Фото: Константин Леньков / Коммерсантъ
Обвиняемый в гибели семи человек 44-летний Рахматшох Курбонов, водитель автобуса, упавшего 10 мая в Мойку, может лишиться свободы на срок до семи лет. Уголовная статья (ч. 5 ст. 264 УК РФ «Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц»), которую ему вменяют, четко устанавливает наказание, предусмотренное за совершенное преступление. Такой же ясности очень не хватает в другом вопросе: сколько необходимо времени, чтобы в Петербурге были решены хотя бы основные проблемы общественного транспорта, приводящие к серьезным трагедиям? Доля случайности в недавнем чрезвычайном транспортном происшествии в центре Северной столицы, безусловно, есть. Но и роль закономерности велика.
Рахматшох Курбонов. Фото: соцсети
Немаловажные подробности, которые о своей работе сообщил в суде (на заседании по избранию меры пресечения) Рахматшох Курбонов, полностью подтвердила его жена и частично коллеги. К словам обвиняемого можно относиться со скепсисом, не принимать их во внимание, поскольку «все-таки водитель автобуса — злодей: семь человек сразу погубил». Тем не менее этот простой, незамысловатый, человеческий, явно невыдуманный рассказ (Рахматшох не очень хорошо изъясняется по-русски, в суде он общался через переводчика) на многие важные вещи проливает свет.
Причиной происшествия на Мойке и представители городского комитета по транспорту, и инспекторы Госавтоинспекции почти сразу назвали одну — водитель не справился с управлением. Следователи пока не подтвердили это на сто процентов, они еще исследуют техническое состояние автобуса. Однако и сам Курбонов на допросах не стал отрицать: не справился. Рахматшох жаловался на неполадки в машине, на переработку и усталость. Адвокаты водителя уточнили: накануне происшествия он несколько дней работал без выходных.
Работа спасательных служб на месте падения автобуса в реку Мойку. Фото: Андрей Бок
Запись с камеры наблюдения, установленной в автобусе, упавшем в Мойку, пока не изучалась в суде. Но даже без этого уже сейчас следователи подтверждают неудовлетворительное самочувствие водителя автобуса. По предварительной версии, из-за отсутствия отдыха переутомившийся Курбонов перепутал педали газа и тормоза.
Видеозаписи с уличных камер наблюдения свидетельствуют: в последнюю минуту перед падением в реку автобус действительно прибавляет скорость вместо того, чтобы затормозить.
Жена Курбонова рассказала в суде, что утром 10 мая ее муж вышел на линию после отработанной накануне 20-часовой смены. По словам женщины, Рахматшох пришел домой 10 мая только около трех часов ночи, а уже в 7.30 утра его снова вызвали на работу.
Курбонов сообщил суду то же самое. Кроме того, обвиняемый признался, что нередко брал подработки, даже если ему не хватало времени на отдых и сон. Был вынужден, поскольку у него маленький доход (по данным Rusprofile, средняя зарплата в ООО «Такси», где работал водитель, составляет 27 900 рублей), ипотека, трое несовершеннолетних детей и жена на иждивении.
Одновременно с Курбоновым следствие арестовало и начальника автоколонны компании-перевозчика ООО «Такси», которому принадлежит автобус, Джахангира Адалета оглы Халилова. Его обвинили в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности (ч. 3 ст. 238 УК РФ), за то, что он не предоставил Рахматшоху время для отдыха.
Кроме того, водитель злосчастного автобуса на допросе в суде твердил о неисправности транспортного средства, в частности тормозной системы. Как настаивал Курбонов, к страшной трагедии привела проблема с тормозами:
— Я с раннего утра, как только вышел на смену, заметил, что при торможении машина не останавливается сразу, а проезжает несколько лишних метров. Я часто проезжал дальше остановок. За это на меня ругались пассажиры, — говорил обвиняемый.
Отчасти версия водителя подтверждается данными следствия: так, несмотря на установленные на Большой Морской улице знаки «Опасный поворот» и «Ограничение максимальной скорости» (до 20 км/ч), автобус № 262 перед падением в реку ехал со скоростью 35 километров в час. Однако окончательные ответы на вопросы о состоянии машины должна дать техническая экспертиза.
