Расследования · Политика

Спутник «Роснефти»

Как соратник Игоря Сечина строит бизнес при помощи госкомпании. И как бывший латвийский банкир, оказавший деликатную услугу, стал подрядчиком «Роснефти»

Роман Шлейнов , «Важные истории», региональный редактор OCCRP
Игорь Сечин и Эдуард Худайнатов. Фото: РИА Новости
«Опасно для жизни», «запретная зона», — ржавые таблички встречают редких посетителей заброшенного испытательного комплекса ракетно-космической корпорации «Энергия» неподалеку от Приморска в Ленинградской области. Люди пробираются сюда через обветшалые заборы, как сталкеры, посмотреть на разбитые кирпичные корпуса и железобетонные конструкции, которые строили, чтобы совершенствовать ракетное топливо. Здесь испытывали двигатели легендарного советского космического корабля многоразового использования «Буран». На огневых стендах гремели разгонные блоки космических аппаратов. Но теперь это совсем другой полигон: тут столкнулись интересы разных людей из окружения президента России.
Заброшенный испытательный комплекс корпорации «Энергия». Фото: scarydoll.livejournal.com
С 2011 года за эту территорию и прилегающие земли (в общей сложности больше 3,6 тысячи гектаров с выходом на берег Финского залива) бились нефтеналивной порт «Приморск» государственной «Транснефти», которой руководит старый знакомый российского президента Николай Токарев и другие президентские друзья — акционеры банка «Россия» вместе с соратником президента «Роснефти» Игоря Сечина.
«Новая газета» попыталась разобраться в том, почему эта земля досталась партнеру «Роснефти» и давнему коллеге Сечина — Эдуарду Худайнатову и чем интересен бизнес его «Независимой нефтегазовой компании»?

Неожиданные партнеры

На малоизвестную фирму «Форт», зарегистрированную в Выборгском районе Ленинградской области, обратил внимание телеканал «Дождь». В своем расследовании он выяснил, что в 2012 году эта удивительная структура получила 3,6 тысячи гектаров земли, включая заброшенный испытательный комплекс корпорации «Энергия» и территорию, примыкающую к нефтеналивному порту «Приморск» государственной «Транснефти».
Годом раньше правительство Ленинградской области хотело отдать всю эту землю для расширения порта. Местный губернатор даже подписал постановление, рекомендующее оказывать содействие порту с четкой схемой его границ.
Но в 2012 году территориальное управление Росимущества в Ленинградской области продало эту землю Приморскому научно-техническому центру ракетно-космической корпорации «Энергия» за 180,6 тысячи рублей, как сообщал РБК. И в том же году «Энергия» перепродала ее фирме «Форт» за 30 млн рублей, по данным «Делового Петербурга».
«Дождь» выяснил, что получившая огромную территорию фирма «Форт» через офшоры принадлежит соратнику президента «Роснефти» Игоря Сечина — Эдуарду Худайнатову, владеющему «Независимой нефтегазовой компанией» (ННК). В совладельцах «Форта» — еще одна офшорная фирма, связанная с активами петербургского предпринимателя Ильи Трабера — одного из фигурантов испанского уголовного дела «тамбовско-малышевского» сообщества.

Местные

Как фирме «Форт» удалось получить землю, на которой хотел расширяться порт государственной «Транснефти»?
«Форт» появился в 2011 году. Фирму создали люди, связанные с Ильей Трабером. Земли, за которые развернулась борьба, находятся в Выборгском районе Ленинградской области. А Трабера называли лидером «выборгской группировки». Он контролировал многие крупные бизнесы в этом районе, как известно, был совладельцем Петербургского морского порта.
Родственники чиновников Выборг­ского района, которые хорошо знали Трабера, вместе с его партнерами участвовали в бизнесах по заправке топливом судов, хранению нефти и ее перевалке. Например, Константин Патраев был главой администрации Выборгского района с 2006 по 2012 год. Его сын Игорь вместе с людьми Трабера владел долями не только в местных бизнесах («Бункерной компании Петромарин» и «Росэстпетронал»), но и в «Первом мурманском терминале», созданном для развития нефтепогрузочного комплекса Мурманского порта. Любовь Цой — одна из первых владельцев фирмы «Форт», как предполагал «Дождь», — родственница Олега Цоя, который руководил аппаратом предыдущего руководителя Выборгского района.
Но усилий Трабера и его партнеров было бы недостаточно, чтобы поменять планы развития порта, в котором есть интерес у государственной «Транснефти».
«Тут, видимо, использовали прием: хочешь противостоять одному другу президента — пригласи в бизнес другого его приятеля», — иронизирует человек, знакомый с ситуацией. И вспоминает, что когда бывшие владельцы Новороссийского порта столкнулись с претензиями Токарева по поводу нефтеперевалочного комплекса, который, по его словам, «увели» у «Транснефти», они привлекли в партнеры Аркадия Ротенберга. «Транснефть» все равно получила то, что хотела. Но по рыночной цене.

