Интервью · Экономика

Ансамбль ритуальной пляски

Почему западные санкции соответствуют интересам и Запада, и Кремля. Объясняет финансист Андрей Мовчан

11:38, 20 апреля 2021Ирина Тумакова, спецкор «Новой газеты»

23346

11:38, 20 апреля 2021Ирина Тумакова, спецкор «Новой газеты»

23346

Президент США Джо Байден объявил о новых санкциях против России. Их называют очень жесткими, потому что, помимо привычных персональных «наказаний» для физлиц и компаний, теперь применяется мера, которую в Штатах начали обсуждать три года назад: запрет на покупку российских долговых обязательств — облигаций федерального займа (ОФЗ). Россия пообещала «зеркальный ответ» и даже начала его давать, выслав из страны 10 американских дипломатов. К чему еще готовиться Соединенным Штатам, а к чему — российскому городу Воронежу.

Петр Саруханов / «Новая газета»

— Президент Путин и Госдума пообещали Соединенным Штатам ответ на санкции «по принципу взаимности». Это ритуальные угрозы или нам есть чем ответить?

— Я бы сказал, что это ритуальные угрозы, если бы в реальности сами санкции не были ритуальными. Их практическая малозначимость для России подразумевает, что весь разговор идет на ритуальном уровне. И на этом же уровне Россия может ответить, для этого есть набор ритуальных действий. Выслать дипломатов, объявить американских политиков персонами нон грата, включить их в свой санкционный список.

— Это они уже сделали, но грозят еще «зеркальными» мерами. Хотят американской экономике нанести ущерб.

— В рамках международной торговли соприкосновение России с Америкой состоит в поставках Россией ракетных двигателей и редких металлов, в первую очередь — титана. Больше мы с Америкой на рынках не встречаемся почти никак. И то и другое не очень нужно обеим сторонам. Титан — биржевой товар, Америка может брать его больше у Австралии, а Китай может начать больше брать у России. Это перераспределение, оно происходит очень легко. Тем более что на рынке титана, как и почти везде, царит прагматизм: мы, например, сырье для его производства покупаем в Украине. Для того самого, который потом поставляем в Америку. То есть санкции санкциями, а обед по расписанию.

Ну а ракетные двигатели — это уже не так важно, потому что американцы очень быстро заменяют наши двигатели тем, что делает в разных формах NASA, в том числе и через Илона Маска.

Даже если Россия выстрелит себе в ногу, заявив, что всё — ни грамма титана и ни одного двигателя, то Америка это легко переживет.

Да и мы легко переживем, для нас это не большой бизнес.

— Но грозят-то запретить работу в России американским НКО и фондам, которые вмешиваются в наши внутренние дела.

— Эти фонды на экономику никак не влияют. Но, конечно, это очень печально будет. Один из таких фондов — это, например, Фонд Карнеги. Он приносит России огромную пользу своей аналитикой. На фоне общей радикализации позиций спокойный, непредвзятый анализ фонда играет на руку имиджу России. В Фонде Карнеги никогда никто не был одиозным, тенденциозным, не представлял крайние позиции. Анализ всегда делался очень грамотно, спокойно, подробно, без эмоций. В этом смысле, конечно, его будет не хватать прежде всего россиянам и, конечно, российской власти.

При этом надо понимать, что и фонды эти сами по себе свое присутствие в России, свое внимание к России в значительной степени сокращают. Россия в мире считается declining power, внимания к ней все меньше и меньше. Ну окей, запретят совсем. Очередная глупость будет сделана российской властью.

Андрей Мовчан. Фото: РИА Новости

— Обещают еще запретить работу в России американских компаний. Всерьез могут выгнать Google, Microsoft, запретить продажу айфонов?

— Теоретически — могут. Практически эта мера будет не только очень вредной, но и в чем-то совершенно разрушительной для экономики. Разумеется, есть проникновение на внутренний рынок России американских компаний, примеры — «Кока-Кола», «Макдоналдс»… Теоретически можно закрыть для них рынок, заставив продать активы. Или даже провести конфискацию. Но этот акт вызовет крайне жесткую реакцию со стороны Штатов и вообще международных инвесторов. Это будет совсем уже не по-пацански. И игра пойдет по-другому: одно дело — отчет о санкциях для избирателей, совсем другое — объяснить СЕО «Кока-Колы», почему ты никак не ответил на атаку на корпорацию в России.

