От 575 тысяч человек, по подсчетам МВД, до 1,6 миллиона, по подсчетам профсоюза CGT, — столько французов вышли в четверг 5 ноября на первую с начала учебного года всеобщую забастовку. Лицеисты строили баррикады, «желтые жилеты» и фермеры шли в одних колоннах с профсоюзами, а 70 тысяч полицейских и жандармов готовились к повторению погромов 17 октября. Беспорядков оказалось куда меньше, чем опасались, хотя и не обошлось без отдельных инцидентов. Главное требование профсоюзов — повысить зарплаты, которые поднимут упавшую из-за войн покупательную способность. Правительство уже реагирует: один министр заявил, что решение по минимальной зарплате может быть объявлено «уже завтра», а в понедельник премьер соберет «социальную конференцию».

«Эта акция может стать кульминацией…»

«Эта акция может стать кульминацией крайне напряженной социальной осени во Франции — второй по величине экономики еврозоны, обремененной огромным государственным долгом и находящейся под пристальным наблюдением финансовых рынков, требующих оздоровления государственных финансов», — исчерпывающе отметило перед проведением всеобщей забастовки агентство France-Presse.

Акции прошли более чем в 250 городах в условиях «усиленных мер безопасности» (как — неоригинально — пришлось выразиться главе МВД Лорану Нуньесу) — после насилия, массовых разграблений магазинов, пожаров и вандализма в лицеях и зданиях мэрий 17 октября.

Это первый с начала учебного года призыв к совместной мобилизации работников государственного и частного секторов. К нему присоединились школьники и студенты, пытавшиеся блокировать учебные заведения, «желтые жилеты», возобновившие протесты против дороговизны как раз 17 октября, фермеры, железнодорожники… Призыв прозвучал почти от всех профсоюзов при поддержке молодежных организаций — после очень крупных акций 17, 24 и 31 октября, во время которых не было такого профсоюзного единства.

Они все вместе осудили «беспрецедентное социальное понижение статуса» работающих граждан.

Цены растут с 2022 года, когда Россия начала *** против Украины, ну а в этом году из-за действий Дональда Трампа в Иране резко подскочили цены на энергоносители, что постепенно еще выше тянет вверх и другие ценники и тарифы.

Через несколько дней после того, как правительство представило (а оппозиция в парламенте в среду не одобрила) проект бюджета на 2027 год с многочисленными мерами экономии и замораживанием повышения социальных выплат (и это несмотря на высоковатую инфляцию), профсоюзы потребовали от кабмина «значительных уступок». В первую очередь — повысить заработную плату, пенсии, базовый оклад госслужащих (point d’indice), минимальную зарплату (SMIC — т.е. МРОТ) и пособия.

Они напоминают, что SMIC с 2012 года — т.е. со времен президента-социалиста Олланда — не повышался (сверх предусмотренной законом скромной индексации «по инфляции»). Еще в списке требований — более справедливая налоговая система (с упором на давление на большие состояния, а не «выдаивание» среднего класса), сохранение и восстановление госуслуг в провинции, и, конечно, улучшение условий обучения для молодежи — не стоит забывать, что именно лицеисты** первыми подняли протестную волну этой осени.

После встречи 21 октября с премьер-министром Себастьяном Лекорню лидеры семи основных профсоюзов выразили разочарование: переговоры, по их словам, «почти не дали конкретных результатов».

Безопасность: 70 тысяч силовиков

В среду вечером министр внутренних дел Лоран Нуньес, подававший президенту Макрону прошение об отставке после погромов 17 октября, объявил о мобилизации 70 тысяч полицейских и жандармов. «Это в точности та же схема [обеспечения безопасности], что и 31 октября», — заявил глава МВД на пресс-конференции в министерстве, пообещав «чрезвычайно жесткую реакцию» на возможные «правонарушения». Собственно, к такой реакции открыто в телеобращении призвал после погромов 17 октября сам президент.

Для обеспечения порядка были задействованы элитные силовые подразделения RAID, GIGN и BRI, «26 бронемашин Centaure» жандармерии, около «пятнадцати водометных машин», вертолеты, беспилотники…

Согласно записке от 4 ноября, оказавшейся в распоряжении Le Monde, управление разведки префектуры полиции Парижа, которое обвиняли в недостаточной дальновидности 17 октября, предвидя «риски серьезных нарушений общественного порядка», ожидало возможного участия «от 400 до 600 активистов радикального протестного движения ультралевого толка». К ним, как предполагала разведка, могут присоединиться «несколько сотен или даже несколько тысяч молодых людей из рабочих кварталов, имеющих опыт уличного насилия».

По мнению разведслужбы, 5 ноября среди прочего следовало опасаться** за «центры принятия решений» (такие как Елисейский дворец или Национальное собрание, мэрии округов), полицейские участки, редакции СМИ, торговые центры, а также другие «символы капитализма» (в первую очередь — банки).

