Очень личное кино

День первый

Когда я вошел во внутренний дворик Letters and Numbers, было еще светло. Я посмотрел на часы — 18.10, ну и хорошо, пришел заранее. Letters and Numbers — это такое пространство, нечто среднее между кофейней и баром, которое позиционирует себя как коворкинг. Можно было заказать кофе с булочкой, но я подошел к холодильнику и достал из него банку безалкогольного пива. Расплатившись за пиво, я встал покурить и заодно стал рассматривать гостей фестиваля. Из дальнего угла сада мне помахал мой друг Никита, оператор и художник-мультипликатор. Я подошел поздороваться.

— Не ожидал, что ты придешь.

— А у нас электричество отключили во всем районе, — сказал Никита, улыбнувшись.

Я постоял с Никитой и его девушкой и отошел поздороваться с одной из кураторок кинофестиваля — Лерой Цыгановой.

Лера приехала в Ереван и весной 2024 года запустила здесь киноклуб Freedoc.

Кто-то выходил на связь через Zoom, кто-то приезжал лично на показы, а Ереван оказался удобным местом встречи. Документальное кино она выбрала не случайно — как более прямой способ осмысления происходящего. Сначала в программе в основном были фильмы российских режиссеров, часто с околополитическим контекстом, но со временем благодаря новым знакомствам программа стала более международной.

В процессе работы над киноклубом Лера познакомилась с режиссеркой Ириной Бузиной — ученицей Марины Разбежкиной, которая в Тбилиси вела мастерскую документального кино. Сначала это был офлайн-формат, но потом, когда все разъехались по разным странам, мастерская перешла в онлайн. Тогда и возникла идея собрать фильмы студентов вместе на очную защиту и превратить это в фестиваль.

Основу программы составили студенческие работы этой мастерской. Параллельно сделали национальный конкурс: объявили open call, собрали заявки, отдельно добавили армянское кино. В итоге получилась живая, разнородная программа, выросшая из сотрудничества киноклуба и школы.

Лера представила меня членам жюри. Среди них — пианистка и автор документального кино Шогакат Варданян, режиссерка Лилит Мовсисян, режиссерка и сценаристка Мария Ригель, кинокритик и поэт Константин Шавловский и журналистка, работающая в сфере культурных коммуникаций, Александра Ливергант.

Ровно в семь я зашел внутрь и встал у двери маленького зала, где должен был начаться показ фильма, открывающего фестиваль. Двери открылись, и меня впустили. Я занял место и стал ждать начала, пока люди продолжали заходить в небольшую комнату.

К 7.15 стало понятно, что желающих больше, чем может вместить зал. Еще около десяти минут ушло на то, чтобы принести стулья и рассадить всех.

Когда все собрались, Лера сказала несколько слов и представила основательницу Doc Film community — Ирину Бузину. Она посмотрела на первый ряд, где сидели участники школы, улыбнулась и сказала:

— Ребята, я вас поздравляю с этим годом — это было настоящее взросление: вы стали более чувствительными, тонкими, открытыми, и теперь главный вопрос — как жить свою жизнь с этой сверчувствительностью, оставаясь при этом режиссерами, которые снимают честное кино. Вам еще предстоит это в себе уложить, но дальше станет легче, появится сила и движение вперед. Я очень рада, что вы здесь, что вы дошли до конца и сделали это по-настоящему честно, и теперь мы хотим показать результаты этой работы — начнем с фильма Ани Соколковой, которая сняла очень личную и непростую историю про своего папу.

С первого ряда поднялась светловолосая девушка Аня. Было видно, что она очень волнуется. Оглядев маленькую комнату, забитую зрителями, она быстро сказала:

— Всем привет, добрый вечер. Спасибо, что вы здесь сегодня. Мне это очень важно, потому что это вообще первый показ фильма для зрителя. Да, это фильм про моего папу, снятый в Сибири, в Омске. Что еще сказать? Наверное, ничего. Сейчас, в этой уникальной, почти интимной обстановке, мы все вместе посмотрим фильм. Думаю, что даже если нам станет душно, то это все равно прекрасная атмосфера для просмотра документального кино.

В зале погас свет, начался просмотр.

Запираясь в мастерской своего отца, он пишет картины, много рассуждает о жизни и все глубже уходит в алкоголь. Все это фиксирует его дочь, для которой камера становится способом быть рядом с человеком, который то обещает любовь и поддержку, но раз за разом исчезает в алкоголе. В центре сюжета — их взаимная зависимость и перевернутые роли, где дочь становится взрослой, а отец все больше теряет опору. Меня впечатлила сцена пьянства в мастерской, куда в какой-то момент приходит мать Сергея и пытается разогнать его коллег-собутыльников; в споре один из них называет себя представителем «потерянного поколения», на что она отвечает коротко: «Найдись».

Фильм поднимает тяжелую тему, но при этом остается легким. Во многом благодаря Сергею — он обаятельный, ироничный персонаж, с незаурядным чувством юмора. Камера снимает героя на близкой дистанции, и из-за этого чувствуется, насколько тесно выстроена связь между ним и режиссером.

