На Трампа ищут управу

Колонка 7. Почему даже некоторые республиканцы хотят ограничить власть президента

Главный политический сюрприз в США за последние лет десять — это то, насколько второй срок Дональда Трампа на посту президента оказался непохожим на его первый срок. Если тогда Трамп был связан по рукам и ногам расследованиями, полагался на саботировавших его решения чиновников и безуспешно боролся с институтами американского общества, то сейчас все радикально изменилось.

Трамп пришел с намерением провести революционные изменения и взялся за дело без оглядки на Конгресс, суды и — по утверждению критиков — законы и демократические институты. Его рекордная непопулярность перед промежуточными выборами говорит о том, что американцам в целом это не понравилось. Лишь 32–37% избирателей одобряют деятельность Трампа на посту президента. А в недавнем опросе The Wall Street Journal большинство избирателей, даже многие республиканцы, ожидали от своих представителей в Конгрессе ограничения власти Трампа.

В чем же Трамп прогневал избирателей и почему они хотят найти на него управу? И станут ли выборы во вторник референдумом о недоверии главе страны?

Многие в США считают, что на втором сроке Трамп попытался полностью устранить знаменитую систему сдержек и противовесов, которой славятся США.

По Конституции США, лишь Конгресс решает, как распределять федеральный бюджет, но Трамп начал президентство с разгрома госсектора, включая закрытие профинансированных Конгрессом учреждений. Трамп игнорировал и судебную власть: по подсчету «Ассошиэйтед Пресс», только за первые пятнадцать месяцев администрация нарушила более 30 распоряжений судов. Особенно не повезло главной концертной площадке Вашингтона — Кеннеди-центру, который Трамп попытался переименовать в свою честь. Суд признал это незаконным и запретил закрывать центр на масштабную реконструкцию, но его руководство все равно закрыло здание, сославшись на необходимость срочного ремонта.

Впрочем, Трампу пришлось подчиниться ряду решений Верховного суда, который провозгласил незаконными многие из введенных Трампом пошлин и отказался отменить гарантированное Конституцией право на американское гражданство по рождению.

Покончив с традиционной автономией министерства юстиции США, Трамп неустанно требовал от своих назначенцев возбуждать уголовные дела против его политических противников. Власти выдвигали одно обвинение за другим против экс-главы ФБР Джеймса Коми, который когда-то санкционировал расследование против Трампа, а дочь Коми уволили с должности прокурора (суд признал это незаконным). Под уголовное преследование попала и генпрокурор штата Нью-Йорк Летиция Джеймс, которая вела расследования против Трампа, и ряд других.

Трамп сократил госаппарат на четверть миллиона человек, а от остальных потребовал безоговорочного подчинения политике администрации, покончив с представлением о том, что технократы в федеральной власти должны оставаться вне политики. Это сопровождалось нарочитым издевательством над сотрудниками: так, недавно им повелели называть искусственный интеллект суперинтеллектом, как бы намекая, что их собственный интеллект — не супер. Многие госслужащие Вашингтона возмущены, но уходить не торопятся — их специфическая экспертиза далеко не всегда нужна в частном секторе.

Его дети Дон-младший и Эрик, а также зять Джаред Кушнер также резко увеличили свое состояние. Не осталась в стороне даже первая леди Мелания Трамп: Amazon потратил больше 75 миллионов долларов на документальный фильм о ней. Приближенных Трампа не раз обвиняли в том, что они за деньги берутся добыть президентское помилование для богатых осужденных. Богатые спонсоры, которые хотят заслужить милость Трампа, спонсируют его проекты — например, перестройку Восточного крыла Белого дома, которое при Трампе снесли, но вновь пока не отстроили. Всё это привело к тому, что почти две трети американцев говорят в опросах, что на выборах одной из главных тем для них будет коррупция во власти.

