А больше, чем Путина, в Сибири теперь любят Сталина

Губернатор Хакасии коммунист Валентин Коновалов 13 апреля сообщил в телеграме, что жители поддержали идею об установке памятника Сталину в Парке Победы республиканской столицы Абакане. И поблагодарил организовавших народное голосование Общественную палату региона и волонтеров, а также неназванных им конкретно «друзей» за то, что они пришли в места для голосования и выразили свое мнение. Видимо, имеются в виду те 78,52%, что высказались за установку монумента.

Во всяком случае, благодарности губернатора следуют сразу за этим поразительным числом (выше рейтинга Владимира Путина, по ВЦИОМ, на 11%), а других чисел в губернаторском сообщении, похожем на тост/здравицу, и нет. Но отмечено, что «в своей работе и принятии решений правительство Хакасии всегда опирается на глас народа, на мнение большинства».

Некоторые подробности в тот же день рассказала сама Общественная палата. Она это называет не «народным голосованием», а «общественными обсуждениями», «сбором мнений», «опросом». Участие в этом мероприятии с неясным статусом приняли 13 578 жителей Хакасии. Поддержали инициативу 10 662, отрицательно отнеслись 2916. Протокол приложен.

Иначе говоря, в не имеющем юридической силы опросе (с очевидными уязвимостями, но будем считать, что одни и те же люди не ходили по точкам сбора опросных листов и не голосовали многократно) поучаствовали 2,6% населения Хакасии, или 3,5% избирателей. За Сталина высказались, соответственно, 2% населения, или 2,7% избирателей. Трактовать это как «поддержку жителями республики» можно, вероятно, лишь при особой любви к мертвому тирану. Откуда она у молодого (по возрасту) губернатора — разговор отдельный, ну да любовь зла, и сейчас не о том.

Эти два процента вряд ли отражают структуру республиканского сообщества. Общественная же палата ранее утвердила порядок опроса (и все прошло в полном соответствии): с 6 по 10 апреля в филиалах МФЦ «Мои документы», отделениях социальной поддержки населения (где, кстати, обеспечивают скромные выплаты и пострадавшим от массовых политических репрессий — те еще не все умерли, в Хакасии таковых около двух тысяч, то-то они рады были узнать о свежей инициативе славить Сталина) и отделах центра занятости. Эти госучреждения работают до 16–17 часов. В Абакане дополнительные пять точек — музей, технический институт, культурно-досуговые центры и рынок. Все они открыты тоже до 16–17 часов.

Ответ мэрии Абакана, на чьей земле Коновалов планирует ставить Сталина, появился в тот же день, незамедлительно. И он — недвусмысленный: данному монументу в Абакане не бывать.

Мэрия подчеркивает: в критериях принятия решения по установке памятника нет никаких общественных обсуждений. Зато обязательно будет учитываться позиция Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека о нецелесообразности установки памятников Сталину на муниципальных и государственных землях, изложенная в письме С. Караганова, председателя постоянной комиссии по исторической памяти.

И далее следует пространная цитата: «Вызывают горечь и сочувствие те из наших сограждан и те политические силы, кто готовы забыть и даже оправдать гибель и лишения миллионов наших соотечественников, часто лучших людей страны, ставших жертвами политических репрессий, депортации народов, коллективизации, голодомора… Эти репрессии прочно связаны с именем И.В. Сталина. И те, кто ставит ему памятники, вольно или невольно оправдывают эти репрессии. Эти наши сограждане — тоже жертвы того режима: их лишили чувства сострадания к нашей тяжко пострадавшей стране. Мы не призываем запретить установку памятников И.В. Сталину на частных земельных участках. Но государственные служащие всех уровней должны четко знать о недопустимости использования для этого государственных или муниципальных земель и зданий. Подобные действия противоречат не только морали, уважению к нашим почившим, невинно пострадавшим предкам, но и официальной государственной политике».

Караганов далее, в свою очередь, ссылается на речь главы государства Путина на открытии в центре Москвы Стены скорби: «Когда речь идет о репрессиях, гибели и страданиях миллионов людей… — никаких оправданий этим преступлениям быть не может». Заканчивает снова своими словами: «Нельзя допускать глумления над памятью жертв минувшего века».

Мэрия Абакана цитирует это во всем объеме, не сокращая, как сейчас я, и это — прямо сила и мощь. Далее она напоминает, что Парк Победы расположен на муниципальной земле, и решение об увековечении памяти кого-либо будет приниматься в соответствии с муниципальными правовыми актами. А в них есть основания для отказа: если «установка памятного знака возбуждает ненависть либо вражду, унижает достоинство человека либо группы лиц, […] противоречит официальной государственной политике, нарушает принципы гуманности и морали, оправдывает или формирует положительное мнение о негативных исторических событиях прошлого, способствует возникновению противоречий в обществе».

В соцсетях мэрии ее за такой отлуп губернатору хвалят: «Поставьте его напротив памятника жертвам репрессий. И пусть Коновалов цветы туда носит!»; «Я тоже хочу верить, что Абакан не позволит поставить этот памятник»; «Здравый смысл восторжествовал. Была надежда на это!». Естественно, на других ресурсах встречаются и осуждающие мэрию — за игнорирование мнения народа — голоса (вроде памятного восклицания председателя домкома «Это какой-то позор!»).

Ранее глава Абакана Алексей Лемин говорил: «То, что «фигура Сталина противоречива», — это очень мягкая интерпретация. Если спросить тех людей, чьи родные пострадали во время многомиллионных репрессий, тех, кто приходит к памятнику жертвам политических репрессий, посмотрите на эту стену, на эти фамилии. […] 

Нынешняя инициатива — далеко не первая попытка поставить Сталина в Абакане. Пока — несмотря на поддержку идеи губернатором — не удается.

Коновалову надо отдать должное в постоянстве: еще в своем триумфальном 2018-м, взлетая из технического кандидата в губернаторы, 30-летний коммунист и юрист выступал на фоне сталинского бюста, и ничего его не смущало. Для чего был ХХ съезд, почему верные ленинцы осудили культ личности, почему тогда же его старший товарищ иркутский красный губернатор Левченко, что-то неосторожно брякнув о Сталине, потом долго и нудно опровергал? Нет, светлый лик Коновалова тени забитых предков не омрачали никогда.

Идет восьмой год его губернаторства, ответ на вопрос об осмысленности того его давнего подвига — подобрал за единороссами вывалившуюся власть — так и не дан. Шел затем, чтобы стать звеном путинской вертикали? А как же левые убеждения, никому в этой вертикали не интересные?

Ну так вот — на восьмом году наконец представился случай?

Сталину не привыкать, пусть мучается, его выносили уже не раз и заносили снова, а мы все хороводимся. Похоже, снова ради очередного опоздавшего, но желающего сказать, венки раздвигают, мертвеца выкапывают, слушают о нем проникновенные речи о «принял с сохой, оставил с атомной бомбой» и прочую чушь и лабуду. Обхаживают, поют ему песни, кланяются-целуют, поглядеть на него боятся.

Дело в одном — в рейтингах. В их динамике. В том, что больше, чем Путина, в Сибири теперь любят мертвеца Сталина. Это единственный вывод из «народного голосования» в Хакасии. Пусть уязвимого по некоторым параметрам — к рейтингам ВЦИОМа тоже немало вопросов, но их замеры средней температуры все же что-то значат.

Дело именно в этом — у кого весной 2026-го рейтинг больше. Кого снова славят. А возможно и ждут.