После обсуждения и вопросов от жюри я вышел на улицу, где поговорил с режиссеркой Аней Соколковой о ее ощущениях после показа.

— Было волнительно и интересно услышать отклики зрителей — впервые фильм был показан зрителям. Хотелось услышать все комментарии, чтобы, возможно, что-то учесть и доработать. История очень личная, и важно было сделать ее понятной для зрителя. Зал был маленький, но мне кажется, для документального кино такая камерность скорее работает в плюс. Приятно, что фильм показали на первом фестивале Freedoc, — сказала Соколова.

Продолжить разговор не удалось — нас позвали внутрь на показ анимационно-документальных работ.

Во втором, более просторном зале спокойно поместилось около сорока человек, часть которых пришли специально на этот показ. Все анимационно-документальные фильмы объединены личными историями о памяти и идентичности. В «Моя лодка такая маленькая» дом возникает лишь во сне и в музыке. «Адурян» обращается к семейной легенде и попытке восстановить связь с прошлым. В «По… личным причинам» герой ищет выход из выгорания в эмиграции через заботу о другом. «Чернь» передает чувство изоляции на фоне войны. «Кто ты?» сталкивает детские воспоминания о наставнике с правдой о нем. «Почему я все еще здесь?» переосмысливает вопрос о жизни в России после 2022 года через опыт личной утраты.

Все работы решены в разных визуальных техниках, но особенно выделяется «Чернь». Режиссерка Стася Беленко органично смешивает коллаж, 3D и технику, напоминающую Cutout-анимацию, добавляет поп-культурные вставки — вроде изображения классической игры с Windows XP «Сапер» на фоне предстоящего взрыва — и выстраивает неожиданный, но цельный саундтрек, где на равных правах звучат «Слава КПСС» с Монеточкой и Чайковский.

После показа куратор Сима Труевцева рассказала мне о том, как проходила работа анимационного курса:

— Работа проходила в несколько этапов. Сначала мы определяли тему, потом работали над препродакшеном: это сценарий и визуальные решения. Над этим этапом работали преподавательница по сценаристике Элина Мнацян и преподавательница по анимации Мария Ракитина и я, как куратор.

Дальше был этап продакшена, то есть уже работа непосредственно над фильмом. Там уже работали мы с Марией и приглашенные преподаватели: Соня Горя и Элиза Олькиницкая. И завершающим этапом, на который у нас было, по ощущениям, маловато времени. Там мы работали над монтажом и звуком. Преподавателем по звуку был Глеб Чевычелов.

По итогу, как она отмечает, главное, что участницы дошли до финала и смогли показать свои работы на фестивале.

День второй

Прогноз обещал дождь, но было солнечно. В большом зале Letters and Numbers собралось около двадцати пяти человек, показ вот-вот должен был начаться. Первым в программе шел «Рассвет» — про 15-летнюю Дашу, живущую в эмиграции в Черногории. Она пытается разобраться, кто она и насколько она честна с собой, в пространстве типичных подростковых переживаний: отношений, влюбленностей, селфхарма, алкоголя и раннего чувства разочарования в жизни.

Проблемы тинейджеров довольно типичны, но в сравнении с прошлым контекст иной — XXI век принес в их жизнь не только TikTok и песни певицы Доры, но и новые формы давления, включая доступные наркотики и более сложные способы внутреннего распада.

Фильм отличается высокой точностью технического исполнения: постановочная съемка перемешана с кадрами, снятыми на камеру, которую героине выдали как инструмент «дневника эмоций» — она записывает туда свои мысли, страхи и переживания. Дневные пейзажи Черногории с ее морем и солнечным светом контрастируют с темными городскими улицами, где подростки пьют, курят, матерятся и одновременно живут внутри собственных искусственных образов, не умея быть по-настоящему искренними.

Кино, снятое режиссеркой Аленой Савиной, являет собой высказывание, которое точно передает состояние современных подростков. Мир вокруг стал более агрессивным и открытым одновременно, что только усиливает чувство нестабильности, но суть остается прежней: за многими проблемами и переживаниями детей стоит нехватка безусловной любви и чуткости родителей.

Во время обсуждения Алена Савина, рассказала о работе над проектом и своем опыте преподавания в киношколе в Черногории, отметив, что во время съемок реальность подростков оказалась для нее непростой и во многом неожиданной:

— Я никогда не пробовала курить, не умею материться… и вдруг эти подростки, которых я снимаю, для меня стали шоком. У меня была очень сильная внутренняя работа над собой. И когда моя мама спросила меня: «А как ты защищаешься от этой грязи?» — я поняла, почему я такой морализатор. То есть меня воспитывали в каких-то вот прямо таких совершенно других каких-то условиях. Я впервые задумалась, почему я так это воспринимаю. За этот год я очень изменилась и перестала делить мир на черное и белое, перестала оценивать и обесценивать происходящее.

Вручая ей диплом, кураторка школы Ирина Бузина подчеркнула, что главным результатом работы стали изменения самой режиссерки: «Ты начала не бояться этой реальности, а замечать в ней больше», — отметила она, пожелав не закрываться и сохранить в себе это состояние.

