Репортажи · Экономика

Компенсаторы

Фонд защиты вкладчиков, созданный для возмещения крымчанам депозитов в украинских банках, выплатил жителям полуострова 28 миллиардов рублей. Теперь, чтобы компенсировать расходы, фонд требует деньги с крымского бизнеса

Иван Жилин , спецкор
Этим летом в редакцию «Новой газеты» с промежутком в несколько недель обратились два работающих в Крыму бизнесмена. Они рассказали, что их активы на полуострове внезапно оказались под арестом. При этом оба утверждали невероятное: якобы их собственность была арестована в связи с судебными разбирательствами, в которых они вообще не принимали участия и даже не являлись стороной. В обоих случаях суд проходил между российским Фондом защиты вкладчиков (ФЗВ) и украинскими банками. В обоих случаях фонд требовал от банков выплатить ему деньги по вкладам физических лиц, и выигрывал. И в обоих случаях приставы затребовали присужденные деньги с совершенно посторонних организаций.

Призрак ипотеки

Алушта. На набережной в Профессорском уголке, всего в 20 метрах от моря стоит большой трехэтажный ресторанный комплекс с панорамным видом. Он называется «Кастель приморский» и принадлежит местному пансионату «Море».
— Этот комплекс мы строили около трех лет, сдали его еще в 2004 году. Был у нас тут и джаз-клуб, и ресторан восточной кухни, а сейчас планируем сделать кафе с демократическими ценами, ремонт ведем, — коммерческий директор «Моря» Татьяна показывает мне объект. — Комплекс стоит порядка 3 млн долларов, а приставы арестовали его за какую-то невероятную задолженность в 330 000 рублей. Причем по решению арбитражного суда, который обязал украинский Энергобанк выплатить эти деньги Фонду защиты вкладчиков. Но спрашивается: при чем тут мы?
Решение об аресте «Кастеля приморского» судебный пристав-исполнитель Арсений Писарев принял 10 декабря 2015 года.
— Мы узнали о том, что на «Кастель» наложен арест, в январе текущего года: управление Росреестра по Республике Крым прислало нам соответствующую справку. Естественно, первой реакцией было удивление: фонд отсудил деньги у Энергобанка, а претензии предъявляет нам, — рассказал «Новой газете» директор по маркетингу и внешним коммуникациям ЗАО «Национальная резервная корпорация» (пансионат «Море» является активом ЗАО) Артем Артемов. — Когда мы запросили ФССП о причинах ареста, картина стала еще менее ясной.
В постановлении об аресте «Кастеля» судебный пристав Писарев указал следующее: «Рассмотрев материалы исполнительного производства, на основании исполнительного листа, выданного Арбитражным судом Республики Крым по делу А83-2573/2014 о взыскании с должника ПАО «Энергобанк» (Украина) в пользу АНО «Фонд защиты вкладчиков» 337 587 рублей 28 копеек <…>пристав установил. <…>Получена информация о наличии договора ипотеки, заключенного между ПАО «Энергобанк» и ЧАО «Пансионат Море», удостоверенного частным нотариусом И.М. Дараган 26.06.2010. Предмет залога: ресторанный комплекс «Кастель приморский».
— Интересно узнать, что это за договор ипотеки и откуда судебные приставы его взяли, — говорит Артем Артемов. — В делопроизводстве пансионата «Море» такого договора мы не нашли, если он есть у судебных приставов — пусть они нам его покажут.
Важно отметить, что представители Энергобанка в судебных слушаниях не участвовали и никаких документов не представляли, так как Украина не признает юрисдикции РФ над Крымом и в стране действует закон «О временно оккупированных территориях».
«Новая газета» обратилась в ФССП за комментарием. Мы поставили перед ведомством два вопроса: в какой форме судебным приставом Писаревым была «получена информация» о наличии договора ипотеки между «Морем» и Энергобанком и может ли пристав пояснить подлинность этих сведений.
Ответ последовал через неделю. «В рамках исполнительного производства заявителем — АНО «Фонд защиты вкладчиков» подано заявление о наложении ареста права требования по договору ипотеки, заключенному между ПАО «Энергобанк» и ЧАО «Пансионат «Море». В обоснование своих требований заявитель представил справку из Государственного реестра прав на недвижимое имущество, Реестра прав собственности на недвижимое имущество, Государственного реестра ипотек, Единого реестра запретов отчуждения объектов недвижимого имущества Украины. В случае, если у участников исполнительного производства возникают сомнения в подлинности документов, представляемых судебными приставами, они могут обратиться в суд с соответствующим заявлением», — засвидетельствовал начальник Управления по исполнению особо важных исполнительных производств Ефим Финкельштейн.
— То есть арест имущества теперь производится на основании справки? — удивляется Артем Артемов. — А договор приставы и в глаза не видели?
Отметим, что предоставлять «Новой газете» справку, на которую ссылается Фонд защиты вкладчиков, судебные приставы отказались, мотивировав это тем, что редакция не является стороной исполнительного производства. Когда за разъяснениями в Агентство по страхованию вкладов, чьей «дочкой» является Фонд защиты вкладчиков, обратились сами представители пансионата «Море», им дали следующий ответ:
«Фондом в арбитражные суды Крымского федерального округа поданы исковые заявления о взыскании с банка <Энергобанка> денежных средств. Установленная в настоящее время решениями судов сумма составляет 11,2 млн рублей. В качестве источника удовлетворения требований, в частности, рассматриваются права требования банка по кредитным договорам и договорам залога».
В ответном письме в АСВ председатель Совета директоров «Национальной резервной корпорации» Александр Лебедев еще раз попросил представить документы, подтверждающие наличие ипотечного договора, и отметил, что подобной риторики не слышал с 90-х годов.
Представители пансионата подали иск с требованием признать действия судебного пристава Писарева незаконными.
— У нас есть много вопросов к ФССП и Фонду защиты вкладчиков, — заключает Артем Артемов. — Что за договор ипотеки? Почему, если Энергобанк задолжал Фонду защиты вкладчиков, деньги требуют с нас: банк что, переуступил фонду права требования? И еще. Энергобанк сейчас находится в стадии банкротства, в нем назначена временная администрация. Если банк должен кому-то деньги, то нужно встать в соответствующую очередь и получить средства в порядке, установленном законами страны, где банк работал, то есть — Украины, а не пытаться стрясти их с третьих лиц.

