МЫ — НАРОД НЕ ПОП-КОРНЫЙ!

СТЕПАН: Здравствуйте, дорогие друзья! Очень рады, что вы нашли в себе несколько лишних рублей, чтобы купить эту газету! В бумажном эфире — два маргинальствующих апологета плоского юмора Хрюн Моржов и Степан Капуста.

ХРЮН: Здорово! Ты, Степка, давай ближе к делу и поменьше жуй сопли, а не то на тебя Путин взъестся.

СТЕПАН: Разом больше, разом меньше… Ой! А за что?!

ХРЮН: А вот за то самое! Слыхал, как на Евро-2004 наши футболисты под гимн молча улыбались и жвачку жевали? Вот президент и вставил им дрозда по самые нехочухи! Таперича они не только петь, но и танцевать под гимн станут!

СТЕПАН: Хрюнчик! Да как же можно гимн петь? Его слов даже сам автор поди не знает! В вариантах путается…

ХРЮН: А вот мы к автору гимна и приставим журналистку Ароян, когда от Киркорова освободится. Пусть поинтересуется: «А отчего это, Сергей Владимирович, в вашем творчестве столько ремейков?».

СТЕПАН: Ой… Теперь, получается, нельзя жевать жвачку не только под гимн, но и под остальные программные документы! Ну там «Дядя Степа — милиционер», «Трезор», «Бараны», «Лыжня и пень»…

ХРЮН: Ага! А еще надо запретить пить кока-колу вблизи флага РФ и жрать поп-корн, когда на герб таращишься! А ежели серьезно, жвачка — это вне национальных традиций. Вот если бы футболисты огурцом хрустели, пельменями чавкали или сопли о кафтан вытирали — другое дело!

СТЕПАН: Охо-хо… Это со спортсменов только начали… Скоро, глядишь, вся страна будет в шесть утра стоять и подпевать. И не дай Бог ты дома жвачку в рот сунешь в этот счастливый момент! А если, например, поел перед гимном, а зубная щетка недоступна?

ХРЮН: Проблема… Ладно, пусть жуют. Ты слыхал, как поют спортсмены? Как говорится, иногда лучше жевать…

СТЕПАН: Как спортсмены поют, я не слышал, зато видел, как десантники празднуют свой праздник!

ХРЮН: А как празднуют? Как их в армии воспитали, так они и празднуют!

СТЕПАН: Это точно. А еще господин Путин их поздравил: «Вы всегда там, где трудно, где нужны ваши профессионализм и профессиональное мастерство».

ХРЮН: А трудно всегда где? Правильно! В фонтане ЦПКиО, в автопогромах и битье морд на Петровско-Разумовском рынке.

СТЕПАН: Странные все-таки у нас традиции. В день десантника надо обязательно напиться, набить морду и искупаться в фонтане.

ХРЮН: Вот дался тебе этот фонтан! Раздражает — налей втихаря в ночь перед следующим Днем ВДВ в этот фонтан уксуса…

СТЕПАН: Но ведь это же страшно, Хрюнчик, когда крылатая пехота по городу на четвереньках ползает! Это же наши с тобой защитники! А они пили, матерились, дрались и били витрины! Это же надо остановить!

ХРЮН: Кто ж их останавливать будет? Это ж для Кремля свое, родное — силовые структуры!

СТЕПАН: Да, я тоже думаю, что власть отдала приказ милиции не трогать десантников. Потому что всех их роднит одно свойство — безнаказанность… И милиция даже не пыталась ничего сделать, как в прошлом году! «Все равно ведь прорвутся»! И милиция опустила руки…

ХРЮН: Это тебе не по лицам чуждой национальности из пестика шмалять! Тут и по тыковке настучать могут…

СТЕПАН: Что это ты за ужасы рассказываешь?

ХРЮН: Это жизнь, Степушка, а не ужасы! Ты что, не слышал, как за безбилетный проезд наш дядя Степа выстрелил в лицо таджикской национальности в прямом и переносном смысле?

СТЕПАН: Слышал, но думал детские страшилки… Если дело так и дальше пойдет, то День милиции скоро пострашнее Дня ВДВ будет!

