Сюжеты · Общество

«Уберечь животных вы не сможете»

В Ленинградской области — ​особый режим из-за африканской чумы свиней

Ирина Тумакова , спецкор «Новой газеты»
Фото автора
В четырех районах на западе Ленобласти в этом сезоне запрещена любая охота: у границ с Евросоюзом объявлен карантин по африканской чуме свиней. Регион вынужден избавляться от свинины как таковой. А появилась эта напасть в России впервые ровно десять лет назад: ее в прямом смысле слова принесли на ногах, колесах и гусеницах те, кто так успешно в августе 2008-го «принудил к миру» Грузию.
У деревни Большой Сабск Волосовского района установлен санитарный кордон. Рядом дежурит цистерна с раствором хлорки и синим крестом. И человек, которому даже в нынешнюю аномальную жару запрещено снимать защитный балахон, из шланга поливает большую песочницу на въезде в поселение.
— Дезбарьер, — ​коротко объясняет человек в балахоне, не переставая орудовать шлангом. — ​Дезинфекционный барьер. Чтобы вы не вывезли отсюда заразу. И сюда не привезли.
Колеса въезжающих и выезжающих машин он тоже моет. Так в деревне Большой Сабск борются с африканской чумой свиней — ​АЧС. Чтобы население сознавало масштаб угрозы, на деревянной времянке рядом с плакатами «Ветеринарно-полицейский пункт», «Карантин», «Контроль», «Опасность» приколота красочная памятка с устрашающими фотоснимками: павшие свиньи — ​дикие и домашние.
Но население относится к чуме несерьезно. Большой Сабск — ​это советская деревня. Костяк составляют блочные пятиэтажки, в которых свиней, понятно, не заводят. «Аааа, чума? — ​равнодушно отвечает мне женщина с миксером, вышедшая из подъезда, и делает знак рукой. — ​Это вооон там, у частников. Больше ничего не знаю». Из памятки, которую широко распространил ветнадзор, люди узнали, что им чума не угрожает. И успокоились. Все, что им грозит, — ​рацион, лишенный свинины.
Смертельное заболевание, косящее только один вид парнокопытных, впервые было зарегистрировано в Африке в начале 1900-х годов. Для свиней всех пород оно стало африканской чумой XX века: вспышки стали фиксировать сначала в Европе на Пиренеях, потом и в Латинской Америке. От нее нет лекарств, вакцины до сих пор не придумали, и в целом ситуация такая же, как с чумой в Средние века. Остальным теплокровным, включая человека, болезнь не страшна, они могут быть только вирусоносителями. Зато среди свиней смертность стопроцентная. В неблагополучном регионе даже те свиньи, у которых чумных симптомов не выявлено, подлежат «уничтожению бескровными методами».
— Это безболезненно, — ​успокоил «Новую» ветеринар в Большом Сабске. — ​Один укол — ​и животное засыпает. Оно бы и так умерло от чумы, только в мучениях.
В Большом Сабске были подвергнуты эвтаназии 29 свиней. Санитарный кордон тут стоит уже месяц, с обнаружения первых случаев чумы. Хозяйка животных сама вызвала ветеринара и пожаловалась на смерть двух свиней от неустановленной болезни.
Пробы выявили вирус АЧС. Выяснилось, что женщина торговала поросятами, и потомство ее свиноматки пришлось разыскивать по всем окрестным дворам.
— Владелец свиней говорит, что ездил в лес на машине в Лужский район, в Осьмино, и сбил там дикого кабана, — ​рассказал «Новой» главный государственный ветеринарный инспектор Ленобласти Идрис Идиатулин. — ​Так он машиной занес вирус на свое подворье.
В соседнем районе, Лужском, в охотничьем хозяйстве у деревни Осьмино эпидемия начала косить диких кабанов месяцем раньше: 10 июня лесники нашли четыре трупа, потом еще два и вызвали ветеринарных инспекторов. В лаборатории подтвердился диагноз, которого в Ленобласти боялись десять лет.
— До этого июня в Ленинградской области вирус африканской чумы свиней не регистрировался, — ​говорит Идрис Идиатулин. — ​Мы ежегодно брали свыше двух тысяч проб при лицензионной добыче кабана — ​и все эти годы были благополучны.
Все эти годы — ​это аккурат с тех пор, как вирус АЧС впервые появился в Российской Федерации. В 2007 году масштабные вспышки свиной чумы были зафиксированы в Грузии. В 2008-м на территории этой страны в рамках известной «операции по принуждению к миру» побывал ограниченный контингент вооруженных россиян. Люди, повторим, этой чумой не болеют, зато переносят вирус из-за пренебрежения правилами гигиены. Падеж свиней начался на Северном Кавказе и на юге России, а оттуда вирус перешел в Центральный федеральный округ. По данным Россельхознадзора, было зафиксировано порядка пятисот вспышек, а Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН подсчитала, что в России уничтожили миллион свиней. Материальный ущерб составил 30 миллиардов рублей. В 2016 году вирус появился в Крыму. К 2017-му свиньи пали уже в Калининградской области, и это заставило напрячься Евросоюз. Там-то верили, что налаженная культура свиноводства защищает их от заразы. И вот теперь — ​еще два района совсем рядом с европейцами болеют, еще два, Кингисеппский и Сланцевский, отнесены к так называемой второй угрожаемой зоне: там тоже не должно остаться свиней в частных хозяйствах.
По словам главного областного ветинспектора, за эти 10 лет в личных подсобных хозяйствах Петербурга и Ленобласти уже случались две вспышки. Но обе были успешно купированы. В 2009 году в Кировском районе военные в одной из частей накормили свиней необработанными пищевыми отходами, зараженными, как выяснилось, чумой. Пришлось уничтожить все поголовье — ​19 животных. Через год по похожей причине заболели свиньи в цыганском подворье в Красносельском районе Петербурга. Их кормили необработанными отходами с соседней птицефабрики. В обоих случаях, подчеркивает Идирис Идиатулин, ветнадзору удалось избежать вторичных вспышек. Что касается диких кабанов, они в лесах Ленобласти до сих пор не болели. Да и кабан-то для северного региона — ​животное нехарактерное, потому что теплолюбивое. Завезен был туда в 1970-х годах и прижился.
Один грамм инфицированного мяса, отмечает главный ветеринарный инспектор, может заразить 50 свиней. А один труп инфицированного животного — ​поголовье в три миллиона. Поэтому в 2013 году, как раз когда ООН подсчитывала ущерб от АЧС в России, Ленобласть запустила программу по перепрофилированию личных свиноводческих хозяйств.
— Чтобы минимизировать риски, — ​объясняет Идрис Идиатулин. — ​Личные подсобные хозяйства гораздо более подвержены заражению, чем крупные промышленные. Частники в поисках кормов или при покупке поросят могут искать что-то попроще, подешевле и пренебречь санитарными правилами. В промышленном товарном свиноводстве такие случаи должны быть исключены, мы должны научиться вести его в условиях, когда есть риск занести вирус АЧС из дикой природы. Надо обеспечить и культуру свиноводства, и поступление кормов только из благополучных регионов.
Программа перепрофилирования подразумевала, что у граждан выкупали личных свиней по 95 рублей за килограмм живого веса. И убеждали разводить каких-нибудь других животных. Овец, там, или кроликов. Даже если вирус угнездился где-то в хозяйстве, он будет безопасен, пока нет свиньи. Живучесть он сохраняет порядка двух лет. К 2017 году в Сланцевском районе не осталось ни одной свиньи. Там, по словам Идриса Идиатулина, было уничтожено 168 голов.
— Большая работа по перепрофилированию проводится в Кингисеппском районе, — ​добавляет главный госветинспектор. — ​К июлю мы там убрали 114 голов, оставалось еще пятьдесят, а теперь там свиней нет совсем. Такую же работу проводим в Лужском районе, там согласились на перепрофилирование в подворьях, где общая численность свиней 154 головы. Мы четко разъясняем владельцам: уберечь животных вы все равно не сможете.