Комментарий · Экономика

Почему людям не доплачивают 17 трлн рублей в год

Рост реальных зарплат лишь компенсирует их падение в прежние годы, но и это сжирает рост цен

Дмитрий Прокофьев, редактор отдела экономики

Фото: Кирилл Кухмарь / ТАСС

Главная мера по борьбе с бедностью, объясняет глава ЦБ РФ, — это борьба с инфляцией. Проблема в том, что усилий финансового регулятора для этого недостаточно.

Интонация имеет значение

Существует целый ряд исследований, показывающих, каким образом риторика Центрального банка влияет на настроения и ожидания участников рынка. Значение имеет не только содержание выступлений, но и интонация, с которой говорит руководитель ЦБ (а вот одежда, галстуки, броши и прочие тайные знаки, с помощью которых спикеры финансового регулятора якобы доносят до посвященных секретную информацию, значения не имеет).

Надо сказать, искусством интонирования своих выступлений Эльвира Набиуллина владеет в совершенстве. В прошлом году она объясняла, почему дешевые деньги не помогут промышленному росту в ситуации дефицита ресурсов и рабочих рук, и это была речь доброго доктора, объясняющего ребенку, почему вкусные таблетки сами по себе не помогут ему стать большим и сильным — нужны тренировки и время. Вчера выступление главы ЦБ в Государственной думе было похоже на урок основ экономики в десятом классе, который, однако, проводит профессор университета, подбирающий слова, понятные для школяров.

Осенью было много опасений, сказала Эльвира Набиуллина, что повышение ключевой ставки ставит крест на развитии экономики. Но мы видим, что это не так.

цитата

Эльвира Набиуллина,
глава ЦБ:

В IV квартале экономический рост немного замедлился, но оставался значительным. По итогам года ВВП вырос на 3,6%. И сейчас оперативные индикаторы показывают, что в I квартале этого года экономика продолжает расти высокими темпами.

Жесткая денежно-кредитная политика как раз направлена на то, чтобы давление на экономику со стороны спроса не было избыточным, не было разрушительным для роста.

Это можно образно сравнить с марафонским забегом, где очень важно правильно распределить силы на всю дистанцию. Слишком быстро растущий спрос заставляет экономику бежать за ним все быстрее, и какое-то время она может бежать на пределе возможностей. Но ценой будет зашкаливающий пульс — иначе говоря, ускорение инфляции, а затем, вполне вероятно, замедление или даже остановка роста экономики, когда ее силы будут исчерпаны.

Да, предприятия сделали значительные инвестиции в расширение и автоматизацию производства и продолжают их делать. … Но чтобы инвестиции превратились в предложение товаров и услуг … нужно время.

Если производство будет отставать от очень быстрого роста спроса, то цены пойдут вверх, а сам спрос — и инвестиционный, и потребительский — будет все больше смещаться на импорт. Для импорта нужна валюта, а если экспорт, как в нашем случае, не растет, то повышенный спрос неизбежно ведет к ослаблению рубля.

Такую ситуацию, когда избыточный спрос выливается в рост цен и ослабление рубля, мы наблюдали прошлым летом. На нее мы отреагировали повышением ключевой ставки.

Мы уже видим первые результаты нашей политики — пик инфляции остался позади. Если посмотреть на текущий рост цен, то есть от месяца к месяцу, то видно, что с июля до ноября этот показатель в пересчете на год был двузначным. Инфляционное давление было очень сильным. В декабре–январе оно заметно снизилось и сейчас находится около 6%.

Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ

Рост цен как плата за рост экономики?

Действительно, все опросы на протяжении последних тридцати лет показывают, что рост цен более всего раздражает граждан РФ. Правда, 20 лет назад люди чаще называли в качестве основной проблемы социальное расслоение, но потом снова вернулись к рассматриванию ценников и задумались над доступностью товаров. Так что с этой точки зрения Эльвира Набиуллина совершенно права.

Другой вопрос: пройден ли пик роста цен?

Разумеется, сейчас нельзя говорить о двузначной инфляции, которую мы наблюдали в прошлом году. Но также нельзя сказать, что цены остановились. Согласно «Обзору текущей ценовой ситуации Минэкономразвития», потребительская инфляция в России в марте 2024 года составила 0,39% месяц к месяцу, существенно замедлившись с февральского уровня в 0,68%. В годовом же выражении рост цен в марте слегка ускорился до 7,72% против 7,69% по итогам февраля. 

Так что рост цен продолжает поглощать рост доходов.

При этом, как заметила Эльвира Набиуллина, «высокая инфляция — точно такой же налог на промышленность, как и на бедных. Большинство предприятий уже ощущает, что рост издержек, который неизбежен при высокой инфляции, кусается даже больше временного увеличения процентных расходов».

То есть, развивая эту мысль, можно сказать, что высокая ставка, которой оперирует ЦБ, — инструмент, который позволит убить сразу нескольких зайцев — и остановить рост цен, раздражающий бедных россиян, и помочь предприятиям сократить издержки, что опять же должно привести к снижению цен на потребительском рынке.