«5 ноября — важная дата для профсоюзных организаций. Акция должна пройти спокойно. Если этого не произойдет, наша реакция будет чрезвычайно жесткой», — добавил министр, призывая самих профсоюзников к «ответственности».

«Мерами по обеспечению безопасности демонстрациям не положить конец. Для этого нужно ответить на требования протестующих», — заявила в эфире телеканала LCI Софи Бине, генеральный секретарь одного из двух крупнейших профсоюзов (и самого «радикального») — Всеобщей конфедерации труда (CGT). По ее словам, по всей стране в этот день было запланировано 260 демонстраций.

Мобилизация проходила на фоне недовольства организаций-участниц «ограничениями прав» на демонстрации: в большинстве крупных городов власти запретили шествия в отдельных частях центральных районов. В Париже колонна в итоге прошла от площади Республики до площади Нации — результат судебного спора, который межпрофсоюзное объединение проиграло префектуре полиции. Профсоюзы просили маршрут через центр (Бастилия — Конкорд, мимо Национального собрания и резиденции премьера Матиньон). И потом протестовали, что власти тянули с ответом до последнего дня, хотя получили заявку «еще за пятнадцать дней до манифестации».

Критику в адрес действия властей высказывали и правозащитники.

Государство задействует целый «административный арсенал», чтобы максимально ограничить возможности населения выходить на уличные манифестации. Об этом заявили в среду на пресс-конференции в Париже представители Профсоюза судей (SM), Профсоюза адвокатов Франции (SAF) и Лиги прав человека (LDH).

«Мы становимся свидетелями авторитарного поворота…» — заявили собравшиеся (цитата по газете Le Monde).

Многократные запреты на проведение манифестаций по согласованным маршрутам, наблюдение за лицеями с помощью беспилотников, массовые задержания и помещение под стражу (с начала сентября таких случаев было более 12 850, согласно подсчетам Agence France-Presse, опубликованным во вторник на основе данных министерства юстиции), а также отдельные запреты на использование плакатов во время собраний — всё это, по словам главы SAF, свидетельствует о том, что «правительство сейчас показывает ультраправым, что они смогут делать завтра, — и это вызывает чрезвычайную тревогу».

«Вопрос не в том, выиграем ли мы, а в том, сколько выиграем»

Уже днем, до парижской манифестации (начавшейся в 14 часов на площади Республики), профсоюзы назвали акции «успехом»: к полудню на улицы в других городах уже вышли сотни тысяч человек.

«Сегодня ставится вопрос не о том, выиграем ли мы», а о том, «сколько именно мы выиграем», заявила Софи Бине из профсоюза CGT, который требует «увеличения Smic на 10%», а также индексировать все зарплаты с учетом роста цен.

Марилиз Леон из более умеренного профсоюза CFDT («Французская демократическая конфедерация труда»), выступающего за повышение минимальной зарплаты на 100 евро, потребовала «конкретных ответов» как «от правительства в качестве работодателя, так и от руководителей (частных) предприятий и патрональных организаций», чтобы решить нынешнюю проблему французов с «тем, чтобы сводить концы с концами».

«Сегодня невозможно прожить на доход ниже 2000 евро», — заявил в эфире телеканала BFMTV генеральный секретарь профсоюза «Рабочая сила» (FO) Фредерик Суийо. По его словам, он «уже говорил об этом» Лекорню. «Я объясню ему, что чем дольше мы ждем, тем выше в итоге будет цена», — добавил он.

Министр по связям с парламентом Лоран Панифу заявил в эфире Franceinfo, что «вероятно, завтра» (т.е. уже в пятницу 6 ноября) будет объявлена «мера в отношении минимальной зарплаты».

В канцелярии премьера Лекорню еще в начале парижской манифестации сообщили AFP, что в понедельник он проведет в Матиньоне «социальную конференцию» с участием профсоюзов и объединений работодателей. Цель конференции — «дать ответы на вопросы, связанные с покупательной способностью и заработной платой».

Политики на шествии

В парижском шествии участвовали оппозиционные кандидаты в президенты — ультралевый Жан-Люк Меланшон, социал-демократ Рафаэль Глюксманн и экологистка Тонделье.

Глюксманн, выигравший октябрьские праймериз социал-демократического крыла левых, пришел на демонстрацию под свист: враждебно настроенные активисты окружили его и не давали пройти. Глюксманн заявляет, что подвергается (это не первый случай) преследованию со стороны сторонников партии Меланшона «Непокорная Франция» (LFI). Меланшоновцы всё отрицают.