Как боролись с «Транснефтью»

После того, как земля досталась малоизвестной фирме «Форт», управляющая компания порта «Приморск» обращалась к генпрокурору Юрию Чайке и руководителю Следственного комитета Александру Бастрыкину, а также судилась за эту землю (как сообщал РБК), но безрезультатно.
В 2012 году совладельцами «Форта» стала кипрская фирма «Латериум Коммершиал», среди руководителей которой был Николай Егоров — однокурсник Путина по юрфаку Петербургского госуниверситета и один из основателей адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры». Позже совладельцем «Форт» стал еще один тяжеловес Николай Шамалов, который находится под санкциями, как человек из «ближайшего круга» Путина.
Любопытные события происходили и в ракетно-космической корпорации «Энергия», чей приморский центр продал землю фирме «Форт». В 2011 году председателем совета директоров РКК «Энергия» стал Михаил Ковальчук (брат Юрия Ковальчука — основного владельца банка «Россия»), который тоже находится под санкциями. А вскоре структура, подконтрольная акционерам банка, — «УК Лидер» получила в РКК «Энергия» блокпакет. Шамалов, который был совладельцем «Форта», — акционер банка «Россия».
Директором Приморского центра, который передал гектары малоизвестной фирме, была Яна Шапкина — руководитель фирм-партнеров Трабера. А эти партнеры (к примеру, Александр Уланов и Марина Даниленко) пересекались по бизнесу с Шамаловым и его знаменитой компанией «Росинвест», которая финансировала строительство «дворца Путина» в Геленджике.
Наконец, в 2014 году совладельцем «Форта» стала офшорная компания соратника Игоря Сечина — Эдуарда Худайнатова. Сейчас она основной владелец.
У президента «Роснефти» Сечина и главы «Транснефти» Токарева давние рабочие разногласия. В спорах по поводу тарифов на прокачку нефти или о том, какая госкомпания больше достойна владеть стратегическими активами, они не раз обращались непосредственно к Владимиру Путину. По оценкам наблюдателей, силы у них примерно равны, и претензии госкомпаний друг к другу решались с переменным для них успехом.

Поддержка «Роснефти»

Как рассказывают знакомые руководителей «Роснефти», Эдуард Худайнатов давно завоевал доверие Сечина. Еще когда Худайнатов возглавлял «Роснефть», а затем работал у Сечина заместителем, он, по рассказам знакомых, помог вернуть деньги госкомпании, которые ушли в прибалтийские банки при бывшем руководстве.
«Это человек, которого можно на луну с лопатой высадить, вернуться через полгода и обнаружить сад», — говорил о работоспособности Худайнатова бывший топ-менеджер «Газпрома» и его деловой партнер Александр Рязанов в интервью Forbes.
После ухода из «Роснефти» в 2013 году Худайнатов возглавил собственный бизнес (созданную годом раньше «Независимую нефтегазовую компанию» — ННК) и купил активы группы «Альянс» Мусы Бажаева. Связи с «Роснефтью» на этом не прервались.
В 2014—2015 годах «Роснефть» закупила у ННК нефти больше, чем на 40 млрд рублей (по данным СПАРК). А в 2017 году — активов почти на 50 млрд рублей. «Роснефть» купила у ННК не только компании «Конданефть» и «Бурение, сервис, технологии». Но и компанию «Арт Авиа», которая оказывала «Роснефти» услуги, связанные с управлением парка элитных вертолетов и воздушными перевозками. «Арт Авиа» стала известна после публикации «Ведомостей»: владельцем «Арт Авиа» числился менеджер ННК, а компания оказывала услуги «Роснефти» дороже, чем в среднем по рынку. Корреспондент «Ведомостей» столкнулся с угрозами, когда работал над материалом о том, как управляется вертолетный парк «Роснефти».