Технологические корпорации, которые на первом сроке Трампа дистанцировались от него, потянулись к нему на поклон в начале второго срока. Трамп регулярно собирает у себя глав ведущих компаний, таких как Amazon, Meta*, Google и Microsoft, требуя поддержки своей политики в области искусственного интеллекта. Не явиться или возразить Трампу — значит потенциально навлечь на свою компанию гнев президента. Трамп дошел до того, что потребовал долю для государства в частной корпорации Intel и «золотую акцию» для властей в US Steel, что раньше казалось чем-то немыслимым. На финансовую поддержку компаний, которые Трамп считает заслуживающими поддержки, выделено уже 25 миллиардов долларов. Американские избиратели традиционно не любят сращивание бизнеса с властью. А сближение Трампа с технологическими гигантами не нравится американцам на фоне растущего недоверия интеллекту, который 84% избирателей считают угрозой для рабочих мест.

Целый ряд медиакорпораций поспешили выделить президенту отступные по этим искам. Не обошлось и без личного благословения Трампа, когда дружественные ему владельцы Paramount купили медиаконгломерат Warner Bros Discovery.

Возмущение среди многих избирателей вызвали и действия военизированных отрядов, которые Трамп направил на облавы против незаконных мигрантов. После того как в январе 2026 года сотрудники миграционной полиции застрелили двух американских граждан в Миннеаполисе, возникло мощное движение протеста, и Трампу пришлось уволить ряд наиболее одиозных чиновников, включая министра внутренней безопасности Кристи Ноэм.

В политике Трамп перешел от провокационных заявлений к прямым угрозам политическим противникам. Когда шесть депутатов-демократов напомнили военным об их праве не подчиняться незаконным приказам, Трамп пригрозил им смертной казнью за «мятеж». А во время войны с Тегераном он пригрозил уничтожить всю иранскую цивилизацию, что вызвало недоумение даже у некоторых республиканцев.

По подсчетам The Washington Post, Трамп использует вульгарные выражения или оскорбления в 93% своих выступлений на втором сроке — на первом сроке таких было меньше. Некоторые американцы по-прежнему считают, что всё это укладывается в прежнюю формулу взаимодействия Трампа с публикой. Его вызывающие заявления всегда вызывали энтузиазм у сторонников и море негативных эмоций — от возмущения до страха — у противников. Но теперь за угрозами стоит преследование конкретных людей. С политической точки зрения это эффективно: сторонники Трампа по-прежнему поддерживают его и говорят, что он борется с антиамериканским «глубинным государством» или коррумпированным истеблишментом. Но на самом деле Трамп уже сам стал истеблишментом: он контролирует государственный аппарат в несравнимо большей степени, чем когда-либо, и использует органы власти, чтобы помогать друзьям и преследовать врагов. Его личные нападки на государственные институты уже трудно отделить от действий самой власти. И если раньше Трамп мог позволить себе лишь оскорбления, то теперь за ними стоят реальные полномочия государства — от уголовного преследования до применения силы. Это подрывает доверие американцев ко всей политической системе.

Скептики считают, что, кто бы ни победил на промежуточных выборах, Трамп продолжит игнорировать Конгресс и расшатывать американские институты. Некоторые опасаются, что федеральные ведомства уже никогда не восстановят прежнюю автономию и превратятся в исполнительные органы правящей партии. Но многие американцы по-прежнему рассчитывают на систему сдержек и противовесов. Причем ограничивать власть президента хотели бы даже некоторые избиратели-республиканцы. Трамп сохраняет преданность своих наиболее убежденных сторонников, но для победы на выборах его партии нужно намного больше голосов. Демократы это понимают и пытаются превратить выборы в референдум о недоверии президенту. Пока что республиканцы обороняются даже в традиционно консервативных штатах, включая Техас, Аляску и Канзас. Насколько велики шансы демократов поставить заслон Трампу в Конгрессе, покажут выборы во вторник — хотя окончательных результатов, вероятно, придется подождать.

Алексей Брагинский

* Признана в России экстремистской организацией и запрещена.