ВЛАДИМИРСКАЯ РУСЬ. ДУБЛЬ ВТОРОЙ

В предыдущих публикациях излагались представления о том, что Киевская Русь являлась федерацией торговых городов, в которой главной политической силой была экономическая элита. Тогда как Рюриковичи выполняли функции федеральной власти, причем «младшей» по отношению к образовавшим федерацию торговым городам, во власти которых доминировала экономическая элита.

Поход Батыя — спор хозяйствующих субъектов

Второй монгольский поход на Русь начался с разгрома монголами в 1236 году буртасов и булгар. В следующем году монгольское войско во главе с Батыем переправилось на правый берег Волги. Там оно разделилось на две примерно равные части. Одна под командованием самого Батыя двинулась на Русь — устанавливать контроль над волжским путем. Вторая двинулась на запад по причерноморским степям — устанавливать контроль над днепровским путем.

Батый возглавил поход на Русь потому, что захват волжского пути был первоочередной задачей. Ведь днепровский путь был заблокирован турками и представлял собой лишь потенциально ценную добычу. Сначала монголы без особых потерь смогли захватить и разорить Рязань. Затем Батый пошел к Владимиру — политическому центру северо-восточных княжеств. Он прекрасно понимал, что падение столицы деморализует остальные города. Так оно и вышло — разорение Владимира позволило монголам продолжить завоевание торгового пути с минимальными потерями.

Из Владимира монголы ушли на зимовку в приволжские степи и вернулись в северо-восточные княжества в начале 1238 года — продолжили движение на север. При этом Батый предлагал городам покориться и в качестве отступного выдать лишь лошадей и провиант. И только в случае отказа брал их штурмом. Так избежал разорения Углич — выдал монголам лошадей и провиант.

Углич был богатым торговым городом, и то, что монголы не стали его грабить, удовлетворившись лошадьми и провиантом, как раз и свидетельствует, что они шли в этот поход не грабить, а завоевывать торговый путь. Им незачем было разорять торговые города и тем самым разрушать инфраструктуру торгового пути. Ведь при штурме торгового города гибли не только военные и обыватели, но и купцы — интеллектуальный компонент торгового пути.

По этой же причине Батый не стал захватывать Новгород — ему были нужны действующие северные ворота торгового пути, а не пепелище. Так что монголы заключили с новгородцами устраивающий обе стороны договор о коммерческом партнерстве. Точнее, Новгород подрядился обслуживать северные ворота волжского торгового пути в интересах монголов.

Пример Углича и других выполнивших условия монголов городов демонстрирует, что на северо-востоке купечество оставалось значительной политической силой — волжский путь обеспечивал экономической элите достаточно большие финансовые ресурсы. А потому купечество имело возможность принуждать городские власти сдаваться монголам без боя. Тем более что после падения Рязани и Владимира влияние князей на городские дела совсем ослабло.

Реально экономическая элита выступила в роли коллаборациониста — приняла сторону монголов. Купцам был прекрасно понятен замысел похода — не разорение торгового пути, а установление контроля над ним. И им по большому счету было все равно, кому платить за охрану пути — Рюриковичам или Чингизидам. Экономической элите нужен был только порядок. И не было ни малейшего желания гибнуть, защищая княжества Рюриковичей. Причем не только из-за того, что князья в защите Рязани и Владимира продемонстрировали полную бездарность.

Русская нация только начала зарождаться, и национальное самосознание как источник патриотизма еще не сформировалось. Тем более купечество продолжало в массе оставаться языческим. Соответственно никакого духовного родства с князьями не ощущало. Это «предательство» экономической элитой Рюриковичей стало второй причиной, по которой цари вымарали ее из российской истории. Тогда как первой причиной было желание присвоить себе заслуги в деле создания государства Российского.

Возвращаясь в 1238 году в причерноморские степи, монголы разоряли города юго-западных Рюриковичей. И тоже из прагматичных соображений: с целью ослабить князей и тем застраховаться от возможных попыток нападения на расположенные по волжскому торговому пути города. Их ведь монголы рассматривали уже в качестве своей собственной торговой инфраструктуры. Опять же в перспективе восстановления деятельности днепровского пути монголам не нужны были сильные княжества на нем, способные оказать серьезное сопротивление установлению монгольского контроля над торговой магистралью.

Вторая часть монгольского войска, которая по причерноморским степям двигалась на запад, тоже выполнила свою задачу — вытеснила половцев в Центральную Европу. А также продемонстрировала своим новым европейским соседям мощь монгольского войска. Так что заранее и надолго отбила охоту соваться на территорию монгольской империи. Соответственно ликвидировала угрозы, которым бы подвергался после своего восстановления путь «из варяг в греки».