Помощь другу

Как выяснила «Новая газета», вместе с группой ННК нефть для «Роснефти» поставляет человек, который когда-то оказал бизнесу родственников Худайнатова большую услугу.
Владиславс Скребелис был вице-президентом латвийского Parex Banka. Он визировал документы о кредите в $75 млн, который в 2006 году банк предоставил российскому «Североргсинтезу» в Ямало-Ненецком округе под строительство газоперерабатывающего комплекса, как сообщали Forbes и «Ведомости».
С кредитом вышел скандал. Проект не состоялся. И банк, а также его правопреемник, с 2011 года требовали вернуть долг, который вырос до $100 млн в российских и латвийских судах. Представители банка заявляли, что поручительство по кредиту подписывал руководитель компании «Севернефть» Жан Худайнатов, брат Худайнатова. Российская сторона отрицала подлинность подписи брата Худайнатова на документах.
«Новая газета» выяснила, что «Севернефть» была семейным бизнесом Худайнатовых. Совладельцем компании через офшоры Luteano Holdings и Soulstar Trading был сын Эдуарда Худайнатова — Алексей.
Правопреемник латвийского банка дошел до европейского суда по правам человека. Как он заявлял, оригиналы документов в итоге пропали, сообщал Forbes. А российские суды встали на сторону Худайнатовых.
Тем не менее отношения между Скребелисом и Худайнатовым продолжились. Бывший партнер Худайнатова уверял Forbes, что не знает о том, что связывает Худайнатова и Скребелиса. Предполагалось, что он может представлять интересы бывших владельцев латвийского банка, который был национализирован, оказавшись в кризисной ситуации.
Как выяснила «Новая», Скребелис сейчас — владелец компании «Сибнефтегазинновация 21 век», которая зарегистрирована по одному адресу с ННК в Томске. Он владеет ею через московские фирмы «Капитал» и «Ортис», у которых общие телефоны и гендиректор с компаниями из группы ННК. Гендиректор «Капитала» Карен Гукасян — это руководитель фирмы «Форт», которая получила земли, предназначавшиеся для развития порта «Приморск». Гукасян возглавляет многие компании группы ННК.
В 2015 году «Роснефть» закупила у «Сибнефтегазинновация 21 век» нефти на $193,67 млн.
В «Роснефти», «Транснефти», ННК и РКК «Энергия» на вопросы не ответили. Связаться со Скребелисом через гендиректора его компаний не удалось.
«Поверьте, со временем на этой территории все будет хорошо», — заверил «Новую газету» человек, близкий к фирме «Форт».
«Не сомневаюсь в том, что все будет хорошо. Этот случай похож на ситуацию со многими государственными инфраструктурными проектами, когда до начала строительства земля под ними за бесценок распределяется в правильные частные руки. А спустя какое-то время государство выкупает ее, но уже по более высокой цене. Не исключаю, что тому же порту государственной «Транснефти» могут предложить выкупить этот земельный участок», — рассуждает замдиректора «Трансперенси Интернешнл — Россия» Илья Шуманов. Он также отмечает, что финансовая поляна, на которой играют люди из президентского окружения, постоянно сужается, поэтому интересы влиятельных людей сталкиваются все чаще. «Кто из них больший друг, мы до конца так и не узнаем, но очевидно, что частные интересы одних друзей побеждают государственные интересы других», — полагает Шуманов.
Справка «Новой»

Причем здесь Мексика?

«Независимая нефтегазовая компания» (ННК) была зарегистрирована в декабре 2012 года, до того, как Эдуард Худайнатов покинул «Роснефть» (это произошло летом 2013 года). С 2013 года и по крайней мере на 2015 год ННК принадлежала люксембургской фирме Dako Energy Investment, если верить отчетам ННК и СПАРК. А фирмой Dako Energy владела номинальная структура Rosevara Limited из Ирландии. Номинальные фирмы могут обслуживать интересы разных клиентов. Но любопытно, какого качества были деньги, которые проходили через Rosevara. В мексиканской, итальянской и немецкой прессе ирландскую Rosevara связывают с семьей мексиканского газового магната Мигеля Сарагоса и его группой компаний Grupo Zeta. В публикациях Rosevara фигурирует, как одна из фирм, через которую проходили деньги семьи Сарагоса. А ее патриарха ассоциировали с наркоторговлей в 90-е годы и отмыванием денег на рубеже 2000-х годов. Rosevara фигурирует в публикациях о даче взяток нигерийским чиновникам «высшего уровня» за возможность для международного совместного предприятия строить газоперерабатывающий завод. В итальянских публикациях о нефтегазовой группе Eni, чье дочернее предприятие в 2005 году получило возможность построить 6 платформ для добычи нефти в мексиканских территориальных водах. И в немецких статьях о бывшем министре финансов земли Рейнланд-Пфальц, который в 2009 году ушел в отставку после того, как не смог привлечь средства для обновления гоночной трассы Нюрбургринг, известной как один из старейших и протяженных гоночных треков в мире. Rosevara владела инвестиционная компания, которая хотела инвестировать в трассу, и это вызвало подозрения по поводу происхождения и качества денег. Владелец Rosevara — панамская Guanare — номинальная структура, предоставляемая клиентам юридической компанией Mossack Fonseca для того, чтобы скрыть реальных собственников. Mossack Fonseca известна тем, что эта юридическая группа со штаб-квартирой в Панаме стала героем глобального расследования «Панамские файлы», которым занимались немецкая газета «Зюддойче цайтунг», Международный консорциум журналистов-расследователей (ICIJ), Центр по исследованию коррупции и оргпреступности (OCCRP), «Новая газета» и десятки изданий по всему миру. В Grupo Zeta на письмо не отреагировали. В ННК и «Роснефти» не ответили на вопросы по поводу номинальных офшоров с интересной историей в структуре собственности ННК. Там также не прокомментировали, есть ли конфликт интересов в том, что ННК получает крупные контракты от «Роснефти», в то время как родственники президента «Роснефти» покупали земельные участки в подмосковной Барвихе у сына Худайнатова (о чем сообщали «Ведомости»).