При чем тут Россия?

Гостиница «Норд». Фото автора
27 июля в редакцию поступило письмо от руководства украинского ПАО «НОРД» — известного производителя бытовой техники. Изложенная в письме ситуация оказалась абсолютно аналогична истории пансионата «Море».
«ПАО «НОРД» является собственником небольшой гостиницы в Алуште, — говорилось в письме. — Определением Арбитражного суда Республики Крым от 03.04.2015 г. был наложен арест на движимое и недвижимое имущество ПАО «Брокбизнесбанк», а также на права, вытекающие из договоров, стороной в которых является Брокбизнесбанк. Взыскателем по указанному делу является АНО «Фонд защиты вкладчиков» (фонд требовал с банка 6 827 098 рублей 93 копейки. —И. Ж.). <…> 10 декабря 2015 г. судебный пристав Писарев А.А. наложил арест на нашу гостиницу и ее земельный участок, мотивируя это наличием договора ипотеки между ПАО «НОРД» и «Брокбизнесбанком».
Вот еще выдержки из письма: «На­ложе­ние ареста и совершение исполнительных действий производились в отсутствие и даже без уведомления собственников.
Включение в акт описи и наложение ареста на имущество ПАО «НОРД» является ошибочным, поскольку судом арест был наложен на имущество должника — ПАО «Брокбизнесбанк», а также на имущественные права, вытекающие из договоров ПАО «Брокбизнесбанк», находящиеся на территории Республики Крым.
Правом собственности на арестованное имущество должник не обладает.
Сами договоры кредитования и ипотеки заключены на территории Украины, субъектный состав сторон данных договоров также относится к субъектам украинского государства, исполнению данные договоры также подлежат на территории Украины, а на территорию России и Республики Крым не распространяются».
«Новая газета» в течение двух недель пыталась дозвониться до представителей ПАО «НОРД», однако в приемной руководителя компании трубку никто не брал. На направленные электронные письма пришел единственный ответ: «Взято в работу».
Мы уже начали думать, что письмо — фейк, но проверка информации показала, что все изложенное — правда. В производстве Федеральной службы судебных приставов действительно есть указанное в письме исполнительное производство против Брокбизнесбанка, а сотрудники алуштинской гостиницы «Норд» подтвердили факт ареста, признавшись, правда, что не знают деталей. Они также сообщили, что не могут связаться с руководством ПАО «НОРД» и связывают это с недавним объявлением о закрытии производства в Донецке.

Миллиардные иски и двойное взыскание

Аресты активов работающих в Крыму предприятий — не единственный метод, которым Фонд защиты вкладчиков пользуется, чтобы компенсировать расходы по выплатам депозитариям.
В картотеке арбитражного суда Республики Крым «Новая газета» обнаружила 26 дел, истцом по которым выступает украинский Ощадбанк. Правда, сам банк никаких исков не подавал — от его имени это сделал ФЗВ. Право действовать от имени украинского банка фонд объясняет постановлением Киевского районного суда Симферополя от 29.05.2014 по делу № 2-931/2014. Корреспондент «Новой» обратился в Киевский райсуд с заявлением о предоставлении данного определения для ознакомления, однако в канцелярии суда ответили, что редакция не может ознакомиться с документом, потому что не является стороной по делу.
Какие же иски подает Фонд защиты вкладчиков от имени Ощадбанка? Все 26 требований адресованы компаниям симферопольского холдинга «Пауэр Сервисез», работающего в энергетической сфере. Общая сумма исков колоссальная: 24 671 430 612, 79 рублей.
Решив выяснить, как в самом «Пауэр Сервисез» относятся к предъявленным им искам, корреспондент «Новой» отправился в офис компании, расположенный на улице Рубцова в Симферополе. Сотрудники холдинга сначала проявили желание сотрудничать и попросили изложить вопросы. Выслушав их — взяли неделю на размышления. Но по истечении этого срока отказались от общения, заявив о «нежелании ввязываться».
На запрос «Новой газеты» в Ощадбанк с просьбой разъяснить, считает ли кредитная организация легитимными действия Фонда защиты вкладчиков от своего имени, пресс-служба банка ответила отказом от комментариев. Между тем ответ на этот вопрос все-таки есть: в феврале 2015 года украинские СМИ сообщили, что Хозяйственный суд Киевской области обязал ООО «Краймиа Солар 3» (организация входит в «Пауэр Сервисез») выплатить Ощадбанку 5,31 млн долларов по валютному кредиту. С аналогичными требованиями к данной компании обратился и ФЗВ.
И здесь встает еще один вопрос: вопрос двойного взыскания. Пока Фонд защиты вкладчиков от имени Ощадбанка в крымских судах требует от компаний-заемщиков выплаты кредитов, сам Ощадбанк ведет аналогичные судебные разбирательства на территории Украины. В Крыму окончательных судебных решений пока не принято, на Украине они уже есть.
Причем простор для подобного рода судебных разбирательств у ФЗВ огромный. Представители фонда неоднократно отмечали, что, согласно все тому же засекреченному постановлению Киевского районного суда Симферополя, фонд имеет право действовать не только от имени Ощадбанка, но и от имени другой крупной украинской кредитной организации — Приватбанка. И Ощадбанк, и Приватбанк в 2015 году оценили свои потери от присоединения Крыма к России в серьезные суммы: 15 млрд гривен (около 45 млрд рублей) и 1 млрд долларов (около 65 млрд рублей) соответственно. При этом представители обоих банков подчеркнули, что «большую часть» указанных ими сумм составляют именно кредитные портфели. Отметим, что оценку кредитных организаций позже поставил под сомнение Национальный банк Украины, заявив, что банковская система страны в результате перехода Крыма под юрисдикцию РФ потеряла 22 млрд гривен. Однако в своем иске к России в Стокгольмский арбитраж Приватбанк указал именно 1 млрд долларов ущерба.
Здесь может возникнуть вопрос: если Фонд защиты вкладчиков действует от имени украинских банков, может, и деньги будут переданы им? Пресс-секретарь фонда Евгений Бова на этот вопрос ответил отрицательно:
— Никакие деньги на Украину не уйдут, — заявил он корреспонденту «Новой». — Фонд защиты вкладчиков выплатил крымчанам-депозитариям 28 млрд рублей, предоставленных из бюджета РФ, и теперь должен компенсировать эти расходы.
Любопытный факт: в уставе ФЗВ нет ни слова о том, что целью организации является возмещение собственных расходов на выплаты депозитариям.
Конечно, текущая политическая реальность такова, что крымские предприятия могут позволить себе заплатить по искам Фонда защиты вкладчиков и проигнорировать решения украинских судов: вопрос упрется в непризнание Украиной и Россией государственного суверенитета друг друга над Крымом. Однако политическая ситуация склонна меняться: пример этому недавно показали российско-турецкие отношения. Подобное потепление для крымского бизнеса может обернуться печально.
В работе ФЗВ есть и еще один интересный аспект. Фонд сдает в аренду национализированное имущество Приватбанка и Ощадбанка. В основном это офисные помещения, в которых сегодня расположились работающие в Крыму банки РНКБ и Генбанк. Согласно финансовому отчету Фонда защиты вкладчиков за 2015 год, от сдачи активов украинских банков в аренду фондом была получена выручка в размере 230 646 000 рублей. Конечно, при таких показателях компенсировать выплаченные крымчанам 28 млрд рублей за счет аренды придется слишком долго. Но если вспомнить оценку Нацбанка Украины от потерь банковской системы страны в результате присоединения Крыма к РФ — 22 млрд гривен, то возникает только один вопрос: почему это имущество не продать? Ведь и смысла судиться и арестовывать активы крымских предпринимателей тогда не будет.

Позиция фонда

После ряда неудачных попыток корреспондента «Новой» поговорить с представителями ФЗВ лично, редакция направила в фонд информационный запрос. Нас интересовала официальная позиция организации насчет двойного взыскания долгов — в Крыму и на Украине, и юридическое обоснование ситуации, при которой долги украинских банков взыскиваются с представителей крымского бизнеса. Первый вопрос редакция проиллюстрировала примером ООО «Краймиа Солар 3», с которого пытаются взыскать задолженность по кредиту и ФЗВ от имени Ощадбанка (в Крыму), и сам Ощадбанк (на Украине). Ко второму вопросу мы приложили историю пансионата «Море».
Ответ за подписью заместителя исполнительного директора фонда С.Я. Панова звучал так:
«ООО Краймиа Солар 3» зарегистрировано в Республике Крым и на него распространяется законодательство Российской Федерации, в том числе об исполнительном производстве. Информацией об обращении АО «Ощадбанк» в ФССП в порядке, предусмотренном действующими международными соглашениями, фонд не располагает.
<…>Согласно ч. 15 ст. 4. Закона № 39 ФЗ, в целях удовлетворения прав требований к кредитным учреждениям, фонд применяет не запрещенные законом способы защиты своих прав и интересов как кредитора. Фондом в арбитражные суды ЮФО поданы соответствующие исковые заявления о взыскании с банка <Энергобанка> денежных средств. Установленная в настоящее время решениями судов сумма составляет 11,2 млн рублей.
В качестве источника удовлетворения требований, в частности, рассматриваются права требования банка к третьим лицам по кредитным договорам и договорам залога. Взыскание на дебиторскую задолженность обращается в порядке, предусмотренном ФЗ «Об исполнительном производстве».
Энергобанк является залогодержателем недвижимого имущества ЧАО «Пансионат «Море» по договору ипотеки от 26 июня 2010 года. Предметом залога служит объект недвижимого имущества площадью 1142 кв. м».
Имеется ли ипотечный договор в распоряжении ФЗВ, заместитель исполнительного директора фонда уточнять не стал. Он также отказался представить редакции постановление Киевского районного суда Симферополя, на основании которого фонд в Крыму действует от имени украинских банков. Зато еще раз подчеркнул, что взысканные с крымских бизнесменов средства украинским банкам переданы не будут. Значит, при первой возможности, те потребуют деньги с предпринимателей повторно.