Сюжеты · Общество

Его звали Колиберда

О том, кто спас из огня десятки людей и оставлен в безвестности. Особенности коллективной амнезии

Этот материал вышел в № 140 от 17 декабря 2018
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 140 от 17 декабря 2018

18:50, 15 декабря 2018Алексей Тарасов, Обозреватель

24704

18:50, 15 декабря 2018Алексей Тарасов, Обозреватель

24704

Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

В наступающем году 2 июня будет 60 лет неизвестной и не переработанной национальной памятью катастрофе: на станции Минино под Красноярском груженый товарняк на скорости 60 км/ч въехал в стоявший нефтеналивной состав. 50-тонные цистерны с горючим, громоздясь друг на друга, складываясь гармошкой и сходя с рельсов, опрокинули последние вагоны остановившегося на соседнем пути пассажирского поезда Красноярск — Абакан. Горючее разлилось и вспыхнуло, дальше цистерны пошли взрываться. Очевидцы говорят о двух, трех и даже четырех вагонах с людьми, завалившихся набок и сгоревших. Двери в них были закрыты: остановки в Минине не предусматривалось.

Внутри — помимо обычных пассажиров, дачников, большой отряд пионеров, возвращавшихся в Хакасию из Красноярска со слета и праздника по случаю Международного дня защиты детей.

Катастрофу засекретили, погибших быстро похоронили, их списки в архивах не найдены. Билеты тогда были не именные. Начиная с 90-х братская могила приходила в запустение. Пока родители сгоревших были живы — приезжали (со всей страны, так мне рассказывали мининцы, — из Уфы, Владивостока и т.д.), но специфика этой трагедии, детской, такова, что память продлевать некому. Таблички с именами, прикрученные родственниками к могильной ограде, открутили, сдали в лом.

Уцелевшие таблички на ограде братской могилы. Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

«Новая» писала о гражданской инициативе обиходить могилу и восстановить картину катастрофы, имена ее жертв (из темноты их выуживают по одному). Единомышленников собрал Михаил Афанасьев, будучи еще журналистом, продолжил с новыми ресурсами и возможностями, став советником главы Хакасии по правам человека. По мере сил помогает и «Новая».

Как водится, из рассказов очевидцев всплывают и подлецы, и герои. О последних. Сведения о молодом мужчине, что, не мешкая, разбил окно девятого вагона, помог бежать через него народу, и умер, обгорев, подтвердились наполовину. Мужчина выжил. И он действительно спас десятки людей: найдены те, кто конкретно выпрыгивал, нырял на насыпь головой вперед со столика у боковых сидений и через лучи от разбитого стекла — так и было. В девятом вагоне погибла только молодая пара. В другом завалившемся вагоне (или даже двух или трех) такого человека не нашлось.

В «Зимней вишне» первый и третий кинозалы вышли и спаслись. Спаслись и те 13 человек, кто не мог спуститься и поднялись на крышу. Второй кинозал ждал помощи минут 15. Из него выжил только один, решивший выйти мужчина. Две его дочери и еще 34 человека, оставшись на месте, погибли. Они действовали по государственной инструкции: ждали пожарных и спасателей. Вспоминаю главную трагедию уходящего года не потому, что зрительный зал или вагон — в этом отношении — похожи; Минино-1959 и Кемерово-2018 — классические огненные ловушки. Не из-за совпадения числа жертв (наименьшее оценочное число погибших в Минине — 65, в основном дети). Но — куда уж наглядней: есть человек, готовый взять на себя ответственность и действовать, при этом — действовать правильно, или такого человека нет.

Имя человека, 2 июня 1959 года взявшего на себя ответственность за спасение вагона и его спасшего, — Геннадий Колиберда.

Геннадий Колиберда (здесь ему 45 лет). 

Табу

Уцелевшие в катастрофе всегда полуслепы, не зря говорят «врет, как очевидец» — после пережитого шока память работает дискретно. Нейтрализует, камуфлирует травматический опыт, защищая человека от перегрузки и помешательства. Компенсаторные механизмы. «Ты только все, пожалуйста, запомни, товарищ Память» — это желание для прошедших кошмар неисполнимо, память усекает себя, чтобы ее носитель не тронулся. В дробной реальности воспроизведенной очевидцами катастрофы есть просто поразительные моменты — как нечто внутри нас или некто вовне сберегает психику. Одна из сестер Борисовых, ей тогда было 6 лет, вспоминает: когда они, спасшиеся из огня, добежали до отогнанного состава, и поезд тронулся вновь — света не было, а люди стояли, как сельди в бочке. Младшая сестра, тогда четырех лет, — об этом же моменте:

«Когда сели снова в вагон, кажется, я у мамы была на руках все это время. Засыпала и просыпалась от собственного крика, и снова засыпала».

Дети обожжены, а у матери руки — сплошное мясо, она бы не смогла ими держать дочь. Но кто-то прижимал девочку и баюкал, успокаивал материнским голосом.

Сестры делятся этим с посторонними впервые за 60 лет. Что неудивительно. Но, оказывается, они и меж собой о том дне, определившем во многом их судьбы, никогда не говорили. В их домах, в домах других пострадавших — молчали. Почему, тоже, в общем, понятно: сестер Борисовых было три. Самая старшая — ей через несколько дней после катастрофы исполнилось 8 — могла бы рассказать больше всех (да, наверное, в том и дело, что очень хорошо помнила), но получила так и не устраненные проблемы с психикой, сейчас ее уже нет в живых. Поэтому и в этой семье, и в других — табу на внутреннее разрушение, секреты, запреты. Сокрытие, самоцензура, как анестезия, требовались, чтобы жить.

После аварии сестер раздали по родственникам. Это тетя Ариша и ее дети Семен и Нина, они постарше, в центре пострадавшая -- маленькая Наташа. 

А потребность сейчас, спустя 60 лет, высказаться — притом что все эти годы своей памяти избегали, отстранялись от нее — вызывает на помощь аналогии и олитературивание. Например, говоря о себе, вспоминают все ту же «Зимнюю вишню»: «как и мы, купили билет в адское пекло, за триста рублей», «горячее дыхание смерти». Некоторые вещи проверить невозможно, надо рассчитывать, когда говорят, что огонь поднялся на 500 метров, что над станцией выросло грибовидное облако… Сейчас, конечно, уже непредставима глубина мининского ужаса, сколько ни всматривайся.

«Возможно, прощайте»

Предсмертные слова погибших в Кемерово детей: что они говорят о поколении, которое идет нам на смену

Сын Геннадия Колиберды Александр пережил эту катастрофу в два с половиной года. Что-то было — смутное знание этого всегда было при нем, но лишь сейчас он узнал, что именно, подробности и роль отца. После появления первых свидетельств в прессе начал расспрашивать сестер — они к моменту катастрофы были старше и помнили больше. Они и сказали первыми, что его отец спас всех. Об этом все знали в их семьях, но никогда о том не говорили. А потом нашлись и другие спасшиеся пассажиры девятого вагона.

Преодоление

В тот день они отправились на летний отдых к родителям большим коллективом: Геннадий Александрович с женой Раисой Абрамовной и сыном Александром, их невестка Елизавета Михеевна с тремя своими дочерями — Тамарой (8 лет ей готовились отмечать уже в доме бабушки), Наташей (6), Ниной (4). С ними же ехала и нянчилась с самым младшим — Сашей — его двоюродная сестра Валентина. По возрасту она детям была как тетя, в момент аварии она с Сашей на руках находилась в тамбуре.