Тем более что Росстат отмечает резкое ускорение экономического роста в России с февраля 2024 года — «Индекс выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности» вырос на 10,1% г/г после роста на 5,4% г/г с ноября 23-го по январь 24-го. 

Звучит хорошо, но проблема в том, что рост производства в России имеет мало отношения к потребительскому рынку.

Сравнивая промышленный выпуск в период с мая 2023-го по февраль 2024 года по отношению к периоду мая 2021-го — февраля 2022-го, мы увидим, что более выросло производство в следующих отраслях:

  • компьютеров, электронных и оптических изделий — 51%;
  • готовых металлических изделий, кроме машин и оборудования, — 46%;
  • мебели — 33%;
  • прочих транспортных средств и оборудования — 28%;
  • кожи и изделий из кожи — 24%;
  • электрического оборудования — 22%.

Это отражение правительственных расходов на сами понимаете какие нужды.

Как не в себя

А как же потребительский рынок? Потребительский спрос в России остается устойчивым. По данным Росстата, розничные продажи увеличились на 12,3% за год, услуги прибавили 6,4%, а «общий потребительский спрос» (розничные продажи плюс услуги без учета общепита) вырос на 10,5%. В итоге в феврале 2024-го розничные продажи оказались на 2,7% выше, чем в феврале 2022 года.

Продажи услуг на 9,2% превысили уровень 2022 года. Росстат отмечает рост ИТ-услуг — 88% г/г и курьерских услуг — 42% г/г. Люди отправились в фитнес-центры — там рост на 12% г/г, а также поехали путешествовать по стране — рост спроса на культурные, туристические услуги и гостиницы — 11% г/г.

В итоге потребительский спрос в феврале 2024 года в совокупности на 5% превысил спрос февраля 2022 года.

При этом жесткость денежно-кредитной политики ЦБ РФ на спросе пока не сказывается — все решают бюджетные выплаты и темп роста зарплат.

По данным Росстата, за последние 12 месяцев зарплаты в реальном выражении выросли на 9%, в последний раз подобный темп роста наблюдался лишь в сентябре 2008-го.

Номинальная начисленная зарплата (до выплаты налогов) в январе 2024-го составила 75 тысяч рублей в среднем по всей России и всем отраслям экономики:

  • по номиналу за год зарплаты прибавили 18,6%;
  • в реальном выражении зарплаты выросли на 10,4%.

Правда, есть одно «но».

Если считать в долларах, зарплата в январе составила $846 при среднемесячном курсе 88,7 рубля за доллар, что ниже, чем в январе 2023 года ($918), из-за девальвации рубля.

За последние 12 месяцев — $864, что ниже 2013–2014 гг., когда зарплата составляла $920–970 в месяц. И этот приблизительный расчет не учитывает «долларовой инфляции» — нынешняя «тысяча долларов» в пересчете на товары весит меньше, чем тысяча долларов 2014 года.

Так что рост реальных зарплат в 2023-м и начале 2024 года лишь компенсировал их падение и стагнацию в прежние годы.

Более того, как отмечал главный научный сотрудник ИМЭМО РАН, заместитель директора Центра трудовых исследований ВШЭ Ростислав Капелюшников:

«В начале 2020-х гг. доля оплаты труда в ВВП опустилась до феноменально низких отметок: в 2021 г. с учетом скрытой оплаты труда она составила 40%, в 2022 г. — около 39%. Это снижение почти на 10 п.п. с максимума в 48,2%, который был зафиксирован в 2016 г. Оно означает, что в последние годы шло активное удешевление рабочей силы в терминах выпускаемой продукции, и такой низкой цены труда, как в начале 2020-х, в российской экономике прежде не было никогда».

Фото: Валентин Антонов / ТАСС

Чтобы было проще, не в относительных, а в абсолютных величинах: недоплата за «труд» в 10% ВВП — это 15–17 трлн руб. в год. Столько недоплачивали в последние годы трудящимся. 

Что было бы, если бы 15 триллионов рублей ежегодно дополнительно шли бы на рынок.

Да, какая-то часть оказалась бы на банковских счетах, но остальное обернулось бы спросом на жилье, а также на автомобили, бытовую технику и прочее потребление, которое в значительной степени опирается на импорт (или напрямую, или через импортные технологии и инвестиционные товары).

Так что то, что происходило в 2023 году (и в первые три месяца 2024 года) с реальными доходами населения — пока лишь «сдача копейки с рубля», накопленного ранее, — компенсация за «потерянное десятилетие», и далеко не полная.

Таким образом, усилия финансового регулятора по замедлению инфляции сталкиваются с желанием людей максимально компенсировать «недополученное потребление» в предыдущие годы — с одной стороны, и желанием правительства любой ценой оплатить «выполнение задач» в максимально короткое время — пока хватает валюты, чтобы балансировать, и обеспечение определенных производств критическим импортом, и наполнение потребительской витрины.

И победа ЦБ в этом столкновении далеко не очевидна.