Голословные, неподкрепленные заключениями специалистов, утверждения петербургских транспортных чиновников и представителей компании-перевозчика о том, что «автобус, упавший в Мойку, был «абсолютно исправен», малоубедительны. Слишком хорошо за последние два-три года петербуржцы успели узнать, что такое «лазурные автобусы» и чего от них можно ожидать.
Работа спасательных служб на месте падения автобуса в реку Мойку. Фото: Андрей Бок
Напомним, около трех тысяч таких машин (каждая стоимостью порядка 30 млн рублей) в 2022‒2023 годах, в рамках транспортной реформы, приобрели на бюджетные деньги, чтобы заменить ими снятые с улиц города маршрутки. Но очень скоро «лазурные» стали предметом критики и насмешек пассажиров из-за участившихся ДТП с их участием и случаев самовозгорания. По сообщениям СМИ, только за первый месяц работы новеньких МАЗов, ЛиАЗов и «Волгабасов» произошло 85 аварий. А за первый год эксплуатации в городе сгорело не менее 16 «лазурных автобусов».
Горожане неоднократно адресовали обращения в Ространснадзор и Генпрокуратуру с просьбой убрать из города опасный транспорт. В 2023 году «Пассажиравтотранс» признал проблему и приостановил эксплуатацию 30 «Волгабасов» и 137 МАЗов.
После месячной проверки эксперты сделали вывод о причине происшествий: из-за попадания масла из системы гидропривода вентилятора на горячие части двигателя в моторном отсеке начинается горение. Ответственный за аудит вице-губернатор Петербурга Кирилл Поляков тогда же объяснил, с чем связана такая проблема:
из-за санкций и сбоев в поставках запчастей производители транспортных средств начали использовать непроверенные фланцы
(детали с отверстиями для болтов для прочного соединения труб). «Специалисты не исключают вероятность того, что в условиях санкционного давления и нарушения логистических цепочек при поставках комплектов гидропривода могла произойти замена проверенных фланцев на другие, аналогичные по техническим характеристикам, но не имеющие тех же референций», — подытожил Поляков.
На тот момент было бы самым верным решением — отстранить от работы, вывести из эксплуатации и перепроверить все потенциально пожароопасные автобусы на предмет их дальнейшего использования при перевозке людей. Или другой вариант: имея достаточные основания (брак, несоответствие требованиям безопасности и пр.), заставить заводы-изготовители самостоятельно отозвать сомнительную серию транспортных средств, доработать ее ценой собственных убытков, и только потом испытывать на пассажирах. Но городские чиновники выбрали путь наименьшего сопротивления: вскоре после аудита МАЗы, ЛиАЗы и «Волгабасы» вернулись на улицы Петербурга, продолжив ломаться и дымиться.
Спустя несколько дней после ЧП на Мойке петербуржцы направили новое обращение главе СК РФ Александру Бастрыкину с просьбой о проверке всех транспортных компаний, занимающихся пассажирскими перевозками в Северной столице. Авторы петиции пожаловались на то, что падение автобуса в реку — даже в этом году уже не первая трагедия с участием общественного транспорта. А также отметили, что нельзя игнорировать ни одну из причин: до беды на дорогах доводят как технические проблемы, так и человеческий фактор.
Так, 24 января на пересечении улиц Беринга и Наличной МАЗ выехал на тротуар, тараня на своем пути дорожные знаки и пешеходов. В итоге «лазурный» затащил под колеса пять человек, пострадавших пришлось доставать спасателям. Машину поднимали с помощью автокрана. В отношении водителя тогда тоже возбудили уголовное дело. Через несколько месяцев следователи подытожили, что январская авария напрямую связана с плохим состоянием работника «Пассажиравтотранса». На записи с камеры наблюдения видно, что водитель, вероятно, заснув за рулем, теряет управление.
Другое громкое происшествие случилось 12 апреля: трамвай нового типа «Довлатов», оснащенный «комплексом активной безопасности», врезался в пешеходов на переходе у станции метро «Приморская».
Погибла 45-летняя женщина, еще два человека пострадали. По предварительной версии, основанной на показаниях водителя, у «умного» трамвая отказали тормоза. Вагоновожатый безуспешно пытался применить экстренное торможение. Расследование дела еще не завершено.
