Трамп не тронет участников кремлевских ток-шоу

Редко когда случается такая симметрия эйфории и истерики. С одной стороны политического спектра раздается глуповато-эйфорическое: «Трампушка, не подведи!», с другой, «патриотической» стороны: «Мы — следующие!», «Трамп показал, кто в доме хозяин!»

Иран — не «наш»

«Мы» — вовсе не «следующие». А манипуляции США разной степени жесткости в отношении Венесуэлы, Ирана, Кубы мало имеют отношения к Российской Федерации, утомительно для Трампа ведущей СВО. Это в Кремле и в «Останкино» считают, что Венесуэла, Иран, Куба — «наши». Такого рода представления — всего лишь едва видимые родимые пятна Советского Союза. Но сегодняшняя Россия — не игрок в этих столь разнообразных широтах. На символическом уровне поддержка и «всеобъемлющее стратегическое партнерство» обеспечены словами. Как в случаях Армении и Сирии, например. Или Венесуэлы. Или, теперь, Ирана. В практическом смысле символический уровень не значит ничего.

РФ — не Советский Союз, который мог вести настоящую прокси-войну с США во Вьетнаме или на Ближнем Востоке (в октябре 1973-го, например), и одновременно практическим, а не символическим способом налаживать отношения с Вашингтоном.

Этот самый Вашингтон и сегодня настолько важен для кремлевского режима, 

Риторического мужества хватает только на словесные упражнения в духе прессы конца 1940-х годов — «мир «по правилам» понимает только силу». И «мы» эту силу показываем в виде своей ядерной триады и успешной борьбы с энергетической инфраструктурой соседнего государства. Почему не «запускаем ежа в штаны дяде Сэму»? Вот некоторые представители народных масс, например, инсталлируют на такси в Москве надпись «на Вашингтон» и требуют «вернуть полетные задания». Но полетные задания точно не рассчитаны на столицу Соединенных Штатов.

На риторику американский президент едва ли обращает внимание, а к Путину относится отнюдь не так, как к Мадуро или аятоллам. Для него российский правитель — обладатель ядерного оружия, такой же по-своему уважаемый человек, как председатель Си. Нельзя же себе представить операцию по смене режима в Китае. Так же и в России. Так что участники останкинских ток-шоу могут успокоиться — Трамп их не тронет.

Всемирная «незавершенка»

Но и успех Штатов в тех частях света, где они занялись наведением порядка в соответствии с «доктриной Донро» и, соответственно, сменами режимов, не гарантирован. Рассуждения иных граждан, находящихся в эйфорическом состоянии, согласно которым теперь иранскому народу достаточно отыскать своего Валенсу или Гавела, и все будет, наконец, хорошо, не учитывают одного обстоятельства: Валенса и Гавел не могли соткаться из воздуха в одночасье, их невозможно заказать на маркетплейсе, они либо есть, либо их нет. А сын шаха на Гавела не тянет.

Все, к чему прикасается Трамп, превращается в unfinished business, «незавершенку». Стоило ли устраивать то, что устроили с Мадуро, если снесена голова режима, но не сам режим? Регенерация головы режима в Иране происходит на глазах у не слишком изумленной публики. А дезорганизация Ближнего Востока действительно похожа на Третью мировую нового типа. При этом сильно отвлекшую внимание от украинского конфликта, который стал еще одним — и главным — «долгостроем» Трампа.

Не успев завершить историю с Украиной, американский президент усугубил мировую головную боль с Ираном. Трамп, может, и хозяин на земном шаре, что эмоционально признают чувствительные, как институтки, прокремлевские пропагандисты, но уж какой-то беспокойный и ориентированный, в отличие от многих своих предшественников в Белом доме, не на сохранение мирового порядка, а на обустройство мирового беспорядка.

Что, может быть, и устраивает Кремль, но не превращает его в сколько-нибудь значимый полюс в «многополярном» (США, Китай, все-таки ЕС). Скорее, сохраняет роль спойлера внутри большой трампистской «незавершенки», к которой теперь, возможно, присоединится и Иран.

«Товарищи из солнечного Пиндостана»

Согласно телеграмме с соболезнованиями от Путина, убийство аятоллы было совершено «с циничным нарушением всех норм человеческой морали и международного права». Правда, не указано, кем именно. Прямое указание грозит тяжелыми последствиями, как показал Трамп, отлучив Испанию (по крайней мере, вербально) от торговли с США. В любом случае произошедшее лишь укрепляет тезис Дмитрия Медведева, сформулированный после похищения Мадуро: 

Установлена некая симметрия нарушений, и они — единственный способ самоутверждения кремлевского режима, за которым не стоят сколько-нибудь заметные мирные достижения. Приходится доказывать свою мощь достижениями иного рода и, тем самым «изображая жертву» и сверхдержаву. В крайнем случае можно ответить асимметрично: уже третий американский университет — Беркли**, после Йеля** и Джорджа Вашингтона**, объявлен нежелательной организацией. Если взвешивать нежелательность в нобелевских лауреатах и выдающихся ученых, вес окажется сопоставимым с каким-нибудь «Орешником».

Все это к тому же еще один шаг к проигрышу в образовательной и научной конкуренции с теми же центральноазиатскими странами и иными государствами СНГ, многочисленные представители которых учатся в США (и Европе, разумеется, тоже). И к увеличению числа невозвращенцев-российских студентов. Останутся тут, на родине, только «политологи», которые «диалектику учили не по Гегелю», а по Дугину с Малофеевым, да операторы дронов. А экономику России поднимут «товарищи из солнечного Пиндостана», если, конечно, когда-нибудь захотят вложиться в какие-нибудь арктические или редкоземельные проекты, которыми их заманивает Кирилл Дмитриев.

«Все умрут, а я останусь»

Иранская кампания — хороший повод отложить переговоры по Украине, которые, как внезапно выяснилось, должны были пройти в Абу-Даби. Теперь это вроде как и логистически невозможно. Почему бы не продолжить консультации в Женеве? Так вопрос даже и не ставится. Заодно передышку получил гренландский вопрос — не до «северов» сейчас Трампу, даже он не может вести битвы сразу на нескольких направлениях.

Остановив «восемь войн и даже больше», Трамп запустил «перманентную революцию» в миропорядке. Остается только Китаю еще более плотно заняться Тайванем и рядом своих соседей. И это ведь еще, как у нас любят говорить, «мы» не начинали: нынешнее поколение геронтократов собирается жить, как известно, до 150 лет. В логике «все умрут, а я останусь». На руинах то ли ядерной зимы, то ли всемирного потопа. А другого глобуса у них для нас нет.

* Внесен в реестр «иноагентов».

** Признаны нежелательными организациями, их деятельность в РФ запрещена.