ХРЮН: Это точно! И не дай тебе Бог, Степка, такому менту попасться! У тебя же два последних зуба как раз на линии огня! Эхе-хе! Разобрали всех хороших ментов по сериалам сниматься, а на улице остались «с белочкой в башке, да с наганом в руке».

СТЕПАН: Но зачем он в него выстрелил? Да еще в рот?

ХРЮН: А может, таджик жвачку жевал? В свете последних распоряжений президента это многое объясняет… А выстрелил почему? Наверное, он хотел этого самого таджика оштрафовать, да не к чему прицепиться было. Вот и решил в него стрельнуть, в надежде, что тот возмущаться начнет, драку в метро устроит…

СТЕПАН: А может, у милиционера была какая-то личная трагедия? Может, от него жена ушла?

ХРЮН: Или, наоборот, вернулась! Или просто не то настроение было! Или патроны остались с прошлого раза! Да мало ли! А все потому, что психов на работу никуда не берут. Разве что в милицию да на «Газелях» ездить!

СТЕПАН: Пуля становится дурой только тогда, когда ее выпускают дураки. Так что, Хрюнчик, тут мы имеем дело не с психом, а с дураком.

ХРЮН: Не говори так! Дураки обидятся. И ведь в День милиции его тоже поздравят. Что-нибудь про беззаветное служение Отечеству скажут.

СТЕПАН: Да… Перестают менты подбрасывать наркотики и патроны в карманы да багажники. Теперь подбрасывают сразу пулю в голову.

ХРЮН: Правильно! Если не можешь победить преступность — возглавь ее!

СТЕПАН: Люблю, когда побеждает здравый смысл! Вот товарищ Слиска, например, пользуясь закрытием «Красной стрелы» (ну некому, Хрюнчик, тетеньку поправить), предлагает ограничить рекламу сотовых телефонов. Дескать, рак ушей от них.

ХРЮН: А про Ван Гога она не говорила?

СТЕПАН: А он при чем?

ХРЮН: Слыхал, что Ван Гог тоже пользовался мобильником. Потом пришлось уши резать.

СТЕПАН: Не смотри на мои уши! Между прочим, товарищ Слиска права! Мобильные телефоны не просто вредны, они опасны для жизни! Ты знаешь, сколько в нашем районе людей получили за мобильные телефоны кирпичом по башке?!

ХРЮН: Слышь, ты, кулацкий подпевала! Подкинь своему товарищу, Слиске, такую идею: дескать, от интернета глаза портятся и развивается геморрой! Нужно закрыть его к ядерной фене!

СТЕПАН: Это она и сама догадается. И все-таки… Кому же это все выгодно? Запретить рекламу мобильников? Крупным компаниям вроде как невыгодно. А вот компаниям помельче…

ХРЮН: Тепло, Степа! Шерше ля фам!

СТЕПАН: Ты намекаешь на одну компанию мобильной связи, которой, по слухам, владеет жена одного очень высокопоставленного… ДА НЕ ДАВИ ТЫ МНЕ НА НОГУ, СВОЛОЧЬ!!!

ХРЮН: Я ж тебе чтоб лучше!

СТЕПАН: Да мы не в эфире!

ХРЮН: Извиняюся, забыл. Давай, трепись дальше!

СТЕПАН: О чем это я? А! С помощью рекламы россиянам постепенно привьют мысль о том, что все предметы роскоши очень опасны для здоровья… И особенно, Хрюнчик, твое любимое пиво!

ХРЮН: Ешки-матрешки! А оно тут при чем?

СТЕПАН: А при том, что по новому закону о рекламе на пиве не должно быть никаких изображений людей и животных.

ХРЮН: Вот идиоты! Такой козырь нашим доморощенным фашистам!

СТЕПАН: Это еще почему?

ХРЮН: Это будет для них лишним доказательством, что власть в стране захватили евреи.

СТЕПАН: Как это?

ХРЮН: А так это! Зверей и людей на пиве изображать нельзя, поскольку это противоречит правилам кошерности!

СТЕПАН: Действительно… И что же делать?

ХРЮН: Одна юридическая лазейка осталась. Значит, животного на пиве быть не должно. Так?

СТЕПАН: Так.

ХРЮН: А пиво в животном?

СТЕПАН: Это можно.

ХРЮН: Вот и славно. Дуй за пивом, животное!