Бастрыкин отреагировал на обращение петербуржцев, поручив руководителю регионального ГСУ СК РФ Олегу Бобкову организовать масштабную проверку и в месячный срок представить подробный доклад о перевозчиках, работающих на маршрутах общественного транспорта в Петербурге.
Фото: Евгений Павленко / Коммерсантъ
Вполне ожидаемо, что в ближайшее время петербургское ГСУ СК РФ выявит определенные нарушения, обнародует некие цифры, но, как обычно, не станет вникать в предпосылки проблемы. Между тем эксперты причины высокой аварийности общественного транспорта с уверенностью разъясняют уже сегодня.
— Происшествие 10 мая с автобусом, упавшим в Мойку, — следствие проблем в транспортной сфере, которые существуют практически во всех регионах России, не исключая Петербург, а именно — жесткий дефицит кадров. Конкретно — дефицит водителей общественного транспорта. В результате во всех компаниях, занимающихся перевозками пассажиров, возникают переработки, — сказал «Новой» Владислав Булгаков, транспортный эксперт, редактор TransportSPB.com. — Водителей повально не хватает, а рейсы выполнять надо. Поскольку все доходы и частных, и государственных перевозчиков (особенно — в Петербурге) зависят, прежде всего, от выполнения рейсов. Нигде в регионах России сейчас нет достаточного количества водителей, хотя автобусов полно, а сажать за руль некого. Дефицит кадров есть везде: не только в пассажирских, но и в грузовых перевозках. Однако там многие компании, чтобы закрыть ставки, готовы платить зарплату в 200 тысяч рублей. А в общественном транспорте такие зарплаты дать просто невозможно.
Тем не менее оклад в 27 900 рублей, который якобы имел Курбонов, специалисты считают неправдоподобно заниженным и предполагают, что, вероятно, какая-то часть заработка выплачивалась по серым схемам. Если же это — реальная зарплата, то значит, ООО «Такси» предъявляло низкие требования к водителям. Эксперты обращают внимание на то, что эту компанию за последние два года 23 раза привлекали к административной ответственности за нарушения ПДД. Для сравнения: другого, крупного, петербургского перевозчика «Пассажиравтотранс» за это же время привлекали к административной ответственности всего пять раз. Кроме того, по данным Rusprofile, из ООО «Такси» в 2023 году уволились 87 работников.
По данным экспертов, сегодня петербургские пассажирские транспортные компании не могут найти людей на зарплату в 70‒100 тысяч рублей. Судя по числу вакансий, опубликованных на сайтах главных петербургских перевозчиков («Пассажиравтотранс», «Третий парк», «Национальная транспортная ассоциация»), водителей автобусов, троллейбусов, трамваев Петербургу действительно крайне не хватает.
Хотя анонсируемые зарплаты на первый взгляд привлекательны: от 70 до 170 тысяч рублей. Но сотрудники автопарков утверждают, что этим посулам доверять не стоит.
— У нас в парке недавно повесили объявление о том, что требуются водители, готовы брать людей без опыта, обучать, и обещают им зарплату — от 140 тысяч. Но это все — вранье, — рассказал «Новой» водитель автобуса Андрей Л. — Когда я сам устраивался в парк, то тоже предлагали примерно такие оклады, и я спросил: а зарплата у вас какая? Вот эта, которая написана, 120‒140 тысяч? Кадровичка в ответ: ха-ха-ха, нет, конечно. Это мы просто пишем максимум для привлечения людей.
По словам петербургских водителей автобусов, троллейбусов и трамваев, в среднем их месячный заработок составляет 70‒80 тысяч рублей. Если работать почти без сна и без выходных, брать все смены, которые предлагают, при этом иметь высокую категорию (вторую или третью), то можно заработать 100‒120 тысяч рублей в месяц.
— Часто мужики работают сутками, берут по несколько смен подряд, а каждая смена — это 12 часов. Из-за переутомления многие часто попадают в аварии, — говорит водитель автобуса с 33-летним стажем Игорь М. — И это не скроешь — горожане же видят, что творится на дорогах. Ребята в парке любят повторять, что наша работа — грязная, тяжелая, напряженная, неблагодарная, но редко кто вспоминает, что она еще и сверхответственная — мы возим живых людей.
{{subtitle}}
{{/subtitle}}