— Вот как раз интересно: как тогда могут ответить Штаты? Что у них есть в арсенале всерьез?

— Легко можно предположить санкции высшего уровня против российских газовых и нефтетрейдеров, шиппинговых компаний, запреты на поставку сырья и комплектующих для конкурентов компаний, потерявших бизнес. За этим последуют суды с требованиями возмещения убытков. За ними — аресты авуаров. России придется защищаться. Но это только одна часть проблемы. Вторая — кем и как заменить эти компании, кто «перехватит» их производства и поставки. Международные корпорации эффективны за счет своей логистики, оторви страновой кусок — и даже если ты сможешь заменить импортное сырье, цена продукции будет существенно выше. Подобные действия ритуальными уже не назовешь, это экономическая война. И первые же сражения мы проиграем.

Проблема, конечно, не в запрете айфонов. У нас очень много критически важного промышленного оборудования, в котором есть элементы американского дизайна, американской архитектуры, есть американские комплектующие. Заменять их в связи с невозможностью дальше поддерживать — это огромные затраты, это не всегда вообще возможно. Для начала попробуйте начать менять структуру автоматизации РЖД, выдергивая из нее американские куски. Это уже даже не выстрел себе в ногу, это — перебить себе обе руки. Или попробуйте отказаться от «Боингов». На чем будете летать?

— На «Суперджетах».

— Бог с вами, они существенно менее эффективны, дороже в эксплуатации, хуже по характеристикам. У нас нет ни одного своего дальнемагистрального широкофюзеляжного самолета. У нас «Боингов» — больше трети парка. Вы хотите их всех приземлить и начать вместо них покупать «Эйрбасы»?

— Вот, между прочим, и замена.

— За очень большие деньги. Потому что «Эйрбас» останется единственным поставщиком и выжмет максимум выгоды. Если, конечно, Штаты, потеряв рынок для «Боингов», вообще не введут санкции против российских авиакомпаний и не перекроют поставки любых самолетов. Ну и так далее.

К тому же здесь наверняка будут и действия третьих сторон:

если мы введем жесткое эмбарго на американские товары и услуги, то, я думаю, и немцы в стороне не останутся. А попробуйте без «Сименса» справиться в России. Мы сразу отправляемся примерно в каменный век.

Обратите внимание, что Китай, который имеет свою прекрасную технологическую платформу, ни в какие моменты даже не думал о том, чтобы ограничить возможность торговли с Соединенными Штатами.

— Кстати, почему? Действительно, могли бы — в ответ на меры, принятые Трампом.

— Там все-таки люди более разумные сидят. Они думают о своей стране — в отличие от того, что происходит у нас.

Президент США Джо Байден. Фото: Reuters

— А почему вы назвали ритуальными нынешние санкции? Среди них есть довольно неприятные.

— Какие например? Запрет на первичную торговлю облигациями федерального займа? Ну, будет вторичная торговля. Госбанк купит ОФЗ — и сам тут же продаст американцам, будет вторичная торговля. Персональные санкции — это вообще смешно. Ну, не поедут эти люди в Америку. Так они и раньше не ездили.

— Да, но персональные санкции впервые начали распространяться на членов семьи. «Политически значимые персоны» теперь не смогут переписать имущество на жену или ребенка. Это не болезненно?

— Нет, это не болезненно. Во-первых, кроме Америки, есть огромное количество других стран, и эти люди вполне себе находят способ держать имущество в третьих странах. Во-вторых, это вполне в контексте сегодняшней политики Кремля: действительно, если ты обслуживаешь власть в России, так и не имей имущество за рубежом. Имей здесь.

А первые лица и крупнейшие стейкхолдеры прекрасно справляются с проблемой. У нас есть, условно говоря, два «верхних эшелона» феодалов и чиновников, которые страну контролируют. Мы все отлично знаем, как их зовут. Из них никто под санкции не попал, все они чувствуют себя совершенно свободно. Дальше идут более низкие эшелоны. Их задача — обслуживать настоящих суверенов России, быть лояльными и ни в коем случае не перекинуться на другую сторону. По ним действительно бьют санкции. Их активно вынуждают сохранять верность первым двум эшелонам, отнимая санкциями возможность им изменить. В этом есть логика.

