Снежный фарс

Почти всю неделю саратовцы переживали снежный буран. В соседней Самаре объявили чрезвычайное положение. Городская администрация Саратова обратилась к жителям с просьбой «отнестись к проблеме с пониманием»: у муниципалитета нет техники и денег, чтобы бороться со стихией. Природа относится к местным коммунальщикам с особым цинизмом: снег всегда начинается в разгар делового дня — именно так, чтобы его не успели убрать «по причине интенсивного движения на городских автомагистралях». Вечером пассажиры общественного транспорта предпринимают увлекательное пешее путешествие до дома. Это редкий момент, когда можно увидеть гаишного полковника, который не только машет палкой на перекрестке, но еще и подталкивает машины простых смертных автолюбителей (на регулировку выгоняют весь личный состав, вплоть до самых глубоких штабных сотрудников). Нельзя сказать, что движение осложняется пробками, — оно просто отсутствует. На этот раз природа гуманно разминалась, давая коммунальщикам время на подготовку. Снежок пошел в понедельник и превратился в буран только вечером вторника. Удерживать вертикальное положение при таком ветре было совершенно невозможно. Под полуметровым слоем снега сравнялись дороги, тротуары, газоны. Город медленно отрезало от Большой земли. Сначала закрылся аэропорт. Один за другим отпали междугородные автобусные рейсы. Закрыты Вольск, Балаково, Хвалынск… Наконец, завалило последнюю дорогу на Воронеж. Автолюбителей просят не покидать населенные пункты. Граждане не слушаются. Под Вольском чуть не замерз водитель «Жигулей»: буксуя в сугробе, истратил весь бензин. Находчивая супруга, оставшаяся дома, вызвала спасателей. Под Балаковом в снегу увязли десять машин. Позвонили «02». Приехал милицейский уазик. Дернул. И сам застрял. Спасатели пробились к месту происшествия на спецтехнике. Предложили водителям эвакуироваться. Согласились трое. Остальные решили охранять авто. А в среду утром начался коллапс. Оказывается, чтобы полностью парализовать жизнь города, не требуется чего-то мегаужасного. Достаточно прекратить уличное движение. Не едет ничего и никуда. На остановках — безнадежные очереди. Маршрутные мини-вэны завалило на ночных стоянках. Кто-то пытается вызвать по сотовому такси, отчетливо слышен нервный смех диспетчера. Штурмуем троллейбус. «Впереди стоит «газель», за ней фура. Когда поедем, не знаю», — объявляет дама-водитель. Отправляюсь на работу пешком. Впереди идущие протоптали траншею глубиной почти по пояс. Потихоньку откапываются частники. Работники некоторых магазинов проявляют прямо-таки возмутительное эстетство: не только орудуют совковыми лопатами, но и щеточкой подметают свой участочек, выложенный плиткой. Со снегом борются все. Девушки с проспекта 50 лет Октября (в Саратове их называют не романтично «бабочками», а «жучками») выходят на рабочее место с лопатами. Очищают обочину для себя и часть дороги для беспрепятственного подъезда клиентов. Дальше продолжается первобытный муниципальный тротуар. Через раскрытые ворота оптовой базы видно, как безумствуют в сугробе многотонные фуры — разноцветные, хромированные, с надписями на английском не двигаются ни на сантиметр. В такие дни лучше не болеть, не гореть, не сталкиваться с преступниками и вообще не нуждаться в государственной помощи. По подсчетам «скорой», «время доезда» к пациенту выросло с нормативных 20 минут до одного-полутора часов. Две тетушки в толпе обсуждают, как ночью кто-то обокрал школу — милиция добралась к утру. Пеший путь из спального района в центр города занял 2,5 часа (коллеги, дождавшиеся автобуса, ехали три с половиной). Каково же было удивление вечером — оказалось, что улицы нисколько не почистили. Не почистили и завтра, и послезавтра. Суровый климат пробуждает в гражданах человеколюбие. Перед обледеневшей очередью (стою ровно час) останавливается джип. Предлагает подбросить желающих по пути. Абсолютно безвозмездно. Кроме небесной канцелярии, на саратовцев ополчилась еще и подземная. В первый день бурана прорвало водопровод в центре города. Близлежащие улицы стали реками (ливневая канализация не действует). По подсчетам «Водоканала», каждый день происходит 15—20 аварий. В центральных кварталах работают сети, построенные в 1900—1915 годах. На ремонт надо 640 миллионов рублей и десять лет. Вода еще больше осложняет движение. Городская ГАИ регистрирует по 70 ДТП в сутки. Из-за прорывов закрывают троллейбусные маршруты. По наблюдениям саратовцев, никаких затруднений не испытывают только чиновники: служебные иномарки носятся по встречной полосе. Мэрия ежедневно сообщает о «количестве техники, задействованной на уборке города». Правда, в цифрах путаются: в одном и том же релизе указывается то 70, то 90 машин (по версии губернаторской пресс-службы — 80) и неизменные 100 дворников. Героические, наверное, люди. Своими глазами видела одну единицу техники: ездила вокруг памятника Столыпину напротив администрации. Саратовцы и даже некоторые депутаты тоже говорят, что никаких снегоуборщиков не заметили. Коммунальщики объясняют, что работают по ночам, дабы не мешать движению. У чиновников пробудился поэтический дар: «Ночью было произведено несколько циклов подметания», — повествует отдел дорожного хозяйства. Очистку проинспектировал даже губернатор: лично прокатился по ночному Саратову, посоветовал вывозить снег из дворов и пользоваться современными реагентами. Как оказалось, жить в эпицентре стихийного бедствия совсем не страшно. По подсчетам синоптиков, за двое суток выпало почти 70 процентов месячной нормы осадков. На вид — снег как снег. Наверное, его просто надо убирать.