«ЧЕЛЮСКИН» НАШЛА КОШКА

«Челюскин» обнаружен на дне Чукотского моря, снят на видео, поднятые фрагменты переданы на экспертизу датской фирме, построившей когда-то легендарное судно. Результаты ее, обещающие стать сенсацией, будут оглашены очень скоро. Но уже ясно: это «Челюскин». Сегодня результаты поисков комментирует ученый секретарь экспедиции «Челюскин-70» Иосиф РАБИНОВИЧ.

Имена кораблям подбирают едва ли не трепетнее, чем любимым детям. Хуже нет, чем их переименовывать. Это допускается лишь в двух случаях: либо судно сменило владельца, либо — сдалось в плен, опозорило свой флаг, приобрело худую репутацию.

Разумеется, ни в чем подобном не был замешан новенький, только что спущенный со стапелей пароход «Лена». Это судно усиленного ледового класса (но не ледокол) было заказано Советским Союзом в Дании для заурядной деятельности — грузоперевозок в районе Владивостока. Однако жизнь благословила его на подвиг: пройти из Ленинграда Северным морским путем в порт приписки за одну навигацию. Для таких свершений имя «Лена» выглядело жидковато, и ее переименовали: нарекли в честь русского первопроходца Севера Семена Челюскина. Новоиспеченный «Челюскин» фактически решил поставленную перед ним задачу, пройдя весь Севморпуть, но не закончил своего первого и последнего рейса, скрывшись от людских глаз подо льдами Чукотского моря. Дальше была эпопея знаменитого «Ледового лагеря Шмидта» и спасения челюскинцев.

Наша подводная арктическая экспедиция «Челюскин-70», предпринимавшая первую попытку поиска в Чукотском море еще в 2004 году (о ней писалось в «Новой»), на этот раз закончилась успешно. Водолазы Алексей Михайлов, Александр Федосеев и Алексей Кошелев совершили пять погружений в холодную (до минус одного градуса по Цельсию) воду на глубину 49 метров. Фрагменты парохода были взяты для отправки в Копенгаген на экспертизу в судостроительную компанию «Ман Бурмейстер и Вайн», которая 73 года назад и построила «Челюскин». В дальнейшем участники экспедиции намерены обратиться в соответствующие инстанции с предложением присвоить легендарному пароходу, покоящемуся на дне Чукотского моря, статус археологического памятника истории.

14 сентября. Берингово море. Море сразу показало характер. Визит в гальюн в качку — поистине акробатический этюд. Но нужда всему научит. Зато, когда прибыли на точку, природа сделала нам щедрый подарок: солнце, полный штиль, на воде сидят бакланы и глупыши.

15 сентября. Чукотское море. Начали собирать и готовить к боевому крещению «рыбу» — гидролокатор, видящий в обе стороны по 400 — 500 метров. Блестящий цилиндр с оперением сзади, диаметром с руку и ростом метра полтора набит внутри хай-теком и залит свинцом для тяжести. Кстати, секрет алхимии прост: берешь свинец, везешь через полмира, платишь авиакомпании за перевес, и он превращается в золото. На нашу «золотую» рыбку накинута уздечка, через которую пропущена вожжа — стометровый кабель, — за него локатор тянут за пароходом, при помощи него же и управляют.

Начали нарезать галсами (Галс — отрезок пути судна от поворота до поворота. — Ред.) намеченный квадрат, где должен быть «Челюскин». Да только он никому ничего, как выяснилось, не должен: на экране компьютера — тишь да гладь. Наконец в 22.00 Леша Михайлов кричит: «Есть!». Компьютер рисует пароход — различимы даже бак и корма. Утюжим это место, и эхолот наконец-то уверенно чертит рыжий бугорок. Неужели эта закорючка и есть пароход, который снился нам последние три года?