— Какая?

— Очень простая: интересы правящей группировки в России полностью совпадают с интересами элит развитых стран. Интересы развитых стран — в том, чтобы сдерживать развитие России. Интересы нашей правящей группировки — в том, чтобы с помощью изоляции и враждебности объединять людей в России и отвлекать их от внутренних проблем. И то и другое выполняется одним и тем же набором методов.

— Но нам-то говорят, что благодаря изоляции мы как раз развиваемся. Вот запретили, мол, импортный сыр — теперь сами научились его делать.

— Сыр, насколько я помню, научились делать в Междуречье примерно шесть тысяч лет назад. В этом смысле мы не продвинулись со времен Древнего мира.

— Правда? Судя по тому, что у нас продается, я бы не сказала, что научились.

— Значит, мы не во всем доросли до уровня Древнего Междуречья. Нам для успеха экономики нужно научиться делать то, что определяет лидерство в современной экономике. Это высококвалифицированный сервис, сложная технологическая продукция с высокой добавленной стоимостью и так далее. А об этом у нас даже вопрос не стоит.

— Почему вы назвали ритуальными санкции на российский госдолг?

— Запрет ведь на покупки на первичном рынке? Ну, представьте, что вам запретили покупать продукты в супермаркете, поэтому вы их заказываете онлайн.

— Тогда зачем Штаты добавили слово «первичная»? Это ведь сразу перечеркивает санкцию как таковую.

— Разумеется. Это и сделано ровно для того, чтобы мера была сразу перечеркнута. Избиратель в Америке читает: мы ввели санкции на российский госдолг. А на самом деле ничего не поменялось.

— Значит, на самом-то деле американцы заинтересованы в покупке российских ОФЗ?

— Конечно. Россия платит хорошие проценты по этому госдолгу. Восемь процентов в рублях — это вполне прилично. Это удобный способ размещения практически бесплатной ликвидности, которая есть сейчас на рынке. А американцы очень следят за интересами своего бизнеса. Зачем убивать возможности для них, если можно одновременно делать вид, что Россия наказана, и тут же из нее выкачивать проценты?

— Может быть, России тогда в отместку перестать продавать им госдолг? Минэкономики объявило, что у наших банков достаточно денег, чтобы самим его покупать.

— Более того: российские банки невероятно заинтересованы в покупке госдолга. И заинтересованы, кстати, в запрете для нерезидентов, потому что тогда ставки будут выше. Потому что российские банки, покупая госдолг с вполне конкретной ценой, используют ликвидность практически бесплатную и на этом хорошо зарабатывают. И это как раз ровно тот сценарий, который может активно лоббироваться банковским сообществом. Но, я думаю, в ближайшее время вы убедитесь, что запрещать нерезидентам покупать ОФЗ никто не будет.

— Почему, если это было бы выгодно?

— Потому что это был бы уже серьезный негативный шаг по отношению к реальным международным финансовым кругам — к тем самым банкам, где наши первый и второй эшелоны власти держат свои деньги. На это они, конечно, никогда не пойдут.

— Всерьез вредить американцам они не хотят?

— Конечно, не хотят. Слушайте, на Западе у них дети учатся, у них активы там хранятся, там у них реально большие интересы. В России ведь невозможно размещать большие средства. Это и опасно, и невыгодно, и так далее. Нет, ну что вы. Это такая большая игра. У каждого свои избиратели. Избиратели должны видеть, что все делается правильно. А на практике все должно делаться выгодно.

— Тогда почему столько возмущения из-за этих санкций? Было бы логичнее сказать: тьфу на ваши санкции. И жить себе дальше. Они ведь сначала так и говорят, а потом все равно кричат, что надо ответить.

— Наоборот!

Как вы иначе объясните избирателям, почему у них доходы падают? Надо как можно громче кричать: мерзавцы, как они нам вредят, какой прекрасной была бы наша жизнь, если бы не их политика!

Это же универсальное средство оправдаться за все, что внутри происходит.