Александр Колиберда. Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

Александр Геннадьевич Колиберда:

Не удалось отобразить 667

Наталья Федоровна Борисова:

Не удалось отобразить 667

Нина Федоровна Балабанова (Борисова). Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

Нина Федоровна Балабанова (Борисова):

Не удалось отобразить 667

Говорить об этом и 60 лет спустя тяжело. Слева направо: А.Г.Колиберда, А.А.Колиберда, Н.Ф.Балабанова. Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

Корни

Г.А. Колиберда родился в 1932-м, предки его из древнего села Келеберда на днепровском мысу, в Прибайкалье сосланы при царе. Летом хлебопашествовали, зимой собирали гигантские плоты, что весной сплавляли на Якутск. Когда Гене было шесть лет, отца по приговору тройки при УНКВД Иркутской области расстреляли. Крестьянину вменили «измену Родине» и «организационную контрреволюционную деятельность». Расстреляли также брата, еще одному дали 10 лет лагерей. Из Книги памяти Иркутской области: Калибердо Александр Егорович (1886 г.р., Жигаловский р-н, с. Новопашино), расстрелян 3 июля 1938 г. в Иркутске, обвинение — ст. 58-1 «а», 58-11 УК РСФСР, реабилитирован 1 октября 1957 г.; Колибердо Василий Егорович (1894 г.р., Жигаловский р-н, дер. Новопашино), расстрелян  27 февраля 1938 г. в Иркутске, обвинение — ст. 58-10, 58-11, реабилитирован 10 мая 1958 г.; Колибердо Петр Георгиевич (1900 г.р., Жигаловский р-н, дер. Рудовка), арестован 23 июня 1938 г., обвинение — ст. 58-7, 58-11, приговор — 10 лет ИТЛ, реабилитирован 19 января 1957 г.

(Буквы «о» и «а» в этой фамилии в метриках всю историю гуляли по прихоти писарей; у Геннадия в документах было и «Колибердо».)

Еще один брат спасся — узнав об арестах, схватил семью и на лодке ушел в Бодайбо. Дочь его потом рассказывала: «Бежали, как евреи от египтян». Проверено: когда достают и в Сибири, и на Севере, надо уходить еще дальше на север и на восток.

Гена — 11-й ребенок в семье, всего их было 14, трое умерли в младенчестве. Старший служил в армии («служил власти» — тут говорят), когда забрали отца, просил дать ему кратковременный отпуск — съездить разобраться, командир сказал: могу отпустить, но не отпущу — уже тебя не увижу. Потом, когда служил Гена (1950–1953, Кяхта, граница с Монголией), умерла мать, на похороны съездить не дали. Через много лет он все-таки расскажет внуку эту тайну — откуда у него татуировка «Не забуду мать родную».

Четверо старших братьев ушли на войну. Михаил, 1925 г.р., погиб в Прибалтике, Николай и Василий вернулись, Александра призвали к концу, в 1945-м, попал на Тихоокеанский флот. Гена с 13 лет пахал на тракторе в родной деревне Новопашино.

Всю остальную жизнь — и до Минина, и после — водил грузовики. Дальнобой, по всему краю, на Север, по зимникам, караваны МАЗ-200 в минус 50 шли на золотодобывающие прииски.

А жена Раиса Абрамовна, еще укрепившая этот стальной характер, — из Бондарева (130 верст от Абакана на юго-запад), туда и ехали 2 июня 1959-го. Девичья фамилия Борисова. Это один из девяти родов крестьян-вольноотпущенников, что переселился сюда, на край империи, с разрешения Хакасской Степной Думы в 1830-м из-под Воронежа. Все они, 82 души, были отпавшими от православия субботниками (праздновали субботу, а не воскресенье, отсюда и название; в доме Александра на кухне увидел именно такой настенный календарь — недели заканчиваются субботой). РПЦ называла их иудействующими или жидовствующими.

