Все побежали — и я побежала. Правда, думала, что плетусь в хвосте огромной колонны бегущих. Ан нет. Виктория Боня, блогер(ка) из Монако, уже который день неизменно возглавляет топ новостей русскоязычного интернета. Ее выступления обсуждают политики, политологи, журналисты, в ее поддержку записывают рилсы и знаменитости всех мастей, и простые пользователи. Ей устами пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова отвечают аж из самого Кремля — типа, мы в курсе народных нужд, озвученных Боней, работаем…

А вот пропагандист Владимир Соловьев попал впросак. Первым, видимо, не дожидаясь инструкций, бросился на защиту своих верховных покровителей, употребив на это традиционный набор «выразительных» средств. Ну и нарвался на персональный ответ той же Бони и такую женскую (да и не только) солидарность с ней, что теперь ёрзает и пытается дать заднюю. Да поздно. Боня оказалась ему не по зубам, и если он хоть немного их пообломает — это будет какой-никакой, а результат.

«Не этой, — как он выразился, — потрепанной шалаве открывать свой грязный рот и засорять пространство». Но грязнее рта, чем у Соловьева, в федеральном эфире не найти. Оскорбления, которыми он ежедневно сыпет и в своих «Вечерах» на главном госканале, и по утрам — на «Соловьев.Live», не отличаются большим разнообразием. Те, кого он записывает во враги, все поголовно «мрази»: «ничтожные, нацистские, конченые». Среди них встречаются «жалкие мерзкие гниды», «мерзкие сволочи», «жалкие мелкие скоты», «дегенераты» и «ничтожества».

Однажды, года четыре назад, он нарвался-таки на адекватный ответ «уральского шансонье» Александра Новикова после того, как наехал на Екатеринбург, назвав его «центром мерзотной либероты». Новиков тогда записал специальное обращение к сквернослову: «Если бы тебе делала замечание уралмашевская группировка, которая тоже, убежден, настроена патриотично в отношении нашего города, они бы тебе сказали: слышь ты, штрибан, ты фильтруй хрюканину насчет нашего города. А еще лучше закуси свое поганое жало… Ты ведущий, которого смотрит вся страна. Ты обязан особенно следить за своим языком».

Вразумление, однако, на Соловьева не сильно подействовало. Может, на Екатеринбург он больше и не наезжал, но за минувшие годы появилось столько подходящих для этого субъектов и объектов, что только успевай клеить на них ярлыки — тем более что ни ответить публично в том же эфире, ни просто дать ему в глаз, ни даже подать в суд никто из подвергнутых поношению не имеет физической возможности.

А Боня вот подает. Как мать и как женщина. И множество других женщин и матерей встают за нее горой и готовы присоединиться к коллективному иску. Ибо нефиг. Соловьев, кстати, пять с лишним лет назад во время пандемии (интернет-то все помнит) общался с Боней напрямую у себя же на канале «Соловьев.Live». Она тогда занимала активную антиваксерскую позицию, а он ее высмеивал, заодно глумясь и над внешностью своей собеседницы: типа, а губки-то у вас накачаны, и глазки-то обколоты, и волосы, поди, крашеные. Боня оправдывалась — честное слово, все свое, разве что волосы, действительно, крашеные. Могла бы уже тогда сказать: «Не ваше собачье дело». Но сказала теперь: «Вы жидко обосрались. Очень жидко… А что сделали вы, кроме того, что разжигаете ненависть и оскорбляете женщин. Сейчас вы — враг народа».

И Соловьев, как всякий трус, получивший наконец отпор, начал отползать. Нет, он не извинился, конечно, но сбавил тон. «Боню использовали, — говорит. — Власть как раз народ слышит. А когда вы (имеется в виду «мерзотная либерота» и примкнувшие к ней защитники Бони) на полном серьезе раскручиваете здесь попытку бунта, вы пытаетесь повторить 1917-й — от рассерженных домохозяек? <…> А вы понимаете, что идет ***? Вы задаете себе простой вопрос, в чьих интересах идет манипуляция вами?»

Но врешь — не уйдешь. Сама Ксения Собчак, которую Соловьев тоже не раз костерил в своих эфирах последними словами, обратилась к главе Следственного комитета Бастрыкину с просьбой дать правовую оценку словам Соловьева в адрес Бони. «Интересно, — пишет она у себя в телеграм-канале, — разделяет ли глава правоохранительного ведомства мое убеждение, что слова — не просто воздух, они имеют цену. Если общественное осуждение не учит Соловьева хорошим манерам, может, СК научит себя вести».

И это еще не все сюрпризы для главного «кремлевского соловья». Локальный отечественный скандал неожиданно вышел на международный уровень. Лидеров иностранных государств Соловьев всегда поливает грязью с особым удовольствием, прекрасно понимая, что ответа не будет. Акела промахнулся, когда еще 16 апреля в эфире канала «Соловьев.Live» разразился потоком грязных ругательств в адрес премьер-министра Италии Джорджи Мелони. Причем на итальянском языке. «Позор человеческой расы, настоящее чудовище, патентованная идиотка, Джорджа шлюха Мелони, уродливая и злая бабка, скотина, — брызгал он слюной, добавив уже по-русски: — Вот эта Мелони — фашистская тварь, предавшая своих избирателей». Ну а МИД Италии взял да и вызвал посла России, чтобы выразить официальный протест в связи с этим безобразным выпадом в эфире госканала.

Кстати, на этот спич Соловьева тоже обратила внимание Собчак — на канале «Осторожно Media», а после публикации видео и ведущие итальянские СМИ.

И снова пришлось «Вечернему м…звону» (как метко окрестил его в своей песне будущий «иноагент» Гребенщиков) глупо оправдываться, призывая на помощь аж самого Ленина, который, по его словам, «вообще называл многих своих политических оппонентов проститутками», за что, «наверное, его бы засудили сторонницы безгрешной словесности, которые, правда, сами не отличаются манерами».

Он прав в одном: хамство и агрессия универсальны, то есть не имеют явно выраженного гендерного характера. Женщины, в том числе выступающие в ютубе, например, тоже часто в выражениях не стесняются. Но агрессия Соловьева иного свойства. Она поощряема свыше, она ему позволена — вот он и разгулялся по буфету, то есть эфиру. Да тут появилась Боня. И всю его брутальность как ветром сдуло.

Петровская рекомендует

* Внесены властями РФ в реестр «иноагентов».