Без наркоза

**В Москве проходит сессия Европейского регионального комитета Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Какими бы решениями по разработке новой европейской политики в здравоохранении сессия ни закончилась, запомнится она очередной шуткой Владимира Путина.**

После своего выступления, слушателями которого стали более 300 делегатов из 53 стран—членов Европейского региона ВОЗ, премьер продемонстрировал почтенному собранию наркоз по-русски. По дороге к выходу из президиума Владимир Путин увидел деревянный молоток для привлечения внимания аудитории, поднял его вместе с подставкой, ударил и пошутил: «Приспособление для рауш-наркоза». В медицине рауш-наркоз (нем. Rausch — «оглушение, опьянение») — кратковременный неглубокий наркоз парами эфира или хлорэтила. По-нашему, и молотком тоже годится?

Это, конечно, не «кузькина мать», но тоже впечатляет, особенно профессиональную аудиторию. Доктора в кулуарах, подхватив шутку премьера, вспомнили черный юмор из ординаторских: «Хорошо зафиксированный больной в наркозе не нуждается».

При этом в своем выступлении Путин сказал, что Россия готова оказывать поддержку благородным целям ВОЗ. Начиная с 2001 года расходы страны на здравоохранение выросли почти в четыре раза. Только в прошлом году отечественная медицина получила 1 трлн 235 млрд рублей (около 40 млрд долларов). Еще в 2005 году был запущен нацпроект «Здоровье», за пять лет в рамках его в здравоохранение было вложено около 590 млрд рублей. В ближайшие годы будет инвестировано еще более 440 млрд.

Премьер сообщил, что его убеждали не строить высокотехнологичные медицинские центры в регионах, а увеличивать финансирование существующих клиник в Москве. Но, как считает Путин, «эти люди, которых я люблю и к которым отношусь с большим уважением, в данном случае ошибались». На периферии, по словам премьера, появились и высококвалифицированные специалисты, и условия для работы.

Кроме того, премьер заявил министрам здравоохранения Европы, что средняя продолжительность жизни у нас за последние пять лет выросла на три года. Правда, по европейским меркам итог скромный: 69 лет.

В 2011 году, по словам премьера, Россия начнет масштабную модернизацию и переоснащение медицинских учреждений страны. Путин сообщил, что профилактикой болезней будут заниматься 500 уже созданных по стране центров здоровья, а в этом году откроются еще 190 центров по профилактике заболеваний у детей и подростков.

Правда, Путин не рассказал, что все эти программы означают увеличение на 2 процента налогов на зарплату для каждого работодателя. И что работодатели тут же начали снижать «белую» часть зарплаты, а многие снова перешли на «черные» выплаты в конвертах, делающие работника беззащитным в любом трудовом споре.

За рамками пленарного заседания комитета министр здравоохранения и соцразвития Татьяна Голикова встретилась с Джоном Далли, комиссаром Еврокомиссии по вопросам здравоохранения. По словам министра, они обсудили существовавшие в нашем законодательстве пробелы в сфере обращения лекарственных средств и проблемы импорта пищевых продуктов, в частности замороженного мяса. Русские технические регламенты на замороженное мясо кажутся европейцам жесткими. Зато лекарства, прошедшие клинические испытания в Европе, если будут подготовлены и согласованы соответствующие документы, смогут у нас регистрироваться без дополнительных исследований.

Второй день сессии открылся выступлением генерального директора ВОЗ Маргарет Чен. «Традиционное мышление не вписывается в комплексные изменения, происходящие в мире: рисков все больше, они все более разнообразные и разрушительные для здоровья, — говорила Чен. — Здоровье — невольная жертва экономики, политики, коммерции, торговли». Это предостережение Маргарет проиллюстрировала примером с питанием. Глобализация пищевого рынка и рост выпуска готовых продуктов с большим содержанием жиров, сахара и соли ведут к ожирению и диабету второго типа. Особенно это влияние заметно в развивающихся странах.

Все ждали, заговорит ли Чен о пандемии гриппа H1N1: в прошлом году было много споров о том, адекватным ли оказался ответ на угрозу, а в адрес ВОЗ звучали обвинения в связях с фармацевтической промышленностью. «Я участвовала во всех совещаниях и не видела ни одного решения, принятого в интересах фармпроизводителей, а не общественного здоровья, — заявила на это Чен. — Если бы вирус мутировал в более опасную форму, нас бы обвинили, что мы не помогли в профилактике. Нельзя было сокращать масштаб ответа на угрозу без уверенности в безопасности».