Сюжеты · Политика

Военно-дипломатический квартет

Сергей Лавров выразил «полную готовность» прекратить войну на Донбассе

Юрий Сафронов , обозреватель «Новой», журналист RFI, Париж
Фото: AP Photo/Pavel Golovkin/ТАСС
Будет ли помнить мир спасенный, как в Москве 9 сентября 2019 года собрались участники франко-российского Совета сотрудничества по вопросам безопасности (ССВБ), мы сможем узнать позднее, а пока – короткий отчет об этой примечательной в любом случае встрече. Все-таки министры иностранных дел и министры обороны России и Франции не сидели вместе за одним столом почти шесть лет – после того, как Крым вернули в «родную гавань».
И вот наконец благодаря волевому усилию президента Эммануэля Макрона для России открылось новое «окно возможностей». Реализовать их удастся в том случае, если в ответ «будут достигнуты конкретные результаты», предупредил глава МИД Франции Ле Дриан. И назвал первое условие:
«Никакого устойчивого сближения между Россией и Европой не будет без прогресса по украинскому досье».
Заявление было сделано на пресс-конференции по итогам этого насыщенного франко-российского дипломатического дня. В этот день прошла и встреча министров иностранных дел Сергея Лаврова и Жан-Ива Ле Дриана, и встреча министров обороны Сергея Шойгу и Флоранс Парли (госпожа Парли подарила Шойгу фотографию летчиков «Нормандии – Неман» 1944 года, а тот в ответ преподнес ей свежий номер газеты «Красная звезда» с фотографией 1943 года и рассказал, как после терактов во Франции, произошедших в ноябре 2015-го, «российские летчики в Сирии в знак солидарности с французским народом наносили надписи «За Париж» на авиабомбы самолетов ВКС России»), и встреча перечисленных министров «в формате 2+2». А «за полями» этих встреч состоялся еще и «конструктивный диалог»между секретарем Совета безопасности России Николаем Патрушевым и генсеком по обороне и национальной безопасности Франции Клер Ландэ.
«Такая концентрация ответственных лиц, отвечающих за вопросы внешней политики, безопасности и обороны, наверное, показывает настрой России и Франции на интенсификацию нашего практического сотрудничества в соответствии с договоренностями, которые были достигнуты президентами Путиным и Макроном в Брегансоне, и в соответствии с инициативами, которые были озвучены президентом Франции 27 августа в выступлении перед французскими послами», – напомнил Сергей Лавров, подчеркнув, что французская инициатива «полностью отвечает позиции В.В. Путина, интересам Российской Федерации».
Жан-Ив Ле Дриан начал свое выступление, чеканя фразу «мы здесь для того, чтобы наладить откровенный и требовательный диалог», но затем почти ни в чем не противоречил «дорогому Сергею». Глава МИД Франции подчеркнул, что две даты — празднование 30-летия падения Берлинской стены и 75-летия Победы — «благоприятствующий момент» для того, чтобы начать работу «над уменьшением недоверия» в отношениях между Европой и Россией.
А недоверие к России вызвали многие действия, сказал Ле Дриан, сразу, впрочем, успокоив присутствующих, что не намерен перечислять эти действия в полном объеме. Он лишь скороговоркой перечислил отдельные — «касающиеся Украины, химических атак, ситуации в Сирии, атаки против MH17». «Но! — сразу же сделал важную интонационную паузу глава французской дипломатии. — Мы также сохраняем совместные интересы».
Учитывая это немаловажное обстоятельство, Ле Дриан несколько раз попросил российскую сторону всего об одной услуге: продемонстрировать прогресс в деле мирного урегулирования на Донбассе.
Перед выездом в Москву Ле Дриан тоже подчеркивал: в центре повестки этого заседания будет «конфликт в Украине». Ведь на носу — саммит в «нормандском формате», который должен пройти в Париже предположительно в конце сентября.
…На носу министра обороны России Сергея Шойгу ближе к завершению московской пресс-конференции возникли очки: пришла его очередь зачитать впечатления от встреч с французскими партнерами. Впечатления включали и «ситуацию на севере Африки и в регионе Сахеля, поскольку эти районы могут стать новыми прибежищами террористов, выдавливаемых из Сирии», и ситуацию в Персидском заливе, и договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, и еще много чего…
Не упомянул Сергей Кужугетович только два вопроса: ЦАР и войну в Украине. (Про Центральноафриканскую Республику и про то, что «некоторым, желающим видеть там место для соревнования», пора бы изменить подход, намекнула министр обороны Франции Парли — уже после того, как Лавров объявил, что Москва и Париж «условились о взаимодействии в ЦАР».)
Фото: Антон Новодережкин/ТАСС
«За последние годы существенно возросло количество проблем международной безопасности…» — начинал фразу Шойгу, но за интригующим началом не следовало такого же продолжения. «…Проблем международной безопасности, решить которые можно только скоординированными усилиями различных государств», — завершал фразу Сергей Кужугетович. «Мы откровенно обсудили с министром обороны Франции госпожой Парли вопросы евробезопасности, сделав акцент по недопущению инцидентов на линии соприкосновения…» — начинал Шойгу, но и в этом случае говорил не о Донбассе, а о «линии соприкосновения Россия — НАТО».
Так ведь было все эти «посткрымские» годы:
пока на «линии соприкосновения» говорили чьи-то пушки, на брифингах и пресс-конференциях о войне в Донбассе высказывалась миролюбивая российская дипломатия.
Российский военно-дипломатический дуэт не изменил традиции и сейчас. «Рассмотрели ситуацию на Украине, исходя из безусловной необходимости реализации Минских договоренностей во всей их полноте. Рассчитываем, что новые киевские власти продемонстрируют политическую волю и приступят к скорейшему выполнению взятых Украиной обязательств», — говорил Сергей Лавров. Заверяя, что в Москве «отметили как весьма позитивное заявление президента Украины Зеленского о том, что он заинтересован в решении через работу «нормандского формата» и контактной группы, а произошедший на прошлой неделе обмен пленными — «добрый знак, который позволяет рассчитывать на то, что параллельно с урегулированием в Донбассе будут нормализовываться российско-украинские отношения».
«Мы заверили французских коллег в том, что готовы к сотрудничеству настолько, насколько к нему готовы наши партнеры», — сказал затем Сергей Шойгу.
«Мы выразили полную готовность к совместной работе в интересах создания в Евразии, в евроатлантике пространства мира, безопасности, широкого равноправного сотрудничества», — дал гарантию министр иностранных дел России.
Вроде бы Донбасс из «пространства Евразии» пока никто не исключал.