В переизданном в этом году труде богослова, протоиерея Тимофея Буткевича (1854–1925) показано, как быстро распространилось это учение к 1825 году, когда Святой Синод издал указ «о мерах к отвращению распространения жидовской секты под названием субботников», а светское правительство начало высылать субботников на Кавказ. У ереси разные толки; те субботники, что жили в Бондареве, по Буткевичу, «отвергают Талмуд, обрезываются, признают только Иегову, считают Христа пророком, ожидают Мессию, подразумевая под этим именем водворение правды на земле, царство духа, разума и свободы; смеются над евреями, ожидающими Мессию — земного царя». Сюда же позже начали ссылать молокан (те в пост употребляли молоко; отвергали многие догмы: иконы, мощи, церковные обряды, не признавали царя помазанником Божьим). Бондаревцы, люди фронтира — и географического, и духовного, первыми в Минусинской котловине создали систему ирригации, собирали рекордные урожаи.

Субботники назвали свое селение Обетованным. Енисейский губернатор, узнав о том только в 1851-м, пришел в ярость и переименовал Обетованку в Иудино. За год до катастрофы в Минине село вновь переименовали. В Бондарево — в честь ересиарха (в трактовке РПЦ) и гения (по отзывам Льва Толстого), крестьянского мыслителя и писателя Тимофея Бондарева, сосланного сюда в 1867 году и 31 год здесь учительствовавшего.

К 1929-му, коллективизации, здесь жили 3945 человек. Свиней, само собой, почти не держали (15 голов), зато 3184 лошади, 3658 коров, 4988 овец. (Сейчас хозяйство «Бондаревское» обанкротилось, а народу втрое меньше.) Для организации колхозного движения сюда, по архивным справкам, прибыли ленинградские рабочие Голощенко и Голод; «в течение короткого времени» с помощью войск ОГПУ 124 семьи кулаков и зажиточных крестьян из деревни убраны. Из архивов же: с августа 1941 года до 1945-го деревня принимает 63 воспитанников ленинградского детского интерната. Делились тем немногим, что осталось после Голощенко и Голода. Ленинградцы возвращались с благодарностями в 1980 году и 1985-м.

У Борисовых отобрали дом — в семье тогда было шестеро детей, Раисе полтора года, всех, как щенят, выкинули в 1932-м. Дом справный, стоит и сейчас. А твердые нравственные устои, трудолюбие позволили выстоять и прожить достойную жизнь всем этим советским-несоветским (их еще сейчас называют «архаичными») людям.

Не удалось отобразить 667

В двухкомнатную квартиру в новом и более благополучном микрорайоне семья Геннадия Колиберды переехала лишь в 1994-м, ему оставалось еще три года жизни.

Долги

Александр, внук Геннадия Колиберды. Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

Внук Геннадия Колиберды Александр, ему 42 года, они много общались с дедом:

Не удалось отобразить 667

А.Г. Колиберда:

Не удалось отобразить 667


Катастрофа в Минине не сочеталась с хрониками построения коммунизма — тогда красноярцы воздвигали крупнейшие в мире алюминиевый завод (КрАЗ) и ГЭС для него, перекрывали Енисей. Но почему дети во тьме сейчас, спустя 60 лет? Почему они безымянны?

На братской могиле детей

Тайны захоронения в Минине не понять, не обернувшись к расстрельным рвам под Красноярским алюминиевым заводом

Можно ли сравнивать эффекты, защищающие психику отдельного человека, с тем, что происходит с коллективной памятью в России? А чем еще, кроме механизмов вытеснения, объяснить ее дробность и ущербность, абсолютную пустоту и неупоминание там, где должны стоять хотя бы памятные камни и проходить школьные уроки отечественной истории? Например, у проходной КрАЗа или в богатом красноярском жилмассиве Взлетка — и то, и это воздвигнуто на месте расстрельных рвов и полигонов времен Большого террора.

Не удалось отобразить 667

Чем, действительно, объяснить отсутствие в Красноярске мемориала жертвам политрепрессий и перманентные попытки установить бюст Сталина? Мининская, детская катастрофа — тоже психотравма, к чему о ней помнить? К чему ворошить прошлое — это реальный вопрос многих, с кем приходится иметь дело при выяснении событий 2 июня 1959-го.

