Сюжеты · Политика

«Угроза обороноспособности страны» — под домашним арестом

Активистку «Открытой России» Анастасию Шевченко суд поместил под домашний арест, несмотря на наличие у нее на иждивении троих детей

Фото: Елена Романова — специально для «Новой»
Уголовное дело было возбуждено 18 января, а 21-го в квартиру, где Анастасия живет вместе с мамой и двумя детьми, пришли с обыском. Так выяснилось, что ростовчанку подозревают в причастности к деятельности нежелательной организации (дело возбуждено по редкой для России 284-й статье Уголовного кодекса). В этот же день обыски прошли еще у четырех соратников Анастасии по работы в «Открытке».
В «Открытой России» сразу заявили, что преследование Шевченко — незаконно. «По статье 284.1 УК РФ можно судить только за участие в деятельности иностранных организаций, признанных нежелательными, — убежден председатель движения Андрей Пивоваров. —
«Открытая Россия» — это российское движение, и преследование активистов противоречит даже этому нелепому закону».
Если суд над Анастасией Шевченко состоится, то это поставит точку в затянувшемся виртуальном споре — имеет ли всероссийское открытое сетевое движение «Открытая Россия» прямую связь с организацией Otrkytaya Rossia, зарегистрированной в Великобритании и признанной в России «нежелательной».
Официально «Открытая Россия» была учреждена в 2001 году по инициативе главного акционера нефтяной компании ЮКОС Михаила Ходорковского и была связана с его фондом Openrussia Foundation, зарегистрированным в Великобритании. Организация занималась образовательными проектами, политическим мониторингом, просвещением молодежи. К 2006 году, согласно официальным данным, в России насчитывалось порядка 50 филиалов «Открытой России» по всей стране, а руководителем Камчатского отделения была, например, нынешний депутат ГД Ирина Яровая.
В 2016 году в Хельсинки прошла учредительная конференция всероссийского открытого сетевого движения «Открытая Россия», которое до сих пор не имеет никакого официального статуса. Незадолго до съезда Движение опубликовало свою идеологическую программу, основой которой является «создание постпутинской повестки». «Открытая Россия», в частности, поддерживает оппозиционных кандидатов на местных выборах.
Чуть менее двух лет назад Генпрокуратура признала британскую Otrkytaya Rossia Михаила Ходорковского — нежелательной, а с недавних пор в стране началось последовательное давление на активистов всероссийского движения «Открытая Россия».
В ходатайстве о домашнем аресте для Анастасии Шевченко старший следователь по особо важным делам 2-го следственного отдела 1-го следственного управления Центрального аппарата Следственного комитета РФ Александр Толмачев заявил, что свободу Шевченко необходимо ограничить, потому что она является подозреваемой по особо тяжкому преступлению и может быть причастна к деятельности, которая «подрывает основы конституционного строя и несет угрозу обороноспособности страны».
В «Открытую Россию» Анастасия Шевченко пришла в 2016 году.
— Я до сих пор не считаю, что я занимаюсь политикой, — год назад рассказывала она в интервью Ростовскому агентству новостей Donnes.ru. — Я считаю, что это гражданский активизм. В здоровом обществе должны быть гражданские активисты, которые, если видят проблемы, пытаются их решить. Мне кажется, это ключевая вещь.
Известно, что до недавнего времени Настя работала начальником отдела продаж в успешной иностранной компании. В 2017 году, будучи уже координатором «Открытки», она неожиданно возглавила штаб кандидата в президенты РФ Ксении Собчак, чем вызвала шквал критики в свой адрес со стороны единомышленников. Но после завершения кампании Шевченко вернулась в «ОР» и продолжила работу.
После возбуждения уголовного дела в поддержку Анастасии выступил целый ряд общественных деятелей. Ксения Собчак называет все произошедшее местью.
— Все, что происходит с Анастасией Шевченко, — это не просто беззаконно, а еще и бесчеловечно, — сказала Собчак «Новой газете». —
Ее помещают под домашний арест притом что у нее на иждивении трое детей и пожилая мать! Ей запрещен выход в интернет, общение, любые средства связи. Как она сможет работать? Как сможет содержать семью?
Это просто какая-то жестокая месть молодой смелой женщине и попытка сломать ей жизнь. Мы будем помогать Насте и поддерживать ее.
Фото: Елена Романова — специально для «Новой»
Следователь попросил отправить Шевченко под домашний арест, потому что, по его мнению, полученные в результате оперативно-разыскных мероприятий данные свидетельствуют о намерении уничтожить доказательства ее «преступной» деятельности и даже скрыться за границей, потому что загранпаспорт у нее есть и визы в нем открыты.
Адвокат Сергей Ковалевич попытался объяснить судье, что загранпаспорт у подозреваемой изъяли при обыске, что ограничивать мать двух детей-школьников в передвижении — нельзя, что она является единственным кормильцем своих детей. Сторона защиты предлагала использовать залог в 500 тысяч рублей и подписку о надлежащем поведении.
Как выяснилось, Настя не афишировала свою личную жизнь, и мало кто даже из ее соратников знал, что у нее есть еще одни ребенок — девочка, инвалид первой группы, 2001 года рождения, которая содержится в специализированном интернате, и мать — ее единственный опекун.
— У нее такое состояние, что она может по 3–4 раза в год болеть воспалением легких, и в это время я должна находиться рядом, — рассказала Настя, стоя в клетке зале суда.
— Я вожу туда памперсы, продукты питания, лекарства. Кроме того, наступает совершеннолетие, нам необходимо оформлять документы для перевода дочери в интернат для взрослых. Никто, кроме меня, это делать не может — я ее единственный опекун.
Фото: Елена Романова — специально для «Новой»
Но суд решил все же поместить Анастасию под домашний арест. Активистке «Открытой России» надели на ногу специальный браслет, до 17 марта она не имеет права без ведома следователя покидать помещение, пользоваться средствами связи и общаться с друзьями.
Квартиру «под домашний арест» предоставила одна из горожанок — своего жилья у Насти нет, семья его арендовала. Вечером 23 января судебные приставы сопроводили ее к новому месту жительства, вскоре туда же приехали ее мать и двое детей — 14-летняя дочка и семилетний сын.
Елена Романова — специально для «Новой», Ростов-на-Дону