Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
К середине июля 2026 года российский топливный рынок оказался в точке, где статистические аномалии перестали быть аномалиями. Данные Росстата фиксируют устойчивое ускорение инфляции, множатся административные меры правительства, а перспективы стабилизации так или иначе сводятся к ограничению потребления топлива. То, что мы наблюдаем, — не временный сбой, а плата за структурную трансформацию экономики, где приоритетный сектор поглощает ресурсы без ограничений, а остальные — включая миллионы автомобилистов — вынуждены этими ресурсами делиться.
За неделю — с 30 июня по 6 июля 2026 года — бензин в России подорожал на 2,1%, достигнув средних 74,01 рубля за литр. Дизель прибавил 3,4% — до 87,76 рубля за литр. Это ускорение по сравнению с предыдущей неделей, когда рост составлял 1,6% и 2,2% соответственно.
В разрезе марок картина выглядит следующим образом: АИ-92 — 70,21 рубля за литр (+1,7%), АИ-95 — 76,19 рубля (+1,6%). Рост цен был зафиксирован в 82 регионах РФ, а снижение — только в Тюменской области — на 0,7%.
За последние пять недель топливо стало дороже на 8,9% — вдвое больше, чем за предыдущие пять месяцев, вместе взятые (4,58%).
Накопленный с начала года прирост розничных цен на бензин достиг 13,9%, а на дизельное топливо — 14,7%.
На этом фоне особенно показательна региональная дифференциация. В Москве бензин за неделю подорожал на 0,2%, в Санкт-Петербурге — на 0,1%. Однако разброс цен внутри столицы поражает: на московских заправках АИ-92 можно было приобрести по цене от 63,19 до 88,90 рубля, АИ-95 — от 68,99 до 97,90 рубля. В ряде регионов Юга цена на топливо уже превысила 100 рублей за литр.
Рост цен на топливо потянул за собой и общую инфляцию.
В целом за июнь, по данным Росстата, цены выросли на 0,87%. С начала года — на 4,19%. Годовая инфляция подскочила до 6,02%. Если посмотреть на структуру месячной инфляции, то непродовольственные товары дали 0,33 п.п. из общего прироста цен. Это означает, что примерно треть всей месячной инфляции пришлась именно на эту группу. Нефтепродукты (бензин и дизель) в составе непродовольственных товаров дали 0,34 п.п. Это больше, чем все непродовольственные товары, вместе взятые, — потому что рост цен на топливо был настолько сильным, что «перекрыл» динамику других непродовольственных товаров (одежды, электроники и т.д.), часть из которых могла даже подешеветь.
Продовольственные товары дали 0,25 п.п., из которых 0,20 п.п. — только плодоовощная продукция (сезонное подорожание овощей и фруктов). Услуги дали 0,28 п.п. В отличие от непродовольственных товаров, потребление многих видов услуг с трудом перераспределяется во времени, и потребители не склонны откладывать их потребление.
Хотя Росстат честно публикует данные о динамике цен, ведомство прекратило публикацию данных о производстве нефтепродуктов в натуральном выражении. В ежемесячной статистике Росстата пропали данные о производстве дизельного топлива, прямогонного бензина и сжиженных углеводородов. Ранее были закрыты данные по производству нефти и автомобильного бензина. Участники рынка не понимают реальных масштабов сокращения предложения и планируют свои действия, исходя из худшего сценария.
Перебои с топливом вызваны не только падением производства, но и серьезными логистическими проблемами. Внеплановые ремонты ряда НПЗ привели к острой потребности изменения цепочек поставок топлива до АЗС. Если ранее на участках НПЗ — нефтебазы использовался как трубопроводный транспорт, так и железнодорожный, то произошедшие изменения фактически приводят к необходимости использовать на этом участке только железную дорогу. Это увеличивает плечо доставки и ее время.
При стабильном объеме перевозимого топлива увеличение плеча доставки приводит к необходимости увеличения и парка бензовозов, что на первоначальном этапе топливного кризиса привело к скупке старых машин, которые не использовались несколько лет. Их подремонтировали и пустили на дороги, но… на пути бензовозов оказался регуляторный шлагбаум государства. Нельзя просто так взять и везти бензин туда, где он нужнее всего.
