Репортажи · Общество

«Ветер подует — и все на меня»

Как живет московская деревня, где экстренно начали строить больницу для зараженных COVID-19

Фариза Дударова , корреспондентка
Анатолий и Леонид. Фото: Влад Докшин / «Новая газета»
Голохвастово — одна из самых маленьких деревень, входящих в Троицкий административный округ Москвы. Согласно последней переписи населения, там проживают 43 человека, однако местные жители говорят, что сейчас эта цифра в несколько раз больше. Именно здесь столичные власти начали строительство инфекционной больницы для зараженных коронавирусом.
Новая клиника планируется как дополнение к стационару в Коммунарке и инфекционной больнице № 1. Именно поэтому и была выбрана деревня Голохвастово — она находится в 32 км от Коммунарки. По словам столичных властей, сейчас Москва справляется с количеством зараженных коронавирусом, но т.к. госпитализировать следует и всех контактировавших с ними, важно построить новое лечебное учреждение в непосредственной близости к уже имеющемуся.
Проехать в деревню Голохвастово сложно: трасса перегорожена десятками единиц строительной техники. Водители, маршрут которых лежит через деревню, рискуют простоять в пробке больше сорока минут. Жители говорят, что сталкиваются с подобным впервые. Только в пятницу вечером мимо Голохвастово проезжает много машин, но к пробкам это никогда не приводило. Над деревней летает дрон, на въезде стоит машина с логотипом Первого канала.
Фото: Влад Докшин / «Новая газета»
Такая «популярность» связана со строительством инфекционной больницы из быстровозводимых конструкций для больных коронавирусом. Информация об этом появилась на личном сайте мэра Москвы Сергея Собянина. «Ближайшие индивидуальные жилые дома находятся в 250 метрах от будущей больницы, что в 2,5 раза больше требуемой санзоны. И я гарантирую, что никакой опасности для местных жителей она представлять не будет. Очень прошу с пониманием отнестись к моему решению», — пишет мэр.
Вероятно, в качестве «моральной компенсации» Собянин обещал проложить в близлежащие поселения газопровод. 10 марта вышло это заявление, а 11 марта уже активно велись строительные работы. Жители деревни узнали обо всем из соцсетей, параллельно в деревню пришла строительная техника.
Из-за большого количества припаркованных у трассы легковых машин, на которых приехали господрядчики и рабочие, автобус из Москвы в Голохвастово смог сделать остановку только на выезде из деревни.
Это помогает оценить масштабы ведущихся работ: можно сказать, что все Голохвастово превратилось в огромную стройплощадку.
Сама деревня очень маленькая, по ощущениям — тут не больше 80 домов.
Фото: Влад Докшин / «Новая газета»
Большинство рабочих отказываются говорить о стройке. «Мы солдаты: сказали работать, вот и работаем, в подробности не вдаемся», — быстро отрезают они все попытки узнать про возводящийся объект. Только один из строителей решился поговорить о больнице. «Вы хотите, чтобы коронавирусом вся Россия болела? Где-то же строить надо, — отвечает он на вопрос о возможном недовольстве местных жителей. — Санитарная норма составляет 250 метров, мы ее соблюли. Нет сейчас в России места без деревни, поэтому и строим инфекционку здесь. Сдать объект должны в мае».
По его словам, жителям даже повезло: если бы больницу решили строить в другом месте, то и жило бы Голохвастово еще много лет без газа.
Фото: Влад Докшин / «Новая газета»
На улицах особо никого не встретишь, будние дни многие проводят в близлежащих городах. Для того чтобы поговорить с голохвастовцами, пришлось долго стучаться в двери частных домов. Большинство из них пустовали. Только после тридцати минут обивания порогов мы, наконец, увидели первого местного жителя.
У Анатолия в Голохвастово прошла вся жизнь: здесь он вырос, женился, завел ребенка. Супруга Анатолия умерла несколько лет назад, сын со своей семьей переехал в поселок неподалеку. Мужчина вынужден пользоваться электронным голосообразующим аппаратом после перенесенной операции на трахею.
«Я ничего не знал о том, что тут будет больница. Мне соседка вчера позвонила и сказала, что скоро пройдет собрание деревни у колодца, будем обсуждать строительство. Но я не вижу в этом смысла. Вот скажем мы «нет», и что будет? Стройка уже началась. Собянин приезжал сюда, смотрел. Нам давно говорили, что будут тут строить коттеджи, дома, метро наземное, детские сады. А вот про инфекционку не было разговора. И вот на тебе — перед фактом поставили. Они бегали, планировали давно, конкретно работу начали вчера. Собянин сказал, что проложит нам газ, но у нас и так вся деревня в газе. У кого деньги есть, тот к себе в дом прокладывает.
Вот тут есть газ (указывает на желтую трубу с надписью «Газ», проходящую рядом с его участком). Собянин наобещал, но тут вся деревня газифицирована», — рассказывает мужчина.
В это время к нам подходит еще один местный житель. Леонид, как он потом представился, не здоровается, сразу начинает говорить о стройке.
«В субботу будет собрание в 10 утра. Но что тут уже обсуждать? Говорят, что 250 метров — санитарная норма. Но строят же прямо рядом с моим домом! Ветер подует — и все на меня. Ладно, сейчас контравирус (имеется в виду коронавирус.Ред.) пройдет, а потом же еще что-то будет, и всех [заболевших] привезут сюда. Еще и гремят своими тракторами, КамАЗами до вечера. Я в интернете узнал, что это вообще за стройка. Так же нельзя, никому ничего не сказали», — жалуется Леонид, полноватый мужчина средних лет.
«У деревни есть староста Юрий Петрович. Он тоже ничего не сказал. Вот сейчас собрание планирует провести», — продолжает он. Мужчины рассказывают, что близлежащий город Троицк недавно посетил Сергей Собянин. Им кажется, что этот приезд связан со строительством больницы.
«Он говорит, что больница безопасна для нас. Вот пусть бы он дачу свою построил тут и жил рядом с больницей всю жизнь», — зло говорит Анатолий.
На вопрос о том, планируют ли местные протестовать против строительства больницы, оба отвечают, что в этом сейчас нет смысла. Они не связывают это с возможным страхом перед московскими властями. По словам Анатолия, у людей не осталось страха. Но на просьбу сфотографировать его на фоне дома мужчина ответил, что он боится.
«Да он лично Собянина боится», — усмехнулся на это Леонид.
Леонид. Фото: Влад Докшин / «Новая газета»
У обоих мужчин в доме нет газа, в двух метрах от их участков проходит газопровод, но на то, чтобы провести трубу в дома, требуется почти полтора миллиона рублей, которых у них нет. Отсутствие газа они возмещают печкой. Дрова им не так давно начал выдавать сельсовет, но раньше приходилось их покупать или рубить в лесу. По словам Анатолия, сейчас так делать нельзя, и даже за сбор гнилых веток может «прилететь» штраф.
Из-за работающей строительной техники и большого количества машин приходится говорить очень громко, чтобы расслышать друг друга. Жителям Голохвастово такой шум придется терпеть еще пару месяцев.
«Вот Путин же принял сейчас новую Конституцию, чтобы еще править. Надо ему вместо больницы тут построить мавзолей. Вот это хорошо будет», — мрачно шутит один из мужчин.
Фото: Влад Докшин / «Новая газета»
Анатолий рассказывает, что в деревне немало семей с маленькими детьми. Жители давно просят построить им детскую площадку, детский сад, школу, потому что до ближайших ехать как минимум 10 км. «В администрации поселения отвечают, что нет места для этих объектов. А для больницы [место] сразу нашли», — говорит Анатолий, пока мы проходим по главной улице.
По совету Анатолия после разговора с ним мы пошли к дому Юрия Петровича — старосты деревни.
«Во въезде в деревню находится небольшой трактир, напротив трактира — богатый дом с припаркованным «Ниссаном», вы его быстро узнаете. Там и живет староста», — пытаются нас сориентировать мужчины.
Дом Юрия Петровича действительно легко было опознать. Он сильно отличается от всех остальных в деревне. Возможно, это единственный дом с домофоном на все Голохвастово. Староста, узнав, что к нему пришли журналисты, сразу открыл калитку.
В доме панорамные окна, сквозь них видно, что хозяева смотрят программу Ольги Скабеевой на канале «Россия-1». Двор охраняет овчарка. Пока мы осматривались, к нам навстречу вышел Юрий Петрович, довольно бодрый мужчина 80 лет. Узнав, по какому поводу мы пришли, он начинает агрессивно отвечать на все вопросы.
«Что бы вы думали о больнице, если бы сами жили тут?! Я узнал о строительстве вчера, съездил сегодня в администрацию поселения. Глава [администрации] обещал в субботу объяснить, каким образом так получилось, что рядом с нами строят инфекционку, а мы ничего не знаем, — возмущается староста деревни, подводя нас поближе к выходу со двора. — На собрании просто должны хоть что-то сказать. Если убедят, что строительство необходимо, значит, все успокоятся, если не убедят — будем писать коллективные жалобы.
А что мы еще можем? К Собянину в мэрию пойти? Здесь перегородить дорогу? Ну вот приедет полиция и всех нас уберет махом. Не первый день живем, знаем».
По словам Юрия Петровича, даже глава администрации поселения ничего не знал о готовящемся строительстве. На вопросы про газ староста так же отвечает, что почти у всех он и так есть.
«Только несколько домов сейчас без газа. А все остальные к себе давно проложили за огромные деньги. И сейчас нам Собянин заявляет, что в качестве компенсации проложит газ. Этой паре домов проложит? Мы сами на свои средства все делали, а им проложат просто так? И из-за этого мы должны пойти на уступки? Это же даже звучит смешно», — говорит Юрий Петрович.
Староста открывает калитку, намекая на то, что нам уже пора уходить. «Такой пробки тут никогда не было, — указывает мужчина на дорогу. — Второй день просто так машины стоят. Техника перегородила все, и ее не убрать, они же быстро хотят все сделать».
Фото: Влад Докшин / «Новая газета»
«Весь мир боится, нам-то чего не бояться? Инфекционные больницы нужны, больным надо помогать, мы это понимаем. Но дело-то не в этом. Они должны были хотя бы оповестить нас, спросить, что мы думаем», — отвечает староста на вопрос о том, боятся ли местные жители инфекции, и закрывает за нами калитку.
К семи вечера машин меньше не стало, пробка все такая же длинная. Перед тем как уехать, мы решили зайти в небольшой ресторан под названием «Трактир» с надеждой на то, что там будет кто-то из местных жителей. Но вместо них в ресторане оказались подвыпившие работники со стройки, которые снова ответили, что ничего про больницу не знают и что их дело «солдатское» — выполнять поручения начальства.