Завоевание монголами волжского торгового пути завершилось строительством в низовьях Волги города Сарая, который стал столицей Золотой Орды — самой западной провинции монгольской империи. В результате южные ворота торговой магистрали были поставлены под полный контроль монголов.

Под монгольскую «крышу»

В вассальную зависимость от Золотой Орды попали только северо-восточные княжества — расположенные вдоль волжского торгового пути. Юго-западные княжества сохранили независимость. Вероятно, монголы оценили ограниченность своих сил и посчитали, что, пока путь из «варяг в греки» не восстановился, нет смысла обременять себя дополнительными и малодоходными территориями. Сначала нужно было решить проблему турецкой блокады днепровского торгового пути.

Это обстоятельство подвигло наших католических соседей воспользоваться случаем поживиться. В итоге литовцы и поляки со временем прибрали к рукам юго-западные княжества. Шведов и немцев больше интересовало «злато», поэтому они предприняли попытки захватить северные ворота волжского пути — Новгород. Он же вначале сохранял независимость — договорился с монголами о статусе торгового партнера.

Первыми попытку в 1240 году сделали шведы. Однако в битве на Неве княживший в Новгороде Александр разгромил шведское войско. Через два года аналогичную попытку предприняли немцы — Ливонский орден вторгся в пределы Новгородского государства и захватил сначала Юрьев, а затем и Псков. Но Александр победил и немцев — в битве на Чудском озере войско рыцарей было наголову разбито.

Новгородские власти прекрасно поняли, что это только первые попытки захватить северные ворота волжского пути. И обязательно будут следующие — в Европе всегда найдется достаточно наемников для формирования войска, которому будет трудно противостоять. А у Новгорода может не оказаться талантливого князя. Ведь среди Рюриковичей Александр Невский выглядел белой вороной — остальные князья стабильно демонстрировали убогие полководческие способности. В такой ситуации Новгород посчитал за благо обзавестись более надежной «крышей» — сменить статус торгового партнера Орды на ее вассала.

К этому времени северо-восточные русские княжества уже входили в состав Золотой Орды. Причем приписывать Александру Невскому инициативу добровольного принятия ими статуса вассалов Орды не стоит — княжества были включены в состав Орды самими монголами. А отец Александра был утвержден монголами в качестве великого князя Владимирского и правил северо-восточными княжествами в качестве наместника хана.

Как только в Новгороде стало известно, что шведы, ливонцы и поляки формируют новый союз с целью повторения попытки захвата северных ворот, новгородцы сразу обратились к Александру Невскому — содействовать в качестве посредника заключению вассального договора с монголами. Александр выполнил просьбу Новгорода, и в 1251 году у Орды появилась вассальная торговая республика. Так что добровольно в состав монгольской империи вошел только Новгород. И благодаря этому обстоятельству, а также статусу торгового партнера Орды сохранял достаточно большую независимость. И еще три века оставался торговой республикой.

В результате, когда в 1252 году союзная армия вторглась в пределы Руси, ее встретило русско-монгольское войско под командованием монгольского полководца Неврюя, которое быстро разделалось с агрессором. В 1268 году во время очередной «разборки» новгородцев с немцами последними была призвана подмога из Европы — гораздо большее, чем обычно, количество наемников. В такой ситуации Новгородом была запрошена срочная помощь от Орды. И появление в составе новгородского войска всего лишь небольшого монгольского отряда привело к тому, что немецкая рать без боя отступила. И больше никто серьезно на Новгород и вошедшие в состав монгольской империи русские княжества не покушался. Реально войны с поляками и шведами возобновились только после фактического выхода Руси из состава Золотой Орды.

Мнение российских и советских историков, что татаромонгольское иго затормозило развитие российского общества, представляется ошибочным. Монгольская империя была самым передовым патриархальным обществом своего времени. Чего нельзя сказать о находившейся еще на архаичной стадии развития Владимирской Руси. А потому пребывание нашего общества в составе монгольской державы имело исключительно положительное значение.

Во-первых, это не только ускорило процесс консолидации княжеств в национальное государство, но и обеспечило ему достаточно мягкий характер. Во-вторых, российская элита очень многое заимствовала у монгольской цивилизации. Не случайно в итоге она создала собственную империю, чрезвычайно близкую по масштабам и институциональным особенностям к монгольской. Так что вассальная зависимость от Орды была игом только для Рюриковичей — превратила их из самовластных правителей в наместников ханов.

Из следующей публикации читатели узнают:

— какие силы на Руси выступали главными опорами Орды;

— почему наместниками Орды стали именно московские Рюриковичи.