ИнтервьюПолитика

«Ты хуже, чем просто еврей, — ты еврей из России»

Родители заложника Андрея Козлова, освобожденного израильским спецназом, рассказали, каково было их сыну в плену у террористов ХАМАСа и как его спасали

«Ты хуже, чем просто еврей, — ты еврей из России»

Израильский заложник Андрей Козлов, 27 лет, высаживается вместе с солдатами из военного вертолета ВВС США, который приземлился на территории медицинского центра «Шиба Тель-Хашомер», 8 июня 2024 года. Фото: соцсети

18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БОРУХОВИЧ (ТУМАКОВОЙ) ИРИНОЙ ГРИГОРЬЕВНОЙ ИЛИ КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БОРУХОВИЧ (ТУМАКОВОЙ) ИРИНЫ ГРИГОРЬЕВНЫ

Несколько подразделений разных служб Израиля больше месяца планировали и разрабатывали спецоперацию, задействовали авиацию, военный флот, десятки обученных бойцов, разведку под прикрытием. И все это — чтобы освободить из плена четырех человек из числа тех, кого террористы ХАМАС похитили 7 октября прошлого года. Один из бывших заложников — россиянин Андрей Козлов. Его родители рассказали «Новой», каково пришлось сыну в плену и как его спасли.

Петербуржец Андрей Козлов приехал в Израиль из России два года назад по программе «Маса», она помогает молодым репатриантам выучить язык, пройти разные стажировки и курсы, найти работу и вообще вписаться в жизнь страны. Он, собственно, уже и вписался: окончил учебу, снимал квартиру вскладчину с друзьями, мама и младший брат побывали у него — и рассказывали, как он полюбил эту страну. Андрей был полон надежд и планов.

В последние дни праздника Суккот, 6 и 7 октября прошлого года, рядом с кибуцем Реим, в пяти километрах от забора безопасности между Израилем и сектором Газа, начался музыкальный фестиваль Supernova Sukkot, и Андрей решил поработать там охранником.

Утром 7 октября он тоже не сразу расслышал стрельбу и взрывы за гремевшей музыкой. В 9 часов он успел написать СМС друзьям, на этом связь с ним прекратилась. Через три недели стало известно, что Андрея Козлова нет среди убитых и раненых, он, вероятнее всего, похищен террористами. С того дня ни его девушка Дженнифер в Израиле, ни родители и младший брат в Питере не знали, что с ним. Его мама, Евгения, полетела в Тель-Авив искать сына. В Израиле шла война, там продолжали считать убитых и искали тех, кто мог быть в плену.

Мама Андрея Козлова, Евгения Козлова (справа), на встрече с послом Израиля в РФ. 29 ноября 2023 года. Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС

Мама Андрея Козлова, Евгения Козлова (справа), на встрече с послом Израиля в РФ. 29 ноября 2023 года. Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС

— Несколько раз за эти восемь месяцев мы получали информацию, что Андрей погиб, — вспоминает отец Андрея, Михаил Козлов. — Мы перестали доверять любым новостям, если они не подтверждены официально ЦАХАЛ.

Восемь месяцев Евгения носилась между Израилем и Россией. В Израиле выходила на митинги вместе с родными заложников. В России летала в Москву, чтобы встретиться с сотрудниками МИДа. Три раза ее и Михаила принимал замминистра Михаил Богданов.

— В последний раз Богданов принял Евгению в конце мая, — рассказывает Михаил. — Как и до этого, заверял, что Россия делает все для освобождения своих граждан, но многие вещи конфиденциальны. Вообще нам говорили только, что у России есть возможность контактировать с политическим крылом ХАМАС, но нет инструментов на них давить, однако там обещали относиться к российским гражданам бережно, а если будет сделка, то освободить их в первую очередь.

Заместитель министра иностранных дел РФ, специальный представитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки Михаил Богданов. Фото: Сергей Бобылев / ТАСС

Заместитель министра иностранных дел РФ, специальный представитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки Михаил Богданов. Фото: Сергей Бобылев / ТАСС

Все это время с Евгенией поддерживали связь двое офицеров ЦАХАЛ. Днем 8 июня они позвонили ей по видеосвязи, и на экране телефона Евгения увидела сразу обоих. Это ее напугало. А они еще и начали с ничего не значащих вопросов: как дела, как себя чувствуешь, что делаешь? Потом посоветовали Евгении сесть.

— Эти ребята стараются людей к новостям подготовить, — объясняет Михаил. — Но здесь эта подготовка сыграла злую шутку. Евгения не дослушала, сразу закричала, бросила телефон под стол и заплакала. И только из-под стола услышала: «Новость хорошая, хорошая!» Она залезла под стол и дальше разговаривала уже под столом. Ей сказали, что Андрей свободен, он уже летит над Израилем. Говорили они по-английски, ее английский был уже получше, чем восемь месяцев назад, когда она только прилетела в Израиль. Но она все равно сидела под столом и продолжала переспрашивать: кто летит, куда летит?

Восьмого июня подразделения ЦАХАЛ и полицейского спецназа ЯМАМ провели невероятную операцию в самом центре сектора Газа, в густонаселенном муниципалитете Нусейрат, и освободили четырех заложников. В одном доме содержалась Ноа Аргамани, в восьмистах метрах в другом доме — Шломи Зив, Альмог Меир Ян и Андрей Козлов. Их всех утащили в плен во время резни на фестивале.

— Как-то ребята смастерили самодельные шахматы и сначала просто в них играли, — рассказывает Михаил. — А где-то в марте, если не путаю, они из этой шахматной доски сделали календарь. Один из ребят говорил: давай для календаря оставим только семь клеток. Другой ответил: нет, пусть будет по восемь, но мы выйдем отсюда, когда клетки на доске закончатся. Их освободили, когда на доске оставались не зачеркнутыми шесть клеток.

Читайте также

Операция «Арнон»

Операция «Арнон»

Как израильскому спецназу удалось освободить четверых заложников, захваченных ХАМАС 7 октября прошлого года

«Завтра я тебя убью и сниму это на телефон, жди»

Теперь, когда ЦАХАЛ опубликовал подробности операции по спасению четырех заложников, мы знаем, что их удерживали в жилищах «мирных палестинцев» в муниципалитете Нусейрат. Несколько раз за эти восемь месяцев пленных переводили с места на место.

— Их водили из здания в здание, но это все был один микрорайон, — рассказывает Михаил о том, что они с Евгенией уже знают от сына. — Происходило все каждый раз ночью, и заложники не понимали, где находятся. Но это были те редкие случаи, когда им удалось побыть на свежем воздухе. А так их все это время не выпускали на улицу.

Помещения, где держали Андрея, Альмога и Шломи, были разные. Первые месяцы они жили в комнате без туалета, им только поставили ведро. Их почти не кормили и связывали по рукам и ногам.

— Причем руки были связаны сзади, за спиной, — добавляет Михаил. — Андрей рассказывал нам, как сложно извернуться и что-то сделать, когда у тебя руки всегда за спиной. Но они ухитрялись даже связанными за спиной руками помогать себе, например, есть. А когда им руки начали связывать не за спиной, а спереди, оставляя ноги тоже связанными, они шутили: какой прекрасный подарок от террористов.

Чувство юмора их спасало, Андрей рассказывал нам, как они друг с другом шутили, как хохотали в разных ситуациях, в том числе самых тяжелых и критических. Это был их способ избавиться от страха, от нервного напряжения.

Но самым ужасным было то, что даже о своем будущем на ближайший час заложники не знали. Когда их в очередной раз переводили с места на место, они могли только гадать: опять бросят куда-то или уже убьют, как обещали?

— Один охранник как-то пришел и сказал Андрею: завтра я тебя убью, сниму это на телефон, и это покажут на весь мир, жди, — продолжает Михаил. — А на следующий день этот же охранник как ни в чем не бывало показал Андрею сердечко руками. Это был какой-то явно психически нездоровый человек, он все время вел себя полярно.

Четверо спасенных израильских заложников, которые были похищены ХАМАСОМ с фестиваля «Нова» 7 октября 2023 года. Фото: Xinhua / ABACA

Четверо спасенных израильских заложников, которые были похищены ХАМАСОМ с фестиваля «Нова» 7 октября 2023 года. Фото: Xinhua / ABACA

Охранники менялись вместе с домами «мирных палестинцев», сданными под тюрьмы для заложников. Вместе с охранниками менялись и способы издевательств над пленными. Тот, который обещал убить под видеозапись, все говорил Андрею: ты даже хуже других евреев, потому что не родился в Израиле, а приехал из России, то есть — настоящий оккупант. В другом доме боевики попались на удивление душевные: один, узнав, что у Шломи день рождения, принес ему торт.

— Он все говорил: ешьте побольше, потом расскажете, что вас здесь кормили, — усмехается Михаил.

В последние месяцы Андрей, Альмог и Шломи содержались в доме пожилого врача Ахмеда аль-Джамаля и его сына Абдуллы, журналиста. Позже ХАМАС расскажет, как израильские звери хладнокровно застрелили этих ни в чем не повинных мирных людей.

Забыв упомянуть, какая бойня началась в доме мирного доктора и как в перестрелке был смертельно ранен командир подразделения спецназа капитан Арнон Замора.

Впрочем, Андрей рассказывал родителям, что действительно ни доктора аль-Джамаля, ни его сына не было среди тех, кто издевался над заложниками, общались с пленными только охранники.

— Как понял Андрей из разговоров охранников, захватили их боевики из Аль-Кассам (боевое крыло ХАМАС), — говорит Михаил. — В охране было много именно их боевиков. По крайней мере, так они сами себя называли. А из семьи, которой принадлежал дом, никто с заложниками не общался. Там их держали все время в одной комнате, которую вы можете увидеть в ролике с освобождением.

Читайте также

«Сейчас модно ненавидеть евреев»

«Сейчас модно ненавидеть евреев»

Политический аналитик Владимир Бейдер — о том, почему в мире хотят поражения Израиля

Помещение в доме аль-Джамаля, где держали заложников, Андрей описал родителям как длинную комнату, разделенную на две части перегородкой с импровизированной дверью. В той части, что поменьше, сидели вооруженные боевики. Попытка без спросу заглянуть на их половину жестко наказывалась.

— Для пленных вообще были установлены определенные правила, а за малейшие нарушения их наказывали, — рассказывает Михаил. — На половине охранников было окно, которое всегда было занавешено. Однажды его не закрыли, и Андрей встал, чтобы посмотреть, что за окном. За это, говорит, его жестко наказали, как — он нам не сказал. Но наказывали их по-разному. Например, в самую жару накрывали одеялами и заставляли так лежать. Это было мучение, которое внешне следов не оставляло, но в состоянии обезвоживания человек практически не может двинуться.

Андрей многого нам не рассказывает. Он старается нас не пугать, если что-то и скажет, то с юмором. Но говорил, что есть вещи, которых он нам не скажет никогда.

У боевиков постоянно работал телевизор, и иногда пленным разрешали посмотреть новости. Так пленные узнали, что дома о них знают, их ищут, их хотят спасти.

— Но охранники все время говорили одно и то же: о вас никто не думает, вас никто не ищет и не ждет, — говорит Михаил. — Одному внушали, что его жена уже живет с другим, они это точно знают. Другому — что его мама уехала отдыхать в Грецию. Но несколько раз в новостях Аль-Джазиры товарищи Андрея видели митинги в Израиле и свои фото на этих митингах. А в Израиле были только его мама и его девушка Дженнифер, они тоже участвовали в митингах, но портретов Андрея было мало, его это огорчало. А как-то один охранник проговорился: рассказал Андрею, что видел ролик с его мамой. У Евгении необычная для Израиля внешность— рыжие волосы и зеленые глаза, Андрей узнал ее по описанию и понял, что его тоже ищут.

Боевики объясняли это пленникам по-своему: вас, конечно, ищут в Израиле, но только для того, чтобы убить, заложники — это же проблема, ее можно решить, только убив их.

— Ребятам запрещали громко говорить на иврите, — добавляет Михаил, — объясняли это так: израильский беспилотник летает рядом и слушает, как только где-то заговорят на иврите, он туда сбросит бомбу.

Когда в комнату, где трое заложников, оцепенев от ужаса, слушали стрельбу, ворвался спецназ, у Андрея, как он потом признался родителям, мелькнула мысль: либо спасут, либо убьют. И тут он услышал голос по-русски: «Андрей, пойдем со мной».

— Видимо, в отряде специально был человек, говоривший по-русски, — уверен Михаил. — Когда Андрей услышал его, он сразу понял, что ужас кончился.

Он говорит нам: я шел вместе с ними, и удивительным образом ощущалась какая-то дикая энергия, я просто понял, что они точно меня спасут, потому что это сверхлюди, от них шла такая энергия, казалось, что они могут горы свернуть.

Андрей Козлов в медицинском центре «Шиба Тель-Хашомер», 8 июня 2024 года. Фото: соцсети

Андрей Козлов в медицинском центре «Шиба Тель-Хашомер», 8 июня 2024 года. Фото: соцсети

Операция «Арнон»

— О том, как ребята выходили из своей тюрьмы, Андрей нам ничего не говорил, — качает головой Михаил. — Сказал только, что произошло все очень быстро, но он успел покурить в танке. Их всех просили не рассказывать о деталях.

Спустя неделю после операции о ней рассказала пресс-служба ЦАХАЛ, подробности появились и в израильской прессе. Подготовка началась после 12 мая, когда разведке стало известно, что нескольких заложников ХАМАС может прятать в лагере беженцев в Нусейрате. И в первых числах июня в этом населенном пункте появились два старых грузовичка с мебелью и всяким скарбом, какой и везут обычно беженцы. В машинах ехали две арабские семьи, местным они объясняли, что бегут от «смертоносных обстрелов со стороны израильской армии» и ищут, где бы остановиться.

На самом деле на грузовичках в Нусейрат приехали бойцы «Мистаарвим» — контртеррористического подразделения ЦАХАЛ и полиции Израиля. Они специально обучены действовать среди арабского населения, умеют полностью с ним сливаться, владеют диалектом той местности, где работают. Поскольку мужчины-беженцы, бродящие по Нусейрату, могли вызвать подозрение, тут приехали большие семьи: женщины в хиджабах ходили на рынок и знакомились с соседями, а мужчины их сопровождали, как и положено. Так разведка узнала, в каком доме на первом этаже удерживают Ноа. Переплатив втрое, «беженцы» арендовали дом на той же улице и узнали, что еще троих заложников держат на третьем этаже в другом доме — в двухстах метрах. Информацию передали в ЦАХАЛ и в ШАБАК (разведку).

Бойцы спецподразделения ЯМАМ, которое специализируется на освобождении заложников, по полученным данным построили макеты обоих домов и несколько дней там тренировались.

Утром 8 июня 98-я дивизия ЦАХАЛ начала операцию, чтобы отвлечь внимание хамасовцев от Нусейрата, а тем временем спецподразделение ЦАХАЛ проникло в лагерь беженцев. Два отряда действовали сразу в обоих домах. В том, где держали Ноа, все произошло быстро и без потерь. «Мы добрались до дома, где держали Ноа, и взломали дверь, — рассказывает офицер, командовавший этим отрядом. — Там мы столкнулись с тремя террористами, нейтрализовали их, это заняло секунды. Сразу после этого мы взломали дверь комнаты, где держали Ноа, и нашли ее. Она была очень напугана и не понимала, что происходит. Солдаты сказали ей на иврите: «Ноа, Ноа, мы из ЦАХАЛ, мы пришли, чтобы вернуть тебя домой». Боец взял ее на руки, еще четверо бойцов создали вокруг них своеобразный живой щит, и, убедившись, что в доме безопасно, мы вернулись в машину. Один наш боец дал Ноа конфету, чтобы успокоить».

Фото: AP / TASS

Фото: AP / TASS

Гораздо труднее прошло освобождение Андрея, Альмога и Шломи. Во втором доме охраны неожиданно оказалось больше, чем сообщала разведка, она встретила спецназовцев огнем из пулеметов и гранатометов. В какой-то момент, видимо, в перестрелку вступили и «мирные» хозяева дома, иначе в той ситуации они не могли оказаться на пути у спецназа. В перестрелке был смертельно ранен командир отряда Арнон Замора, позже его именем назовут саму операцию.

«Мы прибыли в квартиру, где их держали, — говорит боец второго отряда. — С террористами столкнулись уже у входа в здание и начали бой. В самом начале штурма был ранен Арнон. После этого наши бойцы за несколько секунд добрались до заложников и начали уже фазу отхода. Заложники были очень напуганы звуками стрельбы и взрывов. Мы сказали, что мы из ЦАХАЛ, накрыли их бронежилетами и касками, каждого при выходе прикрывали по двое бойцов, так мы шли к выходу».

Раненого Арнона несли на носилках. В это время на звуки стрельбы подтянулись боевики ХАМАС, вылезавшие в прямом смысле из-под земли — из туннелей. На этот случай в операции был предусмотрен «план Б»:

подключились ВВС, а с моря отход группы прикрывали военные корабли. Они создали коридор, по которому весь отряд смог добраться до вертолетов.

В полете медики пытались оказать помощь Арнону Заморе, но спасти его не удалось.

— Я не могу найти слов, чтобы передать, как глубоко мы соболезнуем семье Арнона Заморы, — говорит Михаил Козлов. — Андрей теперь решил сделать максимум со своей стороны, чтобы помочь освобождению других заложников. Это чудовищно, что столько времени они остаются в плену. Многих уже нет в живых, но хотя бы тела их необходимо вернуть.

* Внесена минюстом РФ в реестр «иноагентов».

Этот материал входит в подписку

Другой мир: что там

Собкоры «Новой» и эксперты — о жизни «за бугром»

Добавляйте в Конструктор свои источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы

Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах

shareprint
Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow