Генпрокурор Гуцан: «коррупционные активы» подлежат изъятию даже у наследников, даже после смерти коррупционера

Генпрокурор Александр Гуцан назвал «справедливым» изъятие активов после смерти «коррупционеров» — уже у их наследников и третьих лиц, получивших актив во владение. Это не только «в полной мере соответствует духу закона и справедливости», уверен Гуцан, но и на долгий срок продемонстрирует «бессмысленность подобного обогащения». Об этом он высказался с трибуны Межгосударственного совета по противодействию коррупции, который сегодня проходит в Минске.

В мае 2026 года Госдума приняла законопроект, который, в частности, убирает любые сроки давности по приватизационным сделкам (прежде всего, по сделкам 1990-х), если в них обнаружены коррупционные схемы. Но устанавливает такие сроки в 10 лет по всем остальным сделкам.

Норму о сроках давности продвигал бизнес-омбудсмен Александр Шохин. Он дошел до Путина, чтобы обсудить лежащий в Думе законопроект, и просил президента учесть, что для стабильности делового оборота, в котором «страна нуждается», требуется установить срок давности хотя бы для приватизационных сделок, в которых нет выявленной коррупционной составляющей, иначе в бизнес-среде будет царить нервозная обстановка.

«Коррупционность» при этом сформулирована обтекаемо и в законопроекте, и в прецедентных делах. С 2025 года деприватизацию крупных предприятий в России осуществляют как раз через обращение в суд Генпрокуратуры, которая находит для этого разнообразные предлоги из 1990-х годов, называя те схемы «коррупционными».

В распоряжении российских силовых структур есть и другие инструменты деприватизации: иски по «экстремистским» или «террористическим» статьям с требованием изъять собственность таких «экстремистов» или «террористов».

Александр Гуцан, однокурсник Дмитрия Медведева и Константина Чуйченко, недавно сменил на посту генпрокурора Андрея Краснова — а тот при протекции Владимира Путина возглавил Верховный суд России.