Фото: Оксана Король / Бизнес Online / ТАСС
Для перевозки бензина в цистерне объемом более 3000 литров необходимо иметь специальное разрешение, которое выдает Ространснадзор. В разрешении четко регламентированы адреса грузоотправителя, грузополучателя и маршрут движения. Так как точки залива топлива меняются, возникает необходимость в получении новых спецразрешений. Процесс получения включает разработку маршрута, подачу заявления, согласование маршрута, получение документа в Ространснадзоре. При идеальном раскладе этот механизм занимает 2–3 недели. Административное требование нивелирует одно из основных преимуществ автотранспорта — оперативность, что отрицательно сказывается на скорости доставки топлива до конечных потребителей.
В первую очередь топливо поставляется на большие АЗС, расположенные на дорогах федерального значения, крупных транспортных развязках и транспортных коридорах.
Очереди на АЗС связаны как с отсутствием топлива на других АЗС, так и с ограничениями на одну заправку в 15–30 литров.
При анализе изменений цепочек поставок топлива необходимо обратить внимание и на угрозы внепланового прекращения работы нефтебаз. В случае появления такого риска нефтебазы прекращают отгрузку топлива — и время простоя может достигать 12–14 часов, становясь для участников рынка поистине драгоценным.
8 июля 2026 года правительство ввело полный запрет на экспорт дизельного топлива до 31 июля. Как заявил вице-премьер Александр Новак, это решение принято с целью увеличения поставок на внутренний рынок. Запрет на экспорт дизеля — это первый подобный запрет с сентября 2023 года. Тогдашний был поэтапно отменен в течение двух месяцев на фоне новых договоренностей между нефтяниками и регуляторами: Минфин отказался «уполовинивать» демпфер (компенсации), а производители начали придерживать рост цен на бирже. В период с сентября по декабрь 2023 года средняя биржевая цена дизельного топлива снизилась более чем на 15% — с 68 616 до 57 780 рублей за тонну.
Ранее, в апреле, правительство ввело эмбарго на экспорт бензина, действующее до конца июля, а с 1 июня до 30 ноября действует временный запрет на экспорт авиакеросина.
Фото: Оксана Король / Бизнес Online / ТАСС
С 1 июля 2026 года правительство снизило норматив обязательной продажи бензина на бирже с 15 до 10% на срок до 30 сентября. Официальное объяснение — чтобы оптимизировать логистику и обеспечить бесперебойные поставки топлива для социально значимых учреждений и сельхозпроизводителей. Проблема в том, что эта мера, как и предыдущие, не увеличивает общий объем предложения, а лишь перераспределяет дефицит, сокращая доступность топлива для независимых АЗС.
2 июля 2026 года правительство приняло постановление № 819, которое разрешает отдельным НПЗ до конца 2026 года выпускать бензин и дизельное топливо класса К5 (эквивалент «Евро-5») с техническими характеристиками класса К3 («Евро-3»). Ключевые параметры: содержание серы в бензине — не более 150 мг/кг вместо 10 мг/кг; содержание серы в дизельном топливе — не более 350 мг/кг вместо 10 мг/кг. Содержание серы в таком топливе может быть в 15 раз выше нормы для «Евро-5».
Правительство не может повысить предложение бензина, и оно снижает его качество. Издержки в виде ускоренного износа, сокращения ресурса и дорогостоящего ремонта ложатся на автовладельцев.
Сложный вопрос — импорт топлива. По имеющимся в публичном доступе оценкам, Россия планирует импортировать 50 тыс. тонн бензина из Казахстана и от 200 до 400 тыс. тонн из различных стран, включая Индию, ежемесячно. Из Индии уже отправлено как минимум две партии по 30–40 тыс. тонн каждая. С 1 по 25 июня из Беларуси было ввезено 141 тыс. тонн бензина — почти в 2,5 раза больше, чем за весь май. Но, как уже говорилось выше, это топливо надо будет принять в портах и доставить до потребителя — что в текущих условиях само по себе задача нетривиальная.