Стоит ли искать словесное выражение для пережитого ужаса и делиться им? Зачем эксгумировать шок и травмы? Вспоминать панику, озверение, умопомешательство? Выяснять, скольких же похоронили в ящиках, опущенных в братскую могилу, если запекшиеся тела съежились в разы, если кости и черепа рассыпались, когда их поднимали?

Обелиск на детской братской могиле. Фото: Алексей Тарасов / «Новая газета»

Ну, во-первых, может, детей все-таки начнут учить не бросать гранаты, а спасать себя и других в ситуациях, от которых не застрахован никто. Во-вторых, с чего вообще мы должны соглашаться с тем, что люди, не очень удобно для государства погибшие, не достойны поименного упоминания даже на кладбище? А примерить это на себя и своих близких?

Не удалось отобразить 667

И последнее. Коллективные наши бесконечные фрустрации, неадекватные оценки и представления, комплексы, неверные цели — оттуда во многом, из дырявой памяти о прошлом страны: тут помню, тут нет. В вынужденных семейных тайнах, выученном беспамятстве бывает смысл, надо жить дальше. Это право молчать и не думать. Но какой толк в национальной амнезии?

Понятно, почему архивы, приоткрытые в 90-х, захлопнулись. И почему мы еще долго не узнаем всей правды о сталинских репрессиях. Но зачем отфутболивать запросы о мининской катастрофе?

Эти документы следует предать гласности. А машиниста Владимира Вырвича, отогнавшего уцелевшую часть состава, затем вернувшегося бегом к горящим вагонам, умершего через несколько часов от ожогов, и Геннадия Колиберду, спасшего девятый вагон, надо бы, как мне кажется, посмертно наградить. Поклониться хотя бы сейчас, спустя 60 лет.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#герой #железная дорога #дети #красноярский край #катастрофа
Slide 1 of 7

выпуск

№ 32 от 26 марта 2021

Slide 1 of 11
  • № 32 от 26 марта 2021
  • № 31 от 24 марта 2021
    № 31 от 24 марта 2021
  • № 30 от 22 марта 2021
    № 30 от 22 марта 2021
  • № 29 от 19 марта 2021
    № 29 от 19 марта 2021
  • № 28 от 17 марта 2021
    № 28 от 17 марта 2021
  • № 27 от 15 марта 2021
    № 27 от 15 марта 2021
  • № 26 от 12 марта 2021
    № 26 от 12 марта 2021
  • № 25 от 10 марта 2021
    № 25 от 10 марта 2021
  • № 24 от 5 марта 2021
    № 24 от 5 марта 2021
  • № 23 от 3 марта 2021
    № 23 от 3 марта 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Расследования

Крым их Как поделили полуостров друзья Владимира Путина и местные чиновники. И чем этот «дележ» обернулся для обычных жителей

497228

2.
Сюжеты

«Заткните это животное!» В Находке структуры, которые были связаны с Ротенбергом, строят завод по производству метанола для Китая. Он нравится всем, кроме местных жителей

188228

3.
Репортажи

Миллиардер. Из Пензы Как выживает один из беднейших регионов России, где губернатор арестован за взятки. Репортаж «Новой»

187448

4.
Колонка

Масочный режим для фуфловира Главу «Биотек» Шпигеля арестовали потому, что госструктуры не простили частникам конкуренции в ковид-пандемию. А губернатор пошел довеском

183857

5.
Сюжеты

«Умирать я буду одинокой» Пройти девяностые и штурмовать Грозный, биться на ринге и прыгать с парашютом. Ничто не сделает мужчину — мужчиной, если внутри него живет женщина

166729

6.
Версии

Танкер, который смог Почему блокировка Суэцкого канала не похожа на случайность

101836

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera