели международную известность.
Такого открытого противостояния власть терпеть уже не могла. К тому же на стойкость и храбрость Каминской начали равняться молодые адвокаты.
Понятно же было, что последуют санкции. Ее лишили права участвовать в политических процессах, выдавили из адвокатуры, потом из страны.
— Размышляя о параллелях процессов 60-х и нынешних, какой опыт мы можем приобрести?
— Когда адвокат входит в заказное дело политически или коррупционно мотивированное, он сознает, что все предопределено. Но сама по себе защита не теряет значимости… Ведь адресатом слова, которое произносит адвокат, является не столько ангажированный суд, но все общество. Причем не только твоя страна, но и мировое сообщество. Твоя позиция, речь становятся достоянием публичного пространства. И всем становится ясно, что осужденный не виновен.
Адвокату необходимо защищать так, будто никаких посторонних правосудию соображений не существует. Это тест на профессионализм. Надо использовать возможность открытого процесса, чтобы обличить власть беззакония. Тогда моральная победа очевидна любому непредубежденному человеку.