В условиях дефицита главным механизмом распределения становится не только цена, но и очередь. И это — скрытый перераспределительный налог. Только облагается им не доход, а время.
Очередь забирает у всех одинаковое количество минут, но ценность этих минут для каждого разная. Для человека, чей час работы оценивается в 2000 рублей в час, проведенный в очереди — это потерянные 2000. Для того, кто зарабатывает 500 рублей в час, этот же час стоит в четыре раза дешевле. Очередь уравнивает всех по времени, но не по его стоимости.
Как это работает на практике. Представьте двоих автовладельцев, Петра и Ивана, приехавших на АЗС. Обоим разрешили залить по 20 литров, по 100 рублей за литр, итого каждый должен отдать 2000 рублей. Но есть очередь, в которой оба простояли час. Петр зарабатывает 500 рублей в час. Иван — 2000 рублей в час.
Что произошло? Оба заплатили по 2000 за бензин. Но Петр за этот час не заработал 500, которые мог бы. Иван не заработал 2000. Выходит, что для Петра бензин обошелся не в 2000, а в 2500 рублей (цена бензина + упущенный заработок). Для Ивана — в 4000 рублей. Разница в 1500 рублей — это и есть перераспределительный эффект очереди. Она эффективно «переложила» 1500 рублей из кармана того, кто мог бы создать больше ценности, в пользу того, кто в итоге заплатил за тот же самый бензин меньше в пересчете на общие издержки.
Проблема в том, что все действия, предпринимаемые правительством для купирования последствий топливного кризиса, не решают главной задачи — увеличения собственно предложения этого ресурса на «гражданском рынке». У нас нет официальных опубликованных данных о масштабе дефицита топлива, а оценки разницы между потреблением и производством бензина, сделанные различными медиа, колеблются в интервале от 20 до 35%. Пусть будет 30% — просто для ровного счета. Так вот, если эти оценки верны, то все сценарии разрешения насыщения рынка бензином при сохранении политики правительства ведут к одному и тому же результату: к сокращению потребления бензина людьми.
Собственно, для разрешения ситуации с топливом (даже при прекращении внеплановых ремонтов НПЗ) существуют три стратегии. Первая — нынешний гибридный вариант, где на уровне регионов действует принцип «кто во что горазд» и главной реакцией рынка становится очередь (оплата бензина временем). Второй вариант — нормирование топлива на федеральном уровне. То, что этой картой еще не сыграли, служит косвенным доказательством проблем именно в логистике, а не в переработке. Чтобы гарантировать «бензин по талонам», правительство должно иметь гарантии, что этот бензин будет в нужное время в нужном месте. Третий вариант — отпустить цены, «ввести рынок», на котором, вероятно, цена бензина первое время будет от 150 до 300 рублей за литр (в зависимости от региона).
Фото: Бизнес Online / ТАСС
Но мы понимаем, что машины, обслуживающие экономику (развоз еды и других товаров), машины в «приоритетном секторе», спецтранспорт (скорая, полиция, спасатели), наконец, администрация, — все они продолжат ездить с прежней интенсивностью. А вот «физическим лицам» для того, чтобы «выровнять баланс», придется сократить потребление топлива не на тридцать процентов, а наполовину.
Каждый автомобилист может примерить такое сокращение на себя. Ездил на работу на машине пять дней в неделю — будешь ездить два дня. Ездил на дачу каждую неделю — будешь ездить раз в две недели. Возил детей на кружки и секции — забудь. Или комбинация этих факторов: продолжаешь возить детей на кружки — больше не ездишь на работу на машине; ездишь, как прежде, на дачу — не возишь детей на кружки и не ездишь на работу.
Другого варианта нет. Дефицит в треть мощностей не исчезнет за недели и даже за месяцы. Импорт бензина в лучшем случае (если состоится, и это будет не сразу) восполнит лишь 10% от мощностей, а 25% дефицита останутся. И да, такси тоже подорожает.
{{subtitle}}
{{/subtitle}}