Сам Глюксманн, а также лидеры социалистов Оливье Фор, Борис Валло и активисты Соцпартии и глюксмановского движения Place publique, окруженные группой охраны, столкнулись с враждебно настроенными демонстрантами, скандировавшими: «Все ненавидят Социалистическую партию», «Нет, Глюксманн нам не товарищ», «Убирайтесь» и проч… Многие, как отметило AFP (я приехал на манифестацию позже) неоднократно выкрикивали и лозунг «Меланшон — президент». Были и те, кто аплодировал Глюксманну и скандировал «Рафаэль — президент». Враждебные же (необоснованно) обвиняли социал-демократического кандидата в «симпатиях к Макрону» (да и это не смертный грех, хотя и не для всех***) и в отсутствии поддержки Газы. Палестинских флагов на акции было, как обычно, много.

Глюксманн сохранял внешнее спокойствие и улыбался в ответ на выкрики. «Если есть политические активисты, которые выступают против нашего присутствия, мне наплевать, совершенно наплевать», — заявил он. И подчеркнул, что хочет быть кандидатом, который бы «объединил французов», а не играл на расколе общества и не призывал к насилию (в чем большинство партий — как слева, так и справа — обвиняют Меланшона).

Инциденты

Акция 5 ноября действительно оказалась самой крупной (хотя при таком профсоюзном единении могла быть и крупнее) и одновременно самой спокойной — не в том смысле, что не было привычного французского митингового драйва с песнями, танцами и файерами, а в том, что было гораздо меньше беспорядков.

По данным МВД, в демонстрациях по всей стране участвовали 575 тысяч человек (65 тысяч в Париже) — больше, чем 17 октября (550 тысяч), 24 октября (410 тысяч) и 31 октября (320 тысяч). Профсоюз CGT сообщил о 1,6 миллиона участников, из них 350 тысяч — в столице.

«По состоянию на 18.00 по всей стране задержаны 448 человек, 53 сотрудника сил правопорядка получили ранения, пожарные расчеты 86 раз выезжали на вызовы о возгораниях», — сообщило министерство.

По данным МВД, «шествия в целом прошли успешно», однако в нескольких городах, включая Ренн, Марсель, Нант, Лион, Бордо и Страсбург, «сформировались группы риска, каждая из которых состояла из нескольких сотен радикальных и ультралевых активистов, попытавшихся спровоцировать беспорядки в колоннах и/или проникнуть в запрещенные зоны, в частности, в центры городов». По утверждению министерства, эти группы «систематически блокировались в своем стремлении перейти к активным действиям, однако проявили большую агрессию по отношению к задействованным сотрудникам полиции и жандармерии»: «фиксировались» бросание различных предметов в правоохранителей и стрельба из пиротехнических мортир. Особенно министерство выделило Тулузу, где произошли «чрезвычайно жестокие инциденты».

Около 30 человек в масках ворвались около 07.30 в лицей имени Мари-Луизы Диссар-Франсуа в Турнефее под Тулузой, устроили пожар в помещении школьной администрации. Пожар потушили, пострадавших нет. При тушении, в котором участвовали 60 пожарных и 14 единиц техники, пожарные, по словам префектуры, подверглись обстрелу пиротехническими мортирами и «попыткам хищения оборудования». Лицей был закрыт до «устранения проблем безопасности».

Кандидат в президенты от ультраправого «Национального объединения» Марин Ле Пен назвала кадры «невыносимыми», а ее союзник Эрик Сьотти (глава похожей партии и мэр Ниццы) заявил, что «Республика разрушается с каждым днем всё сильнее». В общем, понятные предвыборные заявления.

В парижском пригороде Ла-Курневе перед лицеем 16-летний ученик получил ножевое ранение от «совершеннолетнего ученика»: жизни пострадавшего ничто не угрожает, нападавший задержан.

Префект Нижнего Рейна «по просьбе министра внутренних дел» обратился в суд.

МВД перечислило и другие инциденты утра: в Орлеане и Ингре сотрудники системы образования получили ранения головы от выстрелов пиротехнических мортир, в Арпажоне пострадали пять преподавателей и два сотрудника надзора. В Ренне префект Эмманюэль Дюбе сообщила о «городских беспорядках» и баррикадах: в полицейских, в частности, бросали шары для петанка перед лицеем.

В Париже на маршруте шествия были непродолжительные столкновения и «порча имущества», но ничего серьезного. Журналист Le Monde видел, как травмы головы получили как минимум три молодых человека на бульваре Вольтера, им помогли специально работавшие на манифестации медики (street medics). Независимый журналист Люк Оффре сообщил по меньшей мере о шести пострадавших участниках митинга в Париже.

В Лионе фотограф AFP с пресс-картой получил пять ударов дубинкой. Около 15.30 на площади Рене Байе, через час после официального завершения шествия, полиция устроила окружение (nasse), используя слезоточивые гранаты, несколько человек, по данным AFP, получили серьезные травмы. Radio France передало со слов очевидцев, что у станции метро «Гарибальди», когда полиция пыталась остановить нападение «black bloc» на витрину банка, ударам дубинками и вдыханию дыма от слезоточивых гранат подверглись и мирные демонстранты.

Единственным сожженным в Лионе автомобилем оказалась машина бездомного. 50-летний Фатех рассказал AFP, что «потерял абсолютно всё», кроме документов, которые достали из багажника студенты из колонны. Фатех — безработный с 2023 года бывший водитель большегруза, приехавший из Алжира в 2005 году. «Эта машина — единственное, что у меня оставалось. <…>. Вокруг стояли другие автомобили, я не понимаю, почему сожгли именно мой», — поделился он. Для него известные блогеры уже запустили онлайн-сборы средств.

***

Несмотря на всё это, большинство манифестаций, включая парижскую, прошли в атмосфере, которую французские телерепортеры любят называть ambiance bon enfant. Ее создавали музыканты, в том числе известные. В Бресте, по сообщению корреспондента France-Presse, музыкант Ян Тирсен в розовой кепке и красной манишке CGT «заводил» демонстрантов под диджей-сет с профсоюзного грузовика. Приехав специально с бретонского острова Уэссан, где он живет, мультиинструменталист, автор музыки к фильму «Амели», заявил, что хочет «поднять настроение, чтобы мы могли манифестировать, немного танцуя». К этому, впрочем, французов и призывать не надо.

«Конвергенция борьбы — это здорово, и сегодня — важный момент, я надеюсь на это», — также сказал Тирсен.

***

Похожие надежды испытывают и профсоюзы, и лицеисты, и прочие…

Координационный совет «желтых жилетов», с 17 октября играющий важную роль в организации демонстраций, призывал не только участвовать в забастовке и блокировках в четверг, но и «сохранять давление до субботы».

Но, конечно, субботой всё не закончится, если только после «социальной конференции» с профсоюзами в понедельник премьер Лекорню не предложит чего-то экстраординарного.

Вопрос только в том, что на экстраординарное «нет денег» — при госдолге в 119% ВВП.

Остается разве что «обезжирить» богатых, которые, в отличие от среднего класса, действительно стали богаче в последние годы.

Протестующие левые (а других почти нет) именно к этому и призывают…

P.S.

* После плановых двухнедельных школьных каникул лицейские и студенческие организации в начале недели возобновили блокирование университетов и лицеев. В Венсене, пригороде Парижа, вход в лицей имени Алис Мийя с раннего утра перегородили мусорными баками около 50 учеников.

По данным SNES-FSU, крупнейшего профсоюза учителей средней школы, около тысячи лицеев заблокированы или административно закрыты. При этом в аппарате премьер-министра насчитывают лишь 81 такое учебное заведение из 3700 по всей стране. По подсчетам Министерства образования, в забастовке участвуют почти 16% преподавателей. В высшей школе, по данным министерства, нарушения затронули 33% учебных заведений — 60 из 184, а студенческий союз утверждает, что «мобилизованы» 90% примерно 70 французских университетов, то есть они заблокированы или закрыты.

В Париже утром 5 ноября, как сообщили, около двухсот лицеистов возвели две баррикады из велосипедов и мусорных баков на улице Риволи, где было перекрыто движение возле церкви Сен-Поль. По данным Le Monde, они прибыли из четырех близлежащих учебных заведений центра Парижа, где ранним утром полицейское спецподразделение CRS «сняло» блокады, а занятия были отменены. «Это нужно для того, чтобы показать, что мы всё еще здесь, что мы способны на многое и что мы хотим, чтобы к нашим требованиям прислушались, а не просто давали пустые обещания», — объяснила Le Monde одна из учениц, пожелавшая остаться неизвестной. Баррикада продержалась полчаса, пока CRS около 10 часов не начал разгонять подростков.

** В итоге «меры предосторожности» (а заодно, во многих случаях, и солидарности с протестами) в Париже приняли даже многие музеи: в том числе, те, что расположены достаточно далеко от утвержденного маршрута шествия.

Эйфелева башня в четверг закрылась для посетителей «в связи с общенациональной забастовкой».

Некоторые залы Лувра также были закрыты из-за забастовки. Не работала Триумфальная арка. Музей Орсе объявил о досрочном закрытии в 18.00 вместо 21.45…

*** По мнению кандидата от экологистов на президентских выборах Марин Тонделье, которую цитирует AFP, нынешнее социальное движение — это расплата президента Эмманюэля Макрона «за всё, что он сделал». «Он завершает свой мандат так же, как и управлял страной, — в одиночку против всех», — считает она.

**** Внесена Минюстом РФ в реестр «иноагентов».