— Сегодня вред от санкций, наверное, и вправду небольшой. Но из-за них Россия теряет доступ к технологиям, то есть они сильно влияют на наше будущее.

— Это верно. Об этом я и говорил, когда сказал, что цель Запада — сдержать развитие России. Замедлить ее развитие как высокоэффективной экономики. Потому что Россия — потенциальный конкурент. В этом нет ничего дьявольского, ничего демонического, это естественная политика. А поскольку власть в России не умеет развивать свободное и высокотехнологическое экономическое сообщество, а Запад не хочет видеть Россию свободной и высокотехнологичной, то здесь их интересы совпадают. Вы нам даете оправдание того, что в России падают доходы населения, а мы спокойно смотрим на то, что вы закрываете России стратегическое развитие. Россия отстает и будет дальше отставать. Не только и не столько в связи с санкциями, а в связи с экономической политикой, проводимой внутри страны. Но факт остается фактом.

— Вы понимаете, какой аргумент сейчас дали тем, кто вещает о том, как Запад нас ненавидит, обижает и всячески хочет унасекомить?

— Конечно. Процветание конкурента всегда невыгодно. Ну, сами подумайте: у США есть свои бизнесы, свои платформы, свое желание продавать это по всему миру. Зачем им еще один центр экономической и технологической силы? Еще раз: это естественная конкуренция между странами.

Фото: ТАСС

— Если сравнить это с бизнесом, то многое зависит не от того, кто пытается сдержать конкурента, а от самого конкурента: насколько умело тот действует. Россия ведь может и не давать себя сдерживать, а, наоборот, развиваться?

— Если бы Россия вела разумную внешнюю политику в отношении остального мира, она бы просто не давала возможности странам-конкурентам официализировать их враждебность. И есть огромное количество стран, которые, не становясь придатками, не становясь колониями крупных западных держав, при этом активно и хорошо развиваются. Это они делают благодаря тому, что проводят очень разумную внешнюю политику, которая не дает повода доминирующим державам в чем-то их обвинить, остановить, отбросить назад.

В мире есть на самом деле очень много локальных центров силы, не конфликтующих с миром. Стран, которые производят, как и Россия, по 1–2% мирового ВВП, много. Большинство из них растет быстро, их политика, очень разная, почти всегда не зависит от «воли Запада».

Посмотрите на отношения США с любой страной Евросоюза. На отношения со странами Скандинавии. Посмотрите, наконец, на их отношения с Объединенными Арабскими Эмиратами, с Саудовской Аравией. Мир сложнее, чем думают комментаторы российского телевидения. Если у кого-то нет достаточных и веских оснований для экономической атаки на страну, то эта атака будет слишком дорого стоить, не будет поддержана мировым сообществом, ударит по авторитету атакующего. Остальные сочтут его неразумным и не заслуживающим доверия.

Читайте также

Читайте также

Переговоры возможны. Но сначала санкции

Новый пакет американских ограничений призван «привлечь Россию к ответственности»

— Отношения США с теми, кого вы назвали, это отношения на равных?

— Саудовская Аравия идеологически очень отличается от Соединенных Штатов, а с точки зрения позиционирования в мире это такой же экспортер нефти, как Россия. Но позиция руководителей Саудовской Аравии отнюдь не подчиненная, они отнюдь не бегут исполнять поручения Вашингтона — и во внешней политике и, в первую очередь, во внутренней. При этом королевство пользуется режимом наибольшего благоприятствования в мире и хорошо развивается.

— Вы вынуждаете меня повторить прекрасный тезис: они подчинили свои внешнеполитические интересы американским, а мы — держава великая и суверенная.

— Какие именно «внешнеполитические интересы»? Скорее наоборот: это они навязывают США повестку в регионе. И это потому, что они думают, как совместить свои интересы с интересами крупных стран. Это взаимно и нормально на международной арене. И они не дают повода, чтобы их атаковали. Так поступают все разумные страны в мире, так поступать могла бы и Россия.

— То есть причина сдерживания Росси не в том, что мы встали с колен и надо не дать нам стать еще сильнее? Причина в нашей внешней политике?

— Еще раз: никто не желает России зла как такового. Но никто не хочет увеличения числа конкурентов. Хороших конкурентов или плохих, добрых или злых, красных или зеленых — никаких. Но!

Фото: Getty Images

В условиях многополярности мира и достаточно высокого уровня развития мировых институтов просто так сдерживать развитие какой-то страны, без причины или даже по причинам «морального» свойства, невозможно.

Тот, кто за это возьмется, больше в итоге потеряет. Поэтому даже Турцию, со всеми ее проблемами управления сегодня, никто не сдерживает. Аргентину или Бразилию, к которым тоже много вопросов, никто не пытается сдерживать, их политика совершенно не зависит от «указки из Вашингтона». А со странами, которые добровольно берут на себя роли изгоев, вроде Ирана, Венесуэлы, России, это будет разыгрываться, конечно, по полной программе.

— И если Россия поменяет внешнюю политику, но при этом останется такой же большой, сильной и все такое, то никто не станет нас сдерживать?

— Большая, но с обитаемой территорией в 40% от общей площади? Сильная, но не способная разработать и произвести современное оборудование? Но по сути — да, надо строить свою внешнюю политику так, чтобы для попыток сдерживания просто возможностей в современном мире не было.

— При этом Запад говорит, что хотел бы видеть Россию страной демократичной, предсказуемой…

— Нет, это риторика, она важна, когда надо именно ограничивать развитие. Конечно, никто не думает про Россию как про демократическую страну. У западных стран нет такой цели. Повторю, они прекрасно сотрудничают и с Саудовской Аравией, и с Турцией. Китай — стратегический партнер для всего мира, а там нет никакой демократии. Индонезия чрезвычайно быстро растет — и при этом не «ложится», как сказали бы у нас, под другие страны, а проводит свою политику. И никакой демократии там нет, это олигархия. Малайзия развивается активнейшим образом и с большой помощью западных держав, а это вообще глубоко религиозная страна, о демократии там и говорить нельзя. Так что никто, поверьте, не будет требовать от России демократии, чтобы с ней сотрудничать. Вот предсказуемости — да, это обязательно.

Читайте также

Читайте также

«Больше риска, меньше покупателей»

Что будет с российским госдолгом и курсом рубля из-за новых санкций США?

— Тогда я не понимаю, чем плох для них был Советский Союз. А его сдерживали.

— Советский Союз был как раз непредсказуем. Его непредсказуемость в реальности была даже не в том, что он мог ввести войска в Афганистан или сбить корейский самолет, хотя мог, и делал это, и постоянно угрожал расширением своего влияния, и финансировал экстремистов даже в развитых странах. Непредсказуемость СССР, в 70–80-е годы особенно, была в том, что его экономика очевидным образом разрушалась. И не было понятно, в какой момент миллионы беженцев начнут прорываться через границы с территории Советского Союза. Вероятный распад страны с гражданской войной — это была главная непредсказуемость, этого боялись больше, чем пьяного капитана подводной лодки с ядерными ракетами. И в этом смысле, конечно, достаточно много усилий во второй половине холодной войны Запад прилагал просто для того, чтобы направить этот сценарий в максимально безопасное русло.

— Попробую подытожить. Если неразвитую экономически страну сдерживать, она развалится. Если не сдерживать — разовьется и станет конкурентом. И что им делать с нами?

— Нет, не так. Сдерживание не означает развал, оно означает замедление. Советский Союз разваливался в силу своих внутренних причин. И слабое экономическое развитие не означает развал. Сегодня Россия с точки зрения снабжения, социальных институтов и так далее — это небо и земля по сравнению с Советским Союзом. Россия сравнительно безопасна с точки зрения внутреннего взрыва. Это обеспечивается в основном за счет того, что сырье продается в огромном объеме. Но плюс — функционирует нормальная рыночная экономика. Нормальная не с точки зрения рисков и прав, а с точки зрения механизмов. Рубль стоит столько, сколько стоит, есть биржевые цены, есть естественные рыночные механизмы. И это намного стабильнее, чем абсолютно искусственная и нежизнеспособная советская экономика.

Фото: ТАСС

— И если Россия перестанет вмешиваться, как уверены на Западе, в их выборы, если перестанут появляться новости о «Новичке» и «Буках», от России отстанут с вопросами о правах человека и прочих глупостях?

— Конечно, не отстанут. Конечно, будут приставать. Точно так же, как пристают к Китаю.

— Не так уж к нему и пристают.

— Вот и к нам будут приставать не больше. Потому что все внутренние проблемы, если только это не массовый геноцид, при открытых границах, при поддержании какого-то декоративного уровня свободы слова — это только интерес правозащитных организаций, занимающих сравнительно скромную нишу в мировом политическом пространстве. Большая политика все-таки делается без оглядки на них. Поэтому, говоря цинично, если бы наша власть хотела вернуться в клуб стран, которые могут совместно развиваться, то в общем-то можно было бы справиться и без демократии, и без реальной оппозиции в парламенте, и так далее.

— Так за чем же дело стало? Ну, отстаньте от остального мира — и делайте со своими гражданами что хотите. Экономика будет развиваться — глядишь, и самые буйные граждане утихнут. Нет?

— Активно развивающаяся экономика формирует плохо предсказуемые серьезные потоки частного капитала. И эти потоки легко используются для политической борьбы. Именно поэтому в открытых капиталистических странах не приживается авторитарное управление. А одна из задач нашей сегодняшней власти — держать страну в состоянии, при котором таких независимых потоков частного капитала не формировалось бы.

— Поддерживать уровень, при котором люди небогаты, несвободны и желательно еще не очень образованны?

— Лаконично и точно. Нет богатства — нет ресурса финансировать политику. Нет свободы — нет ресурса объединять единомышленников. Ну а образование — это вообще враг диктатуры, оно способствует широте взглядов и стремлению к новизне. Поэтому образование лучше заменять развитием навыков. Способность мыслить — способностью делать. Научить людей делать простые и понятные вещи, которые дают им возможность жить, быть адаптированными к среде, вписаться в статус-кво и бояться его утратить. Развивать либо ремесленные училища, либо школы для узко одаренных детей, учить там побеждать в олимпиадах, но не понимать окружающий мир в его сложности и разнообразии. Привить людям страх перед новым, другим, необычным, чтобы лишить их возможности доверять друг другу и объединяться. Желательно, чтобы они испытывали постоянное чувство тревоги и недоверия. А любой способ абстрактного и независимого мышления объявить враждебным. Вот вам идеальная конструкция.

Читайте также

Читайте также

Одиночество России — 2

Чем для нас обернется союз с Китаем

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#сша #россия #санкции #торговля #ограничения

важно

4 часа назад

«Дальнейшее голодание может привести к смерти». Врачи Навального призвали политика прекратить голодовку

важно

5 часов назад

Путин заявил о готовности обсудить с президентом Украины двусторонние отношения в Москве

Slide 1 of 7

важно

7 часов назад

МИД Чехии: в российской дипмиссии в Праге останутся пять дипломатов

важно

9 часов назад

Шойгу пообещал отвести войска от границ Украины с 23 апреля. После этих слов рубль ускорил рост

важно

день назад

МИД РФ объявил о высылке из России десяти американских дипломатов

выпуск

№ 44 от 23 апреля 2021

Slide 1 of 11
  • № 44 от 23 апреля 2021

Топ 6

1.
Открытое письмо

«Вплоть до остановки сердца» Врачи обратились к директору ФСИН: состояние Алексея Навального близко к критическому. Публикуем полный текст письма

334966

2.
Комментарий

«Это казнь без приговора» Что значат показатели крови Алексея Навального. Анализирует известный врач-невролог Майкл Мирер

184881

3.
Комментарий

За донаты — до 8 лет Что будет с активными соратниками и рядовыми сторонниками Навального после того, как штабы политика внесут в список экстремистских организаций

115035

4.
Сюжеты

«Подсудимого узнать невозможно» Cудья из Воронежа оправдала 11 участников январских митингов. Дела закрыты за отсутствием состава правонарушений

109310

5.
Расследования

Да борт он класть на всех хотел! Еще раньше, чем в Геленджике, «аквадискотека» появилась на яхте Абрамовича за 500 млн евро

106932

6.
Сюжеты

Как тут не вознестись? Прокуратура заинтересовалась вертолетной площадкой у резиденции Нижегородского митрополита. Но в этой епархии есть еще много чего интересного

96505

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera