Комментарий · Политика

Независимость? Нет!

Каталонская революция однозначно не нашла поддержки в Европе

Александр Минеев , Соб. корр. в Брюсселе
Фото: EPA
Организаторы воскресного референдума в Каталонии не могут рассчитывать на поддержку сколь-нибудь влиятельных политических сил в Европе. Европарламент, где в среду состоялись дебаты на эту тему, проявил беспрецедентное единство и фактически одобрил линию официального Брюсселя. Такого единодушия разношерстной депутатской публики не наблюдалось давно.
Консерваторы, социалисты, либералы, левые и правые, «зеленые» и даже националисты-евроскептики назвали референдум незаконным. Хотя все так или иначе осудили побоище, которое определили как «непропорциональное применение силы» испанским правительством.
Все признали, что государство должно защищать закон, прибегая при необходимости к пропорциональному применению силы. Но никто не сказал, что испанская полиция в Каталонии действовала правильно. Картинки с окровавленными носами и старушками, поваленными на асфальт, шокировали всех. Это недопустимо и стыдно. Единственным путем решения конфликта между Мадридом и Барселоной все считают политический диалог двух сторон при возможном посредничестве Брюсселя.
Все согласны, что каждый член ЕС — это правовое государство. А принцип правового государства — верховенство права. Как сказал в своем вступительном слове зампред Еврокомиссии Франс Тиммерманс, можно бороться за изменение закона, но нельзя его игнорировать. Революционный порыв не приветствуется даже традиционными фрондерами в страсбургском амфитеатре.
Руководители Каталонии воспользовались недовольством населения политикой Мадрида и решили революционным выступлением ускорить путь к цели, удовлетворить свои политические амбиции и поступили, по мнению европейских парламентариев, безответственно, подставив граждан под полицейские дубинки.
Главный аргумент европейского политического мейнстрима в том, что ЕС создавался как объединяющий проект, в котором национальные особенности, традиции, исторические корни и язык не могут быть основанием для передела границ. Не для того медленно и неуклонно стирались границы между послевоенными Германией и Францией, чтобы потом крошить вступившие в ЕС страны. Эта логика объясняет и жесткую позицию ЕС против присоединения Крыма к России.
По оценке Манфреда Вебера, главы самой крупной фракции Европарламента — Европейской народной партии (ЕНП), объединяющей депутатов правого центра, нынешняя Испания соответствует европейским ценностям и принципам правового государства. Значит, в ней любые изменения могут быть достигнуты через демократический процесс, через диалог разных политических сил. Если Каталония силовым революционным методом выйдет из состава Испании, то это влечет за собой ее выход из ЕС, единого внутреннего рынка, Шенгенского пространства, еврозоны.
Лидер европейских социалистов Джованни Пителла предостерег от возрождения национализма в Европе, напомнив слова видного социалиста и бывшего президента Франции Франсуа Миттерана: «Национализм — это война».
Даже те депутаты, которые обычно обвиняют ЕС в стирании присущей человеку этнической, религиозной и языковой идентичности, не поддержали каталонских сепаратистов.
Они, как Марин Ле Пен и иже с ней, за «Европу наций», а не за дробление национальных государств и не за перекраивание территорий.
Ожидаемо эмоционально выступил enfant terrible истеблишмента ЕС, лидер европейских либералов и демократов, бывший премьер-министр Бельгии Ги Верхофстадт. Он призвал «не учить Испанию демократии». Напомнил, что отважные испанские демократы отстояли ее под дулами пистолетов во время попытки «путча полковников» в 1981 году.
Но не насилием, даже санкционированным судом, должны решаться подобные проблемы, сказал он, однозначно осудив силовую авантюру Мадрида. Испания — это мультикультурное государство в многоликой Европе. Нельзя нарушать закон, но также нельзя следовать только букве закона в решении назревших проблем. Нужно слушать друг друга, вести терпеливый диалог, искать компромиссные решения.
«В политике компромисс не постыден», — заявил Верхофстадт, ссылаясь на пример своей родной Фландрии, которая, несмотря на сепаратистские настроения, остается частью единой Бельгии благодаря выстраданному в изнурительных переговорах «компромиссу по-бельгийски». В мире живут не государства, а люди. Они создают государства для того, чтобы в них было удобно жить.
Брюссель