Регулирование каждого утюга

Разбирать в который раз технологию не имеет смысла. Хотя и там есть свои забавные явления типа электронных книг Kindle, которые хоть и не продаются официально в России, но вполне работают: в читалках, оснащенных GSM-модулем, как раз встроены обезличенные SIM-карты (американские и европейские). И интернет, доступ в который субсидирует Amazon, там работает чуть ли не по всему миру. В теории такие устройства могут оказаться вне закона.

Приводить в пример опыт западных стран тоже как-то странно — не помогает. Практически везде для покупки физической SIM-карты не требуется никаких документов. Кроме того, процветают приложения вроде MTX Mobile или Airalo, где за пару кликов и разумную сумму можно приобрести доступ в интернет в разных странах. В таких приложениях за отдельные деньги можно купить и телефонный номер.

С номерами же вообще беда. Номерная емкость — вполне себе товар, который чаще всего используется для IP-телефонии, корпоративной связи и создания кол-центров. Теоретически это также законодательно регулируемая сфера. Практически — запрос в поисковой системе, и за какое-то количество условных единиц можно приобрести обычный московский номер. Последний подключается к виртуальной АТС — и всё, звони сколько хочешь. В том числе и с нехорошими целями.

Регуляция SIP-протокола — занятие примерно такое же бессмысленное, как блокировка мессенджеров.

С SIM-картами примерно такая же ситуация. Любая усиленная регуляция рынка приведет к трудностям для более чем благонадежных потребителей и никак не повлияет на рынок телефонного мошенничества.

И главное: прошло достаточно времени, чтобы оценить результат. Частично антифрод-законодательство уже работает, это не первые и, судя по всему, не последние инициативы. Интернет и прочая сотовая телефония — формально по паспорту. Многочисленные мессенджеры то ли заблокированы, то ли непригодны для приема и совершения звонков. И что? Да ничего.

Возникает ощущение, что сражаются с чем угодно, кроме непосредственно мошенников. А между тем, судя по масштабам, это большой и сложный бизнес, где условные SIM-карты занимают скромное место. В центре — банки и бесконечные утечки персональных данных, позволяющие эффективно разводить обычных граждан.

И вот парадокс, с которым наверняка сталкиваются многие: с одной стороны, копеечная транзакция или попытка снять небольшую сумму со счета легко может обернуться блокировкой. Приходится звонить в поддержку, объяснять, что всё нормально. Неудобно, неприятно, но, в принципе, решаемо. И где-то в той же самой вселенной люди спокойно приходят в отделение, снимают миллионы и чуть ли не на месте передают их мошенникам. Удивительно, не правда ли?

По идее, цифровое ведомство вообще не должно иметь к этому отношения — расследовать подобное должны в МВД, но там, видимо, на это никаких сил нет. И вероятно, запреты поступают оттуда же. Искать конкретных мошенников сложнее.

И вот еще. Подробная статистика по понятным причинам отсутствует, но складывается ощущение, что прямое телефонное мошенничество, когда преступники разводят жертву в реальном времени, требуя коды или просто перевод средств, — это лишь малая часть всего объема преступлений. Самый популярный способ — это фишинг. Подмена оригинального сайта подделкой. Сделать копию банка, «Госуслуг» или просто какого-то магазина, который будет воровать данные или списывать деньги с карт, намного проще, чем тратить время на конкретного человека. Но, конечно, проще блокировать всякое «нескрепное», чем сражаться с этим явлением.

Кто виноват? Внятного ответа нет. Свалить всё на общественно-политическую ситуацию или на экономику было бы слишком легко — развитые страны также страдают этой заразой. Засветите свой американский или английский номер — почувствуете это на себе. То же самое касается почты. От типичных нигерийских писем с сообщением о миллионном наследстве до поддельных писем от поставщиков коммунальных услуг: «У вас долг за воду, оплатите по ссылке». Видимо, это массовое явление. Пока будут наивные люди, будут и хитрые мошенники.

Что делать? Для начала — это не вопрос государства. Нет, конечно, полиция должна иметь ресурсы для расследования подобных преступлений, разумеется, финмониторинг должен следить за подозрительными транзакциями, но глобально это забота бизнеса. С одной стороны, задача компаний — обеспечивать безопасность своих клиентов. В конце концов, им же потом и возмещать ущерб (в каких-то случаях это удается). С другой — заниматься образованием, методично объяснять: «Смотрите, куда вводите карту, наши сотрудники никогда не спрашивают ПИН-код, и вообще, мы сами вам никогда не звоним». И наконец, проверяйте адрес сайта, на который заходите. Достаточно букву поменять, чтобы вас облапошить.

Судя по всему, глобальная картина выглядит так:

В теории всю телекоммуникационную отрасль надо дерегулировать, включая пресловутые SIM-карты. Производство и легализация устройств должны быть максимально простыми, использование тех или иных видов связи — удобным. Граждане, не вовлеченные в процесс, вообще не должны знать о наличии регулятора и профильного законодательства. Но это лишь мечты.

Что касается интернета вещей, который якобы используется для совершения звонков, то вне зависимости от усилий государства его масштаб будет только расти — чуть быстрее или медленнее, не так важно. В любом случае, пока в последнем чайнике не будет интернета, перспективы реальны. Озвучивается версия, что если отрегулировать данную сферу, это существенно усложнит жизнь мошенников, которые не смогут использовать электронные симки, по факту ни на кого не зарегистрированные, в своих целях. Но увы: как показывает практика, это представление более чем наивно.

Если вдруг группа желающих придет в Минцифры с вопросами: «Как вы допускаете разгул мошенничества?», «Почему вы ничего не делаете?», «Что вообще происходит?» — ведомство по виртуальным делам всегда может предъявить: