![Фото: архив РИА Новости](https://novayagazeta.ru/static/records/1acd8770e755486eb11399a6cca15f17.jpeg)
Фото: архив РИА Новости
Финляндия, согласно секретному протоколу пакта Молотова — Риббентропа, была отнесена к сфере интересов Советского Союза. Вместе с восточными районами Польши и Прибалтийскими странами — Литвой, Латвией и Эстонией.
Из выступления председателя Совнаркома и народного комиссара иностранных дел В. Молотова на IV сессии Верховного Совета СССР: «В особом положении находятся наши отношения с Финляндией. Это объясняется главным образом тем, что в Финляндии больше сказываются разного рода внешние влияния со стороны третьих держав. Беспристрастные люди должны, однако, признать, что те же вопросы обеспечения безопасности Советского Союза, и особенно Ленинграда, которые стояли в переговорах с Эстонией, стоят и в переговорах с Финляндией. Можно сказать, что в некотором отношении вопросы безопасности для Советского Союза здесь стоят даже острее, поскольку главный, после Москвы, город советского государства — Ленинград, находится всего в 32 километрах от границы Финляндии. Это значит, что Ленинград находится от границы другого государства на расстоянии меньшем, чем это нужно для артиллерийского обстрела из современных дальнобойных орудий. Считаясь с таким положением, а также с создавшейся в Европе обстановкой, можно рассчитывать, что со стороны Финляндии будет проявлено должное понимание…»
С финнами попытались договориться миром, не получилось.
Молотов: «…Я напомню, что население Ленинграда достигло трех с половиной миллионов, что почти равно населению всей Финляндии, насчитывающей 3 миллиона 650 тысяч жителей. (Веселое оживление в зале.)
…Едва ли есть основания останавливаться на тех небылицах, которые распространяются заграничной прессой о предложениях Советского Союза в переговорах с Финляндией. Одни утверждают, что СССР «требует» себе г. Випури (Выборг) и северную часть Ладожского озера. Скажем от себя, что это — чистый вымысел и ложь. Другие утверждают, что СССР «требует» передачи ему Аландских островов. Это — такой же вымысел и ложь. Болтают еще о каких-то претензиях, якобы существующих у Советского Союза в отношении Швеции и Норвегии. Но это беспардонное вранье просто не заслуживает опровержения. (Общий смех.) На самом деле наши предложения в переговорах с Финляндией являются максимально скромными и ограничиваются тем минимумом, без которого невозможно обеспечить безопасность СССР и наладить дружеские отношения с Финляндией».
Переговоры об «обмене территориями» зашли в тупик. Заговорили пушки.
ТАСС сообщил: 26 ноября 1939 года в 15 часов 45 минут финская артиллерия обстреляла советскую пограничную заставу на Карельском перешейке у деревни Майнила: четыре красноармейца были убиты, девять ранены.
Странно, но нигде и никогда не были названы имена убитых и раненых. Они таинственным образом исчезли.
Финские пограничники зафиксировали выстрелы с советской территории. Судя по некоторым свидетельствам,
перестрелку на границе устроил начальник управления НКВД по Ленинградской области комиссар госбезопасности 2-го ранга Сергей Гоглидзе. После финской войны он получил орден Красного Знамени. В 1953 году — расстрелян вместе с Берией.
А тогда Договор о ненападении между двумя странами был немедленно разорван. Войска Ленинградского военного округа перешли госграницу, под заранее написанную композиторами Даниилом и Дмитрием Покрассами и поэтом Анатолием Д'Актилем песню:
Сосняком по откосам кудрявится
Пограничный скупой кругозор.
Принимай нас, Суоми-красавица,
В ожерелье прозрачных озер!
Ломят танки широкие просеки,
Самолеты кружат в облаках,
Невысокое солнышко осени
Зажигает огни на штыках.
Мы привыкли брататься с победами,
И опять мы проносим в бою
По дорогам, исхоженным дедами,
Краснозвездную славу свою.
Много лжи в эти годы наверчено,
Чтоб запутать финляндский народ.
Раскрывайте ж теперь нам доверчиво
Половинки широких ворот!
Ни шутам, ни писакам юродивым
Больше ваших сердец не смутить.
Отнимали не раз вашу родину –
Мы приходим ее возвратить.
Мы приходим помочь вам расправиться,
Расплатиться с лихвой за позор.
Принимай нас, Суоми-красавица,
В ожерелье прозрачных озер!
1 декабря из Ленинграда привезли в финский приграничный поселок Терийоки, только что занятый советскими войсками (ныне город Зеленогорск), «правительство» «Финляндской демократической республики». «Правительство» провело заседание, которое стенографировал сын самого Отто Куусинена* по-русски, и призвало финский народ встретить Красную армию как освободительницу.
2 декабря Куусинен вернулся в Москву. Его принял Сталин. Молотов подписал с ним договор о взаимопомощи и дружбе. Договор предполагал передачу СССР островов, прикрывавших вход в Финский залив. Полуостров Ханко передавался в аренду на 30 лет. В обмен Советский Союз был готов «уступить» Финляндии территорию советской Карелии вместе с населением, которое никто не собирался спрашивать, желает ли оно оказаться в составе другой страны.
Молотов немедленно обратился в Лигу Наций с заявлением: «Советский Союз не находится в состоянии войны с Финляндией и не угрожает финскому народу. Советский Союз находится в мирных отношениях с Демократической Финляндской Республикой, с правительством которой 2 декабря заключен договор о взаимопомощи и дружбе».
Тем не менее из Лиги наций СССР исключили.
Но собственно с военными действиями начались пробуксовки. Финские трудящиеся не встречали своих «освободителей» цветами, и даже местные коммунисты как-то ушли от их безоговорочной поддержки.
2 декабря 1939 года «Ленинградская правда» писала: «Невольно любуешься доблестными бойцами Красной Армии, вооруженными новейшими снайперскими винтовками, блестящими автоматическими ручными пулеметами. Столкнулись армии двух миров. Красная армия — самая миролюбивая, самая героическая, могучая, оснащенная передовой техникой, и армия продажного финляндского правительства, которую капиталисты заставляют бряцать оружием. А оружие-то, скажем откровенно, старенькое, поношенное. На большее пороху не хватает…»
Будущий маршал артиллерии Н. Воронов написал потом, что на всю операцию планировалось до десяти дней. Продолжалась же она более ста и решительной победой отнюдь не увенчалась.
Убитые были не подсчитаны, раненые и обмороженные тоже. Нарком обороны Ворошилов распрощался с должностью. Песню про «Суоми-красавицу» петь перестали. «Карело-Финскую Республику», подаренную Куусинену, тихо, без литавр вернули в «первобытное состояние». Отпущенных пленных распихали по лагерям. Войну вообще старались не упоминать, знаменитый поэт назвал ее «незнаменитой»… Но договорились при этом между собой, что закончилась она — победой!
Другое дело, весь мир увидел, что Красная армия вовсе не так сильна, как сама считала. Еще хуже, что это увидел Гитлер.
…Зато население с энтузиазмом приняло все, что сообщали советские газеты: и о финских фашистах, угрожавших Ленинграду, и о том, что они, фашисты, мужественно отброшены от ворот города.
В книге «Дом правительства», вышедшей три года назад, я прочел странички из дневника восьмиклассника Левы Федотова (одного из героев знаменитой повести Юрия Трифонова «Дом на набережной»). В этом дневнике юный гений пишет страшные слова, почерпнутые из тогдашних передовиц, — о врагах с нечеловеческим оскалом, которые все-таки не прорвались в СССР.
* Отто Куусинен — революционер и политик, советский политический и партийный деятель.