Сталинские преступления — до сих пор гостайна?

Спрашивается, а для кого это тайна и от кого секрет? Поляки давно знают, кто расстрелял их отцов и дедов в Катыни, Медном и Пятихатках в 1940-м. Может быть, Главная военная прокуратура бережет именно наших граждан от негативных знаний о сталинской диктатуре и тяжелых переживаний по этому поводу? Или просто лелеет мысль, будто можно хоть как-то, хотя бы умолчанием, обелить советское прошлое?

Полное недоумение вызывает ссылка на то, что постановление о прекращении расследования прокуратурой «Катынского дела» содержит государственную тайну. Выходит, ведомство, призванное охранять закон, этот закон ни в грош не ставит? Как говорил Жванецкий, «что охраняем, то имеем»? В статье 7-й Федерального закона «О государственной тайне» ясно сказано: не подлежат засекречиванию сведения «о фактах нарушения прав и свобод человека и гражданина»; «о фактах нарушения законности органами государственной власти и их должностными лицами».

А ведь именно такие сведения и содержатся в постановлении ГВП о прекращении дела № 159 («Катынское дело»). Речь идет о совершенном по решению от 5 марта 1940 г. Политбюро ЦК ВКП (б) во главе со Сталиным массовом убийстве польских граждан. То есть в данном случае — не только «нарушение прав и свобод», но и «нарушение законности органами государственной власти и их должностными лицами». Со времени Катынского расстрела прошло более 70 лет. И сведения об этом давнем чудовищном преступлении от нас теперь тщательно прячут. Интересно, как, по мнению Главной военной прокуратуры, содержание постановления 2004-го о прекращении катынского расследования, которое она считает секретным, соотносится с нормами Закона «О государственной тайне»?

А расследования массового убийства поляков, задержанных в июле 1945-го в ходе облавы в Августовских лесах, как выясняется из ее ответа, Главная военная прокуратура вообще не вела и, соответственно, процессуальных решений не принимала. Однако что сейчас мешает исправить эту недоработку?

Опубликованный «Новой газетой» в номере от 8 июня с.г. фрагмент архивного документа от 21 июля 1945-го с изложением плана предстоящего убийства 592 арестованных поляков убедительно свидетельствует, что органами военной контрразведки СМЕРШ было совершено преступление против правосудия. Без суда и следствия были убиты арестованные польские граждане. Разве этого факта недостаточно, чтобы возбудить расследование преступления?

Просим Главную военную прокуратуру считать настоящую публикацию и публикацию от 8 июня с.г. достаточной причиной для открытия расследования этого преступления, поиска дополнительных материалов в архиве ФСБ. Хочется надеяться, что будет обнаружено место захоронения убитых польских граждан и состоится их реабилитация. И хотелось бы, чтобы по окончании этого расследования ему не присвоили — «по прецеденту» — грифа секретности.