«Сейчас надо говорить о событиях, происходящих сейчас. Гибнут люди, (…) вокруг гуманитарная катастрофа. А просвещенные люди копаются в прошлом, ссорятся, подхватив формулировки, вброшенные сверху о «проклятых 90-х».
Москва. 1993 год. Фото: Игорь Зотин / ТАСС
Статьей Владимира Пастухова «Машина добра и зла второй свежести» мы обещали открыть общественную дискуссию. Повод — нашумевший сериал «Предатели».
Но разговор — шире, чем о 90-х и их наследии. Что первично: власть или люди? Что такое необольшевизм? Так ли далеки друг от друга те, кто поддерживает власть, и самые ярые ее оппоненты? Нужно ли упрощать историю и картину мира и эту упрощенную картину вкладывать в голову молодым людям ради превращения их в инструмент достижения целей, которые полагаются правильными? Надо ли категорически разделяться с теми, кто не поддерживает вашу точку зрения (во всем или частично), или стоит договариваться со всеми? Где пролегает черта между теми, с кем можно говорить, и теми, с кем нельзя? Революция или эволюция? Опасна или нет практика составления проскрипционных списков?
В разговоре уже приняли участие Борис Вишневский* и Антон Орехъ. Продолжают обсуждение — читатели-соучастники «Новой газеты». Сегодня первая подборка их мнений.
«Сейчас надо говорить о событиях, происходящих сейчас. Гибнут люди, (…) вокруг гуманитарная катастрофа. А просвещенные люди копаются в прошлом, ссорятся, подхватив формулировки, вброшенные сверху о «проклятых 90-х».
«Разоблачения, конечно, необходимы, но этого недостаточно, нужна позитивная онтология будущего, о чем практически никто не заботится. Мы уже более ста лет боремся «против», не имея ничего или почти ничего «за».
«Ответственность — на обществе в любом случае, независимо от времени. Даже если в 90-е что-то сделали не так, было 30 лет, чтобы что-то поменять. Это как обвинять всю жизнь родителей в своих неудачах — да, все идет из семьи, но если что-то в ней не так вложили, то у человека есть 20‒30 лет активной жизни, чтобы что-то в себе поменять. Если не поменял, все вопросы к себе».
«Срабатывают всегда концепции примитивные и варварски упрощенные. Это ложно, но эффективно».
Выставка шоколадных бюстов российских олигархов «Сладенькие наши». В экспозиции — бюсты М.Ходорковского, М.Фридмана, В.Потанина, Р.Абрамовича, Б.Березовского, О.Дерипаски, А.Чубайса. Фото: Алексей Куденко / Коммерсантъ
«Человек, получивший большие деньги, обычно меняется. Человек получивший власть — меняется всегда! …и не в лучшую сторону».
«Мне близка позиция Шульман*: «Не стоило в 93-м разгонять парламент и давать столько полномочий президенту». Т.е. нельзя было разрушать систему сдержек и противовесов».
«Ничего нового не говорят ни те, ни другие. И что делать сейчас…»
«Я считаю, что фильм упрощает обстановку тех лет».
«Коррупция должна быть названа и расследована».
«Я против упрощения картины прошлого».
«Это дурно пахнет: «предатели».
«Правда всегда важнее самоуспокоения. Не нужно считать зрителей сериала такими же запрограммированными, как потребители российской пропаганды. Сериал — это призыв к осмыслению сегодняшнего дня, а не к составлению расстрельных списков. Нужно избавляться от недоверия друг к другу и страха чужой точки зрения. Именно этого добивается от нас пропаганда. Живой обмен идеями — это единственный путь к появлению нравственно более высокой позиции. Деление людей на либералов и консерваторов уже давно устарело. Выход состоит в том, чтобы не бояться взглянуть в лицо реальности и делать свои выводы. Главное преимущество сериала — это факты. Если какие-то факты были упущены, следует сделать еще один сериал. Только так можно двигаться вперед. А принцип — наших бьют, это подход подростков».
«В условиях отсутствия конкурентных выборов и свободных СМИ власть захватывают приспособленцы и карьеристы, озабоченные исключительно получением благ. Т.е. люди безнравственные и беспринципные — естественный результат отрицательного отбора. Яркий пример — В. Матвиенко: комсомолка, коммунистка, атеистка, потом демократка, потом православнутая, сейчас — (…) государственница… И все эти Ельцины, Путины — представители этой когорты».
«То, к чему мы пришли, было заложено именно в 90-е».
Фото: Егоров В., Мусаэльян В. / ТАСС
«Нельзя так упрощенно представлять время, в котором сам не жил».
«Не вижу, в чем Мария не права. Пусть она осветила только часть общей картины, но сделала это правдиво».
«Разделяю мнение Пастухова* — ФБК** играет в опасную игру сектантства и раскола, переводит акцент с реальных виновников на далеких воров».
«Несколько авторов ранее написали книги или сняли фильмы о 90-х. Интересные, объемные, важные труды. Но ни один из них не положил начало всеобщей и такой острой дискуссии, как это получилось у Марии Певчих* и ФБК. Хорошо, что положено начало! Пусть острое, яростное, с кажущимися (но, конечно же, явными) непримиримыми позициями оппонентов. Сейчас у каждого «своя правда», но я уверена, что через острую полемику мы все сформируем общую (близкую) позицию по важнейшему вопросу. Я верю в ум, мудрость и здравый смысл всех оппозиционных спикеров и истинное желание разобраться у небезразличных граждан. А подача информации в сериале точно совпадает с отношением молодежи к большинству взрослых и душных: нет авторитетов, кроме тех, кому оказано доверие быть ими. Мне понятна и близка такая позиция молодежи. У них есть право спросить у нашего поколения так же, как наше поколение должно было бы спросить у поколения своих родителей. Мы это не сделали. Надо начинать».
«Если очень коротко, то главная беда 90-х не в Ельцине и олигархах. Для рабской психологии русского человека та свобода, которую он получил, оказалась шоком. Народ, который веками был рабом, не знал, что делать с этой свободой и боялся ее. Поэтому Путин был неизбежен при любом раскладе. Хоть Ельцин, хоть не Ельцин, хоть коррупция, хоть не коррупция. Путин — это абсолютно логический и приемлемый кандидат для постельцинской России. Не было бы Путина тогда, он бы появился позже под какой-то другой фамилией. Путин был неизбежен. Такова, к сожалению, природа русского человека. И сваливать сейчас все на Ельцина и олигархов — это значит обманывать себя. Народ несет ответственность и за Путина, и за ***. Я понимаю, что с этой точкой зрения не согласятся те, кто верит «в прекрасную Россию будущего», я бы и сам хотел с ней не согласиться, но, к сожалению, это так. Путинизм или сталинизм — это и есть та самая «прекрасная Россия будущего» для нашего народа. Им не нужна свобода».
Фото: Анатолий Морковкин / ТАСС
«Я думаю, что фильм уводит нас от цели понять, что с нами случилось на самом деле. Это редукция зла до одного из его частных проявлений — коррупции. Фильм — подмена необходимого обществу самоанализа разделением общества на злодеев и жертв — чрезвычайно опасная история».
«Нужна дискуссия, и на данный момент тема актуальна. Тяжело смотреть, эти годы пришлись на мою молодость, и я теперь все не только вспоминаю, но и понимаю всю степень обмана».
{{subtitle}}
{{/subtitle}}