Сюжеты

Новогодний штурм Ледяного кремля

Снежная Королева и три сосули власти против свободы слова. Комикс

Общество

 

Под Новый год в проекте «Кафка-Zаговор» перечитали и отредактировали старинную зимнюю сказку.

Комикс: Капыч — специально для «Новой газеты»

Есть продолжение

 

24 декабря Светлана Прокопьева сообщила, что ее дело вернули на доследование. Будет назначена новая лингвистическая экспертиза.

«Поодиночке отбиться уже невозможно»

Галина Арапова
директор Центра защиты прав СМИ

— 2019 год выдался достаточно разнообразным с точки зрения использования новых методов ограничения свободы слова и оказания давления на журналистов и всех, кто распространяет информацию в интернете. Мы видим, что законы, которые в этом году были приняты, направлены на подавление критики власти: это и закон о «явном неуважении» к власти, и «новогодний подарок» нашей Госдумы — закон о признании физических лиц «иностранными агентами». Они направлены на то, чтобы выдавить свободное слово, выдавить активистов и журналистов из зоны критического осмысления происходящего; ограничить возможность распространения информации, отличающейся от той, что распространяют федеральные каналы.

Любое слово, которое выглядит не как официальное, фактически подвергается серьезному прессингу, а в идеале замалчивается.

Те инструменты, которые использует власть, в основном направлены на блокировку сайтов, ограничение публикации самого разного контента, объявленного запрещенным к распространению в РФ. Причем количество таких тем растет, как снежный ком. Что мы имеем в результате? Мы имеем ограничения по темам, по распространению информации онлайн путем блокировки, преследования журналистов и блогеров, которые пишут на эти темы или высказывают критику в адрес власти.

Дело Прокопьевой — ее защищает наш адвокат — является одним из самых ярких примеров, когда за обычную, качественную журналистику человека преследуют самым жестким образом. Просто потому, что объектом критики оказались государство и спецслужбы. Система не просто оказывает давление на журналиста, пытаясь закрыть ему рот, а показывает и ему, и всем остальным, что есть темы, которые являются сакральными. И одна из них — работа спецслужб и их критика.

Де-юре — не запрещено, но попробуйте опубликовать и увидите, каким образом мы можем скрутить вам руки.

Мы видели примеры жестких преследований журналистов, как будто не связанные с их профессиональной деятельностью. Это и дело Рудникова, которого нам удалось освободить после полутора лет в СИЗО и вывести свободным из зала суда. Это и дело Ивана Голунова, и дело Жалауди Гериева, который освободился недавно.

В этом ряду и дело Абдулмумина Гаджиева. Использование законодательства о противодействии терроризму и экстремизму — один из самых излюбленных приемов против журналистов у российских (и не только) спецслужб. Мы видим это же в Азербайджане и в Турции. Абсолютно одинаковые подходы, когда законы, призванные обеспечить безопасность общества, используются с целью ограничения свободы слова, свободы передвижения, свободы мирных собраний. В случае с Абдулмумином Гаджиевым — исключительно для того, чтобы выбить одного независимого журналиста из рабочего поля, поставив его в ситуацию, когда ему будет необходимо отбиваться от очень тяжких обвинений.

Мы понимаем, что на самом деле подавляющее большинство уголовных дел о терроризме и экстремизме заканчивается обвинительным приговором.

Это фактически билет в один конец.

В лучшем случае — долгая борьба за то, чтобы доказать, что ты невиновен, в худшем — лишение свободы и потом обжалование в ЕСПЧ. Многие испорченные годы жизни. И все потому, что человек был журналистом в сложном регионе, где происходит масса событий, которые он честно освещал. Газета «Черновик» в Дагестане является одним из независимых СМИ, которое продолжает честно работать и сохранять принципы независимой журналистики, даже после того, как был убит основатель газеты Хаджимурад Камалов. Не удивительно, что атака произошла именно в отношении журналиста этой газеты.

Ситуация, которую мы наблюдаем с Ильей Азаром, выросла из его активной гражданской позиции, из его позиции журналиста. И мы видим, как государство использует те же самые приемы, что и в отношении оппозиционных политиков: они просто не дают ему выйти из череды административного преследования. Просто, чтобы убрать его из зоны свободного распространения информации.

Власть начала использовать инструменты давления, не связанные напрямую с выражением мнения. Человеку сложнее защищаться в такой ситуации, и это тоже ставит нас в совершенно новые условия, когда свободу слова нам всем приходится отстаивать самыми разными способами. В том числе мы должны понять, что это преследование вовсе не за наркотики, педофилию или терроризм, а за позицию, последовательное системное освещение ситуации в стране — честное, свободное и непредвзятое. Таких людей точечно пытаются выбивать из числа свободных голосов. Пока они находятся в ситуации преследования,

это не дает самому человеку заниматься профессиональной деятельностью и отвлекает от работы остальных: надо же его защищать.

Это в целом такое «придавливание» возможности распространять информацию по самым разным каналам. Не введение одного закона, который бы устанавливал полный запрет (как, например, цензура), а некий пазл, который складывается из самых разных инструментов. И власть искусно ими пользуется. С подобным давлением бороться гораздо сложнее.

Еще это накат с целью дискредитировать профессию честного журналиста, дискредитировать журналистику расследований, дискредитировать независимые СМИ. Поставить их в ситуацию крайне сложную для продолжения работы: задавливание штрафами, уголовными преследованиями.

То, что мы видели десять лет назад и то, что мы видим сейчас, — это две совершенно разные России и два совершенно разных медиасообщества.

Сложно сказать, что нам принесет следующий год. Я не думаю, что все это вызовет массовый страх и журналисты перестанут выполнять свою миссию. Появляются новые расследовательские проекты, мы видим, что они гораздо более яркие и острые, чем все, что было несколько лет назад — это означает, что запугивание все-таки не работает. Подрастает новое поколение, которое не готово мириться с давлением. На место тех, кто уйдет, придут новые журналисты. Они, может, будут более подготовлены к такого рода давлению, потому что они другого и не знают.

Уходящий год нам принес еще одну очень важную вещь — это осознание в журналистском сообществе, что нельзя молчать, надо проявлять солидарность. Поодиночке отбиться уже невозможно.

Авторы: Евгения Сосина, Леонид Никитинский, Капыч

Над проектом работают: Леонид Никитинский, Юлия Счастливцева, Анна Игнатенко, Сергей Лебеденко, Вера Челищева, Евгения Сосина и Никита Гирин

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera