Усыпить и сжечь

Когда оно закончится?

Напомним, как в общих чертах выглядит ситуация: в Иркутской области, а конкретно — в границах Оёкского административного округа — с начала сентября введены карантин и режим ЧС. Причина — распространение заразного узелкового дерматита (далее — ЗУД) среди крупного рогатого скота. Очаги заражения обнаружены в селе Оёк, в деревнях Бутырки и Коты. Несколько населенных пунктов внесено в зону риска.

По данным на 6 сентября, было выявлено 96 инфицированных голов крупного рогатого скота. В эпизоотическом очаге и зоне под угрозой действует ряд запретов: нельзя ввозить и вывозить животных, продукты убоя, молоко и корма, с которыми могли контактировать больные животные, перемещать и перегруппировывать скот. Запрещены въезд и выезд транспорта, за исключением машин, задействованных в ликвидации очага и обеспечении жизнедеятельности людей, посещение территории посторонними, выпас крупного рогатого скота.

Ветеринарная служба, Россельхознадзора и полиция будут досматривать транспорт, чтобы не допустить ввоз возбудителя. Ветеринарный контроль введен на границах поселений в самой области. В очаге заболевания и на прилегающих территориях произведут внеплановую вакцинацию животных. Вакцина, как утверждают чиновники, в наличии имеется. А пока скот изымают и утилизируют.

Люди сомневаются: только ли зараженных животных отправляют на сожжение? Сомнения не беспочвенны. Множатся вопросы, на которые граждане пытаются получить ответы от конкретных чиновников и профильных ведомств. Пока безуспешно.

А план какой?

Один из главных вопросов местных (и не только) жителей (он встречается на всех профильных форумах и в пабликах с обсуждением темы) абсолютно закономерен: почему не показывают официальных бумаг с результатами анализов и заключением ветврачей? Люди всерьез опасаются несанкционированного уничтожения животных. Включается вполне предсказуемая реакция: «Свой скот я просто так не отдам».

Для многодетной семьи (живет в одной из пострадавших деревень) продажа мяса и молока от собственного поголовья — основной источник дохода. Люди держали полтора десятка коров и несколько бычков. Инфекцию приехавшие после вспышки специалисты выявили только у одной. Собственно, только у одной и анализ-то брали, говорят хозяева. Однако утилизировать будут всё поголовье. В том числе и быков, которые, к слову, содержались отдельно. Что это: утилизация на упреждение, перестраховка, видение картины целиком? Как бы то ни было, семья лишится всего.

В другой семье — ситуация схожая и укладывается в пару строк: «Поросенка, думала, не тронут, но и его сожгут. Нас вообще оставляют без средств к существованию».

Два года назад в Иркутской области вспышка ЗУДа у крупного рогатого скота уже фиксировалась. Тогда она получила серьезное распространение. На фермах ежедневно уничтожались тонны сырья. В итоге в регионе ликвидировали почти шесть тысяч голов крупного рогатого скота. При этом здоровое поголовье вакцинировали. А ревакцинация охватила 400 тысяч животных — 97% от первично привитых.

Иммунизацию скота организовали на территории 24 муниципальных образований. И вот не просто очередной, а ключевой вопрос: если скот вакцинировали, как нам говорят, а вспышка случилась, выходит, вакцина не работает? Или ее действие закончилось, а новую вакцинацию не провели? Или с самим процессом что-то не так? В любом случае, это еще одна обсуждаемая тема. Внятных комментариев на этот счет в публичном пространстве ни прочитать, ни услышать не удалось.

Зато они звучат с другой стороны: «В свое время животных лечили, но никак не забивали. Была налажена профилактическая работа, а сейчас очередной повод для напряжения и проблем». Это мнение конкретного человека, отражающее, однако, общие настроения.

Тогда же, в 2024-м, Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту нарушений, повлекших за собой распространение ЗУДа. Предполагаемая причина распространения инфекции сегодня — нелегальный ввоз мелкого рогатого скота на территорию области. И снова вопрос: кто именно ввозил, кто пропустил, а главное — кто будет за это отвечать? Люди хотят услышать, какие конкретно официальные лица понесут ответственность за случившееся. И что происходило в эти два года между вакцинацией и повторной вспышкой. Доподлинно известно только, что в 2025-м покинул свой пост глава Службы ветеринарии Иркутской области Шевченко. Он стал фигурантом уголовного дела (превышение должностных полномочий).

На корову-то хватит?

Размер компенсаций и цены на мясо — это и вовсе отдельная тема. Компенсация положена людям за изъятый и утилизированный скот. В разных источниках ее размеры колеблются от 224 до 304 рублей за килограмм живого веса коровы (на прочий скот установлены отдельные цены). Владельцы хозяйств считают, что этого недостаточно. Новую корову на них, может быть, и купишь, но когда? Понятно, что до снятия карантина этого не сделать. Сколько он продлится? Предсказуемый ответ от властей — сколько понадобится.

Жители требуют рассчитывать компенсации, исходя из рыночных цен на мясо.

«Результаты исследования народу не показывают и предлагают компенсацию 224 руб./кг при стоимости на рынке около 900 рублей», — возмущается один из жителей, чье мнение совпадает с мнением множества других пострадавших. И негодование это совсем не беспочвенно. Стоимость говядины на кости (если ориентироваться на данные Иркутскстата) в областном центре держится на уровне 625–670 рублей за килограмм. В северных районах, например в Усть-Илимске, она доходит до 750–800 рублей. Бескостное мясо в розничных магазинах и супермаркетах Иркутска продается в среднем по 925–1300 руб./кг.

Учитывались ли эти цифры при расчете компенсации, мы не знаем. Но можем предположить, как будет развиваться ситуация дальше, на показательном примере близкого к Приангарью региона. Буквально в марте в Новосибирске на фоне карантинных ограничений и изъятия скота начали расти цены на говядину. За одну только неделю, по наблюдениям потребителей и продавцов, она подорожала на 50 рублей. Рост фиксировала и официальная статистика. Весной впервые за 10 лет говядина обогнала по стоимости баранину. Средняя цена по области выросла до 771 рубля, по Новосибирску — до 802 рублей за килограмм. Говядина, таким образом, стала самым дорогим видом мяса среди отслеживаемых статистикой. На городских рынках некоторые точки просто закрылись из-за нехватки мяса от местных фермеров. А в Иркутской области в прошлую эпидемию за пару месяцев цена на говядину подскочила почти на 100%.

Лечить или убить?

Губернатор области Кобзев говорит, что скот в Бутырках и Котах, по заключению специалистов, подпадает под отчуждение и уничтожение. Это тяжелое решение, комментирует он, но если не замкнуть очаг сейчас, инфекция перекинется на другие населенные пункты, и тогда масштаб будет несоизмеримо больше. Главная задача — не допустить распространения. ЗУД действительно распространяется быстро, и намерение властей оперативно купировать проблему понятно. Но выбранный способ — точно единственно возможный? Если да, почему так расходятся мнения специалистов на этот счет?

У жителей села изымают скот на убой — это факт. «Но когда человек идет на профессию ветеринарного врача, он изучает науку, как вылечить, а не как убить». Это уже высказывание ветеринарного врача высшей категории, считающего нынешнее решение (о безоговорочной утилизации) спорным. Вполне действенным эксперт называет другой способ:

По мнению врача, в случае вспышки узелкового дерматита в личных подсобных хозяйствах лучше не уничтожать всех подряд животных, а изолировать больных и тщательно следить за их состоянием. Противоположное мнение высказывает представитель областной службы ветеринарии, а именно: отчуждение и уничтожение всего поголовья по ветеринарным правилам необходимо провести, даже если у владельца инфицировано лишь одно животное. Есть и третья позиция, что удивительно, опирающаяся на те же ветеринарные правила и приказ Минсельхоза № 588 от 24 августа 2021 года, где четко перечислены все мероприятия, которые нужно проводить, если обнаружен ЗУД. Так вот в соответствии с обозначенными документами, больных животных надо лечить. А животных, которые могут заразиться, — вакцинировать. Более того, вылеченная особь способна дать здоровое потомство, а ее молоко и мясо придут в норму. В этом уверен ветеринарный эпидемиолог.

Наконец, есть предположение, что, судя по длительности инкубационного периода и резкому увеличению количества очагов, мы можем иметь дело не с ЗУДом. В таких условиях, по утверждению эксперта, самое оптимальное — «замереть». То есть уйти в изоляцию и заняться лечением скота.

Спрашиваю специалиста, знакомого с процессом изнутри: имеет ли право владелец, не будучи уверенным, что животное заражено, не отдавать его? Ответ:

Людей не устроили размеры выплат. Основные деньги, по информации нашего источника, Минсельхоз области раздал крупным предприятиям. А фермерам, крестьянским и частным подсобным хозяйствам по остаточному принципу. А чаще — дырку от бублика.

Надо ли удивляться, что не со всеми решениями властей в ходе ликвидации вспышки местные жители согласны. И в своих оценках они особо не церемонятся: «Явный умысел, только чей? Все ветеринары пишут, что это легко лечится и без последствий. Не пойму очередного уничтожения скотины — как заказ какой-то».

Даже первоначально отведенное место для уничтожения биологических отходов люди не приняли, возмутились. Не устроила его близость к домам. А ведь подобное в области уже проходили. Во время предыдущей вспышки едкий дым после утилизации скота больше недели стоял возле жилых массивов. Администрация Иркутского округа оперативно нашла новый участок, примерно в трех километрах от Бутырок. Дым с этого места, объясняют чиновники, не будет идти на населенные пункты. Видимо, предполагается, что направление дыма никоим образом не зависит от направления ветра. Или роза ветров здесь какая-то особая… Для рекультивации обещают привлечь научных сотрудников.

Пока же случаи заражения скота продолжают выявлять. Специалисты областной службы ветеринарии ведут обход личных подсобных хозяйств в эпизоотических очагах. А люди продолжают возмущаться:

• «Лечить скот не пробовали?»

• «Утверждают, что эту инфекцию можно лечить, но убить, видимо, проще?»

• «Лечите, а не убивайте!»

• «Дерматит? И сразу истреблять? Совсем, что ли, с ума сошли?»

• «Кто привез заразу в Сибирь? Не ветром же надуло?»