Следующий фильм развивает тему взросления, показывая двух двадцатилетних подруг, которые со временем оказываются на разных жизненных траекториях. В «Пробном кадре» Агнии Деус одна из девушек сталкивается с беременностью и новой реальностью и учится жить в состоянии ожидания и перемен. У ее подруги все остается почти по-прежнему: работа, учеба, поездки. Фильм складывается из небольших эпизодов и разговоров и показывает, как в одном и том же возрасте могут формироваться совершенно разные жизненные маршруты при сохранении тесной связи между друзьями.

Агния Деус смело и новаторски использует телеграм-кружочки в качестве главного способа повествования. Этот прием создает новый киноязык, но использован он не совсем корректно, что ломает целостность восприятия: формат постоянно меняется, переходя от кружков к вертикальному и горизонтальному изображению, и история как будто собирается с разных носителей.

Во время перерыва я собирался задать еще несколько вопросов режиссеркам, но они вместе с еще несколькими участницами школы уже убегали куда-то поесть, поэтому мне неожиданно довелось провести с ними ужин. Я был совершенно поражен органичностью и свободой их общения — между ними всеми чувствовалась очень сильная связь. С одной стороны, они весь год общались онлайн, работали и обсуждали свои очень личные проекты, с другой — эти люди видят друг друга вживую второй день в жизни. И наблюдая за тем, с какой любовью, вниманием и поддержкой они проводят время вместе, я просто-напросто позабыл обо всех вопросах, которые собирался им задать. Дома я посмотрел один из фильмов, который не успел застать на фестивале. «Я не спрашиваю, зачем тебе крылья» режиссерки Анастасии Прасоловой — в нем рассказывается история инклюзивной театральной студии «Феникс», которая едет на гастроли в Санкт-Петербург. Участники театра влюбляются, ссорятся, пьют шампанское на набережной и говорят про смерть. Они посещают могилу Горшка, танцуют в баре под Gangsta’s Paradise, ругаются во время репетиций и оказываются самыми живыми, добрыми, свободными и ни в чем себя не ограничивающими людьми на фоне серой и безликой реальности.

День третий

Я сидел сзади Элины — она очень нервничала перед показом своего фильма. В какой-то момент сказала, что, может быть, ей лучше уйти. Я, познакомившийся с ней вчера, уверял ее, что не стоит и что все будет хорошо.

К этому моменту в зале не осталось практически ни одного свободного места. Через несколько минут мне стало понятно, что Элина волновалась зря. Зал содрогался от безостановочного хохота.

«Женский круг» — это история подруги режиссерки, женщины под сорок, которая ходит на разные эзотерические женские встречи. Такие «клубы», где собираются очень разные женщины — из разных семей, с разным опытом, верой, бэкграундом, — и вместе проводят время: поют, медитируют, гадают, проговаривают аффирмации. Внутри этого круга можно не бояться быть собой и чувствовать себя в безопасности.

«Как можно найти себе мужа, если вы все время в женском круге», — спрашивает мама Элины. «Наоборот, — говорит мама, — надо посещать те клубы, где можно встретить мужчин. Например, связанные с байкерами, или рыбалкой, или юристами».

На пути дружбы и сестринства подруг ждут путешествие, музыкальные практики с бубном, поход в банк спермы, поиск звезды Сириус и испытание ревностью.

Мужчины, окружающие героинь, недалёки, требовательны и глупы. Но при этом взгляд режиссерки на всех персонажей лишен какой-либо негативной оценки — она любит своих героев, и в фильме это чувствуется. «Женский круг» буквально пропитан любовью, нежностью и принятием — помимо того что он действительно очень смешной.

Когда пошли титры, зал взорвался аплодисментами.

Во время обсуждения девушка из зала сказала, что смех в фильме местами кажется ей унижающим, и спросила, думала ли режиссерка о социальной ответственности за образ женщин и эзотерики. Элина ответила, что ей важно было не высмеять, а показать этот мир как пространство реальной поддержки — туда часто приходят одинокие женщины, которым больше негде ее получить. Кинокритик Константин Шавловский возразил: в этом смехе нет ничего унижающего, просто люди на экране показаны во всей своей красоте и нелепости — как и все мы.

И, конечно, это так и есть.

Во время перерыва я стоял на улице и обсуждал со своим знакомым фотографом фильм, мы оба были в восторге. Через несколько минут стало ясно, что во всем районе выключили электричество, из-за чего показ армянской части программы задерживается на два часа. Ждать я не мог и в итоге ушел с фестиваля. И все же как прошло закрытие фестиваля и кто победил, я узнал: лучший фильм — «Реалист» и «Женский круг», лучшее художественное решение — In search of present time (единственный из отмеченных, который я не посмотрел), два спецупоминания — «Пробный кадр» и «Я не знаю, зачем тебе крылья», лучший анимадок — «Почему я все еще здесь» и отдельное спецупоминание от ArmDoc Ассоциации документов Армении — «Жизнь продолжается» Мери Варданян с формулировкой «за художественное решение и международный потенциал».

Но узнал я об этом на следующий день — потому что электричество выключили и в моем районе тоже.

* Внесен властями РФ в реестр «иноагентов»