«Я дембель», – сказал Владимир Путин в Бухаресте

В Бухаресте при единственном появлении перед прессой Владимир Путин дважды сорвал аплодисменты зала. В начале, когда после почти часа ожидания журналисты увидели на сцене самого президента, а не предполагавшегося министра Лаврова. Второй раз, когда под занавес русскоязычная журналистка японской компании NHK озвучила заготовленный пресс-службой «прощальный» вопрос об ощущениях уходящего президента. Тот не удержался от солдатской лексики, сказав, что с нетерпением ждет «дембеля». И поблагодарил прессу за освещение его труда в нелегкую, но славную эпоху «возрождения России». От того, насколько объективно писали журналисты, зависело, по его словам, восприятие России во всем мире. Очевидно, слова благодарности относились к кремлевскому пулу, потому что в конце правления Путина восприятие России в большом западном мире оставляло желать лучшего.

На проходившей параллельно саммиту НАТО Бухарестской конференции дискутировали «не для печати» эксперты и политики, в том числе известные российские пропагандисты. Один особенно возмущался антикремлевским настроем аудитории. А та задавала так и оставшийся без ясного ответа вопрос: если российский официоз настойчиво представляет НАТО враждебным блоком, с которым возможна только игра с нулевой суммой (проигрыш одного равен выигрышу другого), то зачем вообще нужен cовет Россия—НАТО, зачем президент Путин прилетел на встречу с главами государств и правительств натовских стран, которые обсуждали вклад альянса в решение общих проблем глобальной безопасности ХХI века? Готова ли Россия внести этот вклад, а не зацикливаться на сдерживании НАТО?

Сам российский президент попытался ответить.

Россия, объяснил он, самодостаточная страна и не собирается жертвовать частью суверенитета, которой жертвуют члены НАТО. Она сама может защититься и на вступление в альянс не претендует. Конечно, в ХХI веке невозможно в одиночку решить новые глобальные проблемы безопасности. НАТО — это «важный актер» мировой сцены и поэтому «приоритетный партнер» России. Она готова сотрудничать с этим партнером а la carte, там, где их устремления совпадают. «По большому счету нас ничто не разделяет», — сделал вывод президент.

Перед встречей совета Россия—НАТО министр Сергей Лавров и генсек Яап де Хооп Схеффер подписали обменные письма по транзиту через Россию в Афганистан «нелетальных» (от продовольствия до некоторых видов военного оборудования) грузов для руководимых НАТО Международных сил содействия безопасности. Как сказали собкору «Новой» президент Афганистана Хамид Карзай и генсек НАТО Схеффер, для них этот вклад России в трудную и решающую для авторитета НАТО афганскую кампанию действительно очень важен. По словам Карзая, это «сокращает расстояние перевозок», а, по мнению Схеффера, «чем больше альтернативных маршрутов тылового снабжения, тем лучше».

Что касается расширения и укрепления «приоритетного партнера», его претензий на новые сферы деятельности (энергобезопасность, кибероборону), то российскому президенту милее аргументы ХIХ века. Он призвал в авторитеты «железного канцлера» Бисмарка, который считал главным не намерения, а потенциал.

Одной из главных тем натовского саммита было решение по Украине и Грузии, чьи правительства хотят в НАТО и сделали заявку на «планы действий по членству». Москва оказывала мощное давление на страны НАТО, чтобы таких планов Киев и Тбилиси не получили. И когда этого не произошло из-за осторожной позиции Германии и Франции, то появились комментарии о «крупной дипломатической победе Путина».

На самом деле Украина и Грузия не получили в Бухаресте планов действий по членству в НАТО, но Виктор Ющенко и Михаил Саакашвили не уехали домой с пустыми руками. Во-первых, для них специально придумана новая форма отношений с НАТО. Они переведены из «интенсивного диалога» в «интенсивное взаимодействие». Но главное, им совершенно ясно сказали, что они «будут членами НАТО», как только выполнят необходимые критерии, и никто извне не будет иметь права вето на решение НАТО.

В каком-то смысле это можно расценить даже выше, чем ПДЧ, потому что тот не предопределяет приема в НАТО. Заявление саммита означает, что прием этих двух стран в альянс — вопрос времени. Разыгран гамбит символов. Ибо само понятие «плана действий по членству» — тоже символ. Собкор «Новой» был свидетелем его рождения в 1997 году на саммите НАТО в Мадриде, когда Румыния и Словения, несмотря на усилия Жака Ширака, не были включены в первую волну расширения альянса. Им придумали утешительный приз. Как теперь Грузии и Украине. Румыния и Словения после мадридской неудачи ждали полного членства в НАТО семь лет. Польша, Чехия и Венгрия, приглашенные в НАТО в 1997 году, не проходили такого «стажерства».

Ющенко и Саакашвили расценили обещание НАТО как политическую победу, хотя признали, что лучше было бы получить «статусный» план действий. Ясно, что ни завтра, ни через год Украина и Грузия не станут членами НАТО. Ясно, что за годы целенаправленной подготовки, как бы она ни называлась, можно решить проблему отношения к НАТО украинских граждан и даже погасить конфликты в Абхазии и Южной Осетии. Или, наоборот, политическая ситуация в Киеве и Тбилиси изменится так, что они не захотят вступать. А если и вступят, то вовсе не факт, что российские и натовские солдаты на абхазской речке будут смотреть друг на друга через стекло прицела. Как сейчас не смотрят на речке между Ивангородом и Нарвой. Речь идет лишь об изменении ценностной ориентации. Российское руководство свою ориентацию менять не хочет. А Украина и так единственная ненатовская страна, которая участвует во всех военных операциях альянса.

Саммит показал, что гораздо менее существенные, чем у Украины и Грузии, обстоятельства могут преградить путь в западный альянс.

Как только генсек НАТО произнес, что приглашены только два из трех официальных кандидатов, по громкой команде из зала пресс-конференцию покинули македонские журналисты. Такое официальное поведение нехарактерно для западной прессы. Как только они ушли, Схеффер объяснил, что речь идет только о вето Греции из-за названия Македонии, и как только решение будет найдено, ее позовут в НАТО, не дожидаясь нового саммита. Македонцы тем не менее сильно обиделись: серьезный военный блок во имя общего интереса не мог заставить одну-единственную Грецию отказаться от карикатурных требований. Премьер-министр Никола Груевски сказал, что вместо НАТО лучше потратит деньги на повышение уровня жизни населения. Уж не российские ли деньги, спрашивают некоторые эксперты.