Кислотный дождь процветания

Нефтяное, оно же сырьевое, оно же ресурсное проклятие — это тягостная зависимость экономики от сырьевого монопродукта (в экономической теории — «испанская», впоследствии «голландская болезнь», самоубийственный поток даровых денег). Что не способствует диверсификации экономической структуры, несет в себе риски инфляции и деградации, исключает развитие — если есть много не заработанных денег, то и делать ничего не надо.

Как правило, этой паразитической модели соответствует авторитарный характер власти, присваивающей сверхдоходы и позволяющей себе всё более активное государственное вмешательство, и не только в экономику.

«Сказка о рыбаке и рыбке» Пушкина — прекрасная иллюстрация того, чем заканчивается сырьевое проклятие — разбитым корытом. Новый тип военного противостояния, дроновый, выявил еще одну сторону уязвимости сырьевой экономики — экологическую.

Если в экономическом смысле происходит постепенное ресурсное истощение противостоящих экономик, к тому же милитаризованных, теряющих бюджетный импульс и не удовлетворяющих потребительский спрос, то в экологической сфере мы имеем дело с настоящей катастрофой. Президентский мем «Денег нет, но вы держитесь» дополняется еще одним кремлевским мемом «Серьезных угроз нет» и «Люди справляются». Это правда — справляются, как могут, с последствиями государственной политики. Из последних сил сопротивляются обеспечению со стороны государства их же «безопасности». От государства невозможно ждать помощи, оно и есть источник проблем. Остается вдыхать полной грудью «дым отечества» от множащихся по всей стране Туапсе.

Кремль с Лубянкой на основе парализующего сознание опыта последних лет делают вывод, что население проглотит и это. «Вынесет всё, что господь ни пошлет».

Однако «дым отечества» уже проникает в самую глубокую обывательскую нору. Падение рейтингов и рост тревожности весьма значительны. Правда, и не через такое проходили, а народ вроде как приспособился даже к беспрецедентным интернет-ограничениям — яд вводится в организм медленно, и происходит биологическая адаптация ко всему. Деваться людям некуда. И существуют они в двух измерениях: одно символическое, где происходит усталое и вялое ралли вокруг флага, ибо так положено; другое прагматическое — обмануть государство, приспособиться к его атакам на общество и вторжениям в частную жизнь, налоговому бремени и запретам всего. Символическое измерение стояло, как скала, но масштаб широко объявленной битвы с собственными гражданами и их образом жизни сказывается даже на макропоказателях.

Тревожное настроение, которое замеряет ФОМ, уверенно ползет вверх (как это было в период частичной мобилизации осени 2022 года, снизившей рейтинги одобрения Путина, по данным «Левада-центра*, ниже 80 процентов), перекрыв показатели спокойного настроения. Тревожность в апреле — 47%, спокойствие — 46%. Год назад тревожность была присуща 35% респондентов. Есть разница. Доверие Путину, по данным ВЦИОМ, в апреле снизилось по сравнению с концом 2025 года более чем на 10 процентных пунктов. Тоже впечатляющий показатель.

С одной стороны, не надо преувеличивать масштаб бедствия для популярности власти — надо помнить, что рейтинг одобрения президента незадолго до СВО, замеряемый «Левада-центром», в августе 2021 года составлял 61%. Но, с другой стороны, и преуменьшать его невозможно: август 2025 года — это 87%, апрель 2026-го — 79% (такие же показатели были во время шока частичной мобилизации в октябре-ноябре 2022 года). Эти процентные пункты имеют значение именно потому, что размах военно-патриотической мобилизации предполагает очень большие показатели поддержки и вымученных и выученных позитивных эмоций. Но вымучивать уже нет сил — даже те, кто до последнего старался не замечать проблемы, уже вынуждены сталкиваться с реальностью.

«Календарный фактор», «серьезных угроз нет», «подтянуть что-то из офшоров» (Матвиенко) — это уже уход от реальности не снизу, а сверху. Нынешняя «победа», которую непонятно по каким критериям измерять, всё более настойчиво приравнивается к Победе-1945, но пока это приравнивание выражается в тотальном отключении интернет-связи на праздники. Дорого же дается личная безопасность нескольких десятков человек на самом верху политической пирамиды…

Уэллс писал о «России во мгле», мы же живем в России во тьме (мракобесной) и в дыму (от пожаров). Света в конце тоннеля нет, потому что тоннель кольцевой. А наше темное прошлое, как известно, и есть наше светлое будущее. Это поликризис. Экономический, демографический, психологический, экологический. Но и политический. Кризис развития. Дым застит глаза, ни черта не видно, что там маячит на горизонте. Да и горизонта никакого нет.

Золотой дождь, проливавшийся на головы россиян, обернулся черным кислотным. Золото превратилось в токсичные черепки. Потому-то сырьевая зависимость и называется проклятием.

* Внесены властями РФ в реестр «иноагентов».