Погружение. Очень паршивая видимость. Если до 35 метров еще прилично, то ниже — сплошное «молоко»: планктон, не зря здесь киты шастают. Хорошо бы снять подводный сюжет — киты пасутся возле «Челюскина». Да нам не до китов — нужна точная привязка, чтобы не заблудиться в «молоке». Снова ходим с эхолотом и «рыбой», бросаем за борт тяжелый груз с привязанным буйком: по нашим расчетам, он должен был плюхнуться точно на палубу «Челюскина». В воду уходят оба Алексея, через двадцать минут поднимаются усталые и разочарованные: ничего. Начинаем тралить кошкой с лодки, но кошка за что-то цепляет и обрывается. Положительно, железный Семен Челюскин просто издевается над нами! На сегодня все — электрик варит новую кошку из обрезков арматуры и труб.

17 сентября. Чукотское море. Подъем, чай, лодку за борт: продолжаем играть с «Челюскиным» в кошки-мышки. И сразу удача: кошка цепанула за что-то! Крепко держит — попался Семен Иваныч! Алексей привязывает очередной буй к концу, выбрав предварительно слабину, — до кошки метров 38, значит, цепанули за что-то на палубе или надстройке. А может, прямо за штурвал или корабельную рынду с надписью «Лена»? Снова ныряют Алексеи, снова напряженное ожидание. Вдруг над водой показывается красная сигара буйка, выпущенная кем-то из водолазов. Находка или сигнал о всплытии? И вот Михайлов взбирается по трапу. Его покрасневшая физиономия cветится улыбкой. Достает из кармана нечто погнутое, ржавое. Бросаемся к нему, колотим по плечам: с викторией!

Поднимается Кошелев, интрига продолжается: на буйке, оказывается, болтается добыча, нечто длинное и нелегкое, — предстоит подъем. И вот из воды показывается дрын больше метра длиной, весь обросший ракушками…

Нам повезло с командой. Пусть мы все разные — по судьбе, по образованию, по характерам. Пройдет немного времени, и жизнь разведет нас своими дорогами, но сегодня мы все: и кэп СРТМ «Рогачево» Александр Вайнутис, и старпом Михалыч, и длинный худющий электрик, и дед стармех, и боцман Миша, и наши «кокши» Наташа и Таня — мы одна семья искателей подводной истории родины и флота.

Главное сделано. Правда, Кошелев привязал там, на «Челюскине», нечто, что невозможно оказалось вытащить не только брашпилем, но и рывком всего судна: оборвался трос… Народ на палубе шутит, что Леша решил оторвать рубку «Челюскина» целиком. Поднять что-нибудь еще заманчиво, но это не самоцель. После экспертизы будет произведена паспортизация объекта как археологического памятника, и только тогда можно начинать планомерное обследование и поднятие фрагментов для передачи их в музеи: в Исторический музей России и в Музей Арктики и Антарктики в Петербурге. И, конечно, в музейный центр «Чукотка» в Анадыре, где хотят сделать специальный челюскинский зал, ведь «Челюскин» лежит в территориальных водах Чукотки.

19 сентября. Чукотское море. Уходим. Круг над точкой, прощальный гудок — курс на Берингов пролив. Но мы обязательно вернемся сюда на следующий год и будем нырять, пока сил и кислорода хватит. А пока в кают-компании нам подали «Челюскина» на блюде: Наташа и Таня испекли торт, на котором красовался профиль легендарного и коварного парохода. И мы порезали его всей кампанией, еще раз зацепили «отдельные фрагменты объекта» и съели.

P.S. По возвращении в Москву мы прочли в газетах много, в том числе и откровенной чепухи. Не буду все перечислять, но одно все-таки уточню: первыми нырнули к «Челюскину» в 1979 году ребята—магаданцы из группы Валентина Герасимова. Честь им и хвала за это. Но и мы сегодня вряд ли бы добились успеха без помощи друзей: администрации Чукотки, губернатора Корякии и участника похода за «Челюскиным» 2004 года Олега Кожемяко, «Райффайзен Банка», страховой компании «Стандарт-резерв» и многих других. Спасибо им всем. Мы вместе мечтали об этом. Мы это сделали. И если после посещения музея, где будут экспонаты с «Челюскина» (а мы сделаем все, чтобы так оно и было), хоть один российский мальчишка пойдет учиться на моряка, полярника, гидрографа, мы будем считать, что не зря прожили эти три последних года. Да и все последующие, которые морской бог положит нам с друзьями ходить в экспедиции.