Из «принципа гуманизма»

В прошлом году у Артема Самсонова помимо серьезных проблем с сердцем (потребовалась операция по замене аортального клапана) диагностировали онкологию. Базальноклеточная карцинома кожи, узловой тип роста. Если ее правильно наблюдать и начать лечение на ранней стадии, то прогнозы для выживания хорошие. Но это в том случае, если наблюдать и лечить.

Самсонову, по заключению медицинского консилиума, показана лучевая терапия.

«На основании вышеуказанного заключения специальной медицинской комиссии врио начальника ФКУ КБ ГУФСИН России по Приморскому краю <…> обратился в суд первой инстанции с представлением для решения вопроса об освобождении Самсонова А.А. от наказания в связи с болезнью, препятствующей отбыванию им наказания. С аналогичным ходатайством обратился также и осужденный Самсонов А.А.», — говорится в постановлении Верховного суда (судья Ибрагим Фаргиев) о передаче жалобы в кассацию.

Верховный суд соглашается с доводами жалобы адвоката Касиловой в связи с тем, что нижестоящие суды, несмотря на признание болезни и медицинского заключения, тем не менее «сделали необоснованный вывод о том, что это заболевание не препятствует отбыванию им наказания, сославшись на первичную стадию заболевания, возможный положительный прогноз и на то, что допускается лечение в условиях исправительного учреждения». 

И отдала предпочтение устным пояснениям медика, который не является ни экспертом, ни лечащим врачом Самсонова, ни даже просто онкологом: он сказал, что лечения в тюремной больнице будет достаточно. И Ленинскому районному суду, а потом и Приморскому краевому этого мнения хватило.

«Кроме того, суд принял во внимание, что имеющееся у Самсонова А.А. заболевание имеет первичную стадию, а по результатам лечения имеются основания для «положительного прогнозирования излечения осужденного». Вместе с тем по смыслу ст. 81 УК РФ при рассмотрении в порядке исполнения приговора вопросов, связанных с освобождением осужденного от наказания в связи с его болезнью, определяющее значение имеет наличие у лица заболевания, препятствующего отбыванию наказания», — говорится в постановлении Верховного суда. Там к тому же дана отсылка на позицию Конституционного суда, который указывает на «обеспечение реализации принципа гуманизма в уголовном законе, на защиту интересов осужденных».

Но в случае с Самсоновым гуманизм — понятие размытое. Например, на операцию по замене аортального клапана его направили только после того, как местные блогеры и вслед за ними пресса раздули пожар до небес. Посадили в ШИЗО якобы за мат в телефонном разговоре с женой (заключенные могут официально звонить из колонии). Влепили выговор за то, что возвращался в отряд после занятий без сопровождения сотрудника (Артем заведовал библиотекой, вел шахматный и литературный кружки, но потом ему сказали, что кружки не нужны).

Собственно, поэтому сам филиал КБ ФКУЗ МСЧ-25 ГУФСИН России по Приморскому краю и ходатайствовал об освобождении Самсонова в связи с болезнью.

«Кроме того, суд первой инстанции оставил без внимания имеющееся в материале гарантийное письмо супруги осужденного о готовности после его освобождения из мест лишения свободы оказать Самсонову А.А. необходимую помощь и уход», — замечает судья Верховного суда Ибрагим Фаргиев.

По общему правилу, если ВС установил нарушения в решениях нижестоящих инстанций и указывает на применимость закона, то Кассация отменяет эти решения и отправляет дело на новое рассмотрение. И какая редкость — Девятый кассационный суд общей юрисдикции отказался освобождать Артема Самсонова от наказания в связи с заболеванием, несмотря на доводы Верховного суда РФ.

Наталья Касилова заявила, что защита вновь идет в Верховный суд. Она добавила, что ранее судья Девятого кассационного суда Евгений Гаврилов не передал на рассмотрение жалобу защиты на отказы нижестоящих судов освободить Самсонова в связи с болезнью.

Артема Самсонова осудили на 13 лет колонии строгого режима в 2022 году. За развращение малолетнего — он якобы показывал фаллоимитатор во взрослой компании, и это увидел несовершеннолетний. Мальчика на суде не было, но на следствии он путался в показаниях, как и немногочисленные свидетели обвинения (одной из которых, собственно, и принадлежало резиновое изделие). Адвокаты же смогли с помощью фото, видео, данных геолокации, билетов за рубеж, чеков и многих других данных доказать, что Самсонов в указанное обвинением время в указанном месте с мальчиком и его папой даже не встречался. На приговор, конечно, это не повлияло. Политик получил 13 лет колонии строгого режима, отбывает наказание в ИК-27 в поселке Волчанец.

«Новая» подробно писала о странном уголовном деле Артема Самсонова и его борьбе за честные выборы.

Приморье