В Петербурге утвердили итоги выборов Законодательного собрания следующего созыва. В городском парламенте будет пять фракций: «Единая Россия» (54,66% по спискам), «Новые люди» (12,35%), ЛДПР (12,15%), КПРФ (10,75%) и «Зеленые» (6,1%). С учетом того, что единороссы выиграли 21 из 25 одномандатных округов, они получат 37 мандатов из 50, «Новые люди» и ЛДПР — по 4, «Зеленые» — 3, КПРФ — 2.

«Справедливая Россия», работавшая в прежнем созыве ЗакСа, получила 2,65% и не попала в новый. «Яблоко», также работавшее ранее в ЗАКСе, на выборы вообще не допустили.

Глава Горизбиркома Максим Мейксин заявил, что на выборах «не произошло ни одного серьезного инцидента».

Член горизбиркома от «Яблока» Павел Шапчиц — единственный, кто голосовал на комиссии против утверждения итогов выборов, — с этим категорически не согласен. И заявил в своем «особом мнении», что не сомневается в достоверности результатов выборов — он уверен в их недостоверности.

Шапчиц указывает несколько «блоков» причин, по которым он приходит к своему мнению. Но, как уже сказано, лишь «особому» — все остальные члены горизбиркома, и в том числе представители других партий, со всем происшедшим согласны.

Блок первый: отсутствие гласности в работе участковых избирательных комиссий в дни голосования и прозрачности избирательных действий

В массовом порядке к работе на избирательных участках не допускались наблюдатели от «Яблока» (и в ряде случаев и других партий — КПРФ и «Справедливой России»). Все они не допускались, с точки зрения Шапчица, незаконно:

• списки наблюдателей принимались неизвестными лицами, которым территориальные избиркомы передавали полномочия по приему списков, после чего документы иногда «пропадали»;

• списки избирателей были якобы не подписаны кандидатами или они подавали якобы «испорченные диски» со списками (при этом, как в случае со списками, поданными кандидатом в Госдуму от «Яблока» Виталием Исаковым, представленные им документы, как можно предположить, просто подменяли);

• у наблюдателя нет регистрации по месту жительства в одномандатном избирательном округе Госдумы (это прямо противоречит федеральному закону, по которому для выборов в Госдуму наблюдателю достаточно быть совершеннолетним гражданином России).

Решениями судов отстранены или удалены с участков по искусственным основаниям более десяти членов участковых комиссий от «Яблока» и наблюдателей.

Иски обосновывались актами, составленными теми же членами участковых комиссий, от которых наблюдатели добивались законности и прозрачности избирательного процесса.

Ряд исков был вопреки закону подан в отсутствие коллегиального решения участковой комиссии, при этом истцы возражали против ходатайств ответчика об истребовании объективных доказательств — записей видеотрансляции.

Допущенные к работе в УИК наблюдатели, а также члены комиссий от «Яблока» и ряда других партий систематически получали отказы в ознакомлении с избирательной документацией. Им препятствовали в реализации права убедиться в правильности подсчета по спискам избирателей (например, часть членов УИК № 118 удалилась со списками в подсобное помещение и отказывалась вернуться).

…Тем временем отодвинутые «в сторону» наблюдатели фиксировали невозможные с точки зрения статистики и математики сведения, которые озвучивались устно. Так, на УИК № 775 за время подсчета, как свидетельствует наблюдатель от кандидата в Госдуму от «Яблока» Дмитрия Анисимова, трижды появлялись огромные серии голосов за одного кандидата — единоросса Александра Амелина. Его фамилия была озвучена 21, 19 и 14 раз подряд, вероятность даже только двух первых серий составляет 0,00000012%, при этом наблюдатели видели целые пачки бюллетеней за него с загнутым уголком (аудиозаписи имеются в распоряжении «Яблока»).

Не было реального доступа к видеотрансляции и архиву записей — вопреки праву зарегистрированных кандидатов на доступ к трансляции изображения с избирательных участков на служебном портале эта функция в личных кабинетах кандидатов на «Госуслугах» просто не работала.

Так, например, на трех УИК в одной школе № 349 голоса за кандидата от «Яблока» Анастасию Кизюкову распределились так: 5, 103, 5. Такого не бывает: голосовали люди из одного двора. К этой интересной закономерности добавляется и тот факт, что на участках, где не было членов комиссии от «Яблока» и наблюдателей, было аномально высокое количество случаев «надомного голосования», а общая явка в среднем выше в два раза.

Места для просмотра прямых трансляций были в Центре общественного наблюдения, но центр, имея 50 рабочих мест, сообщил кандидатам от «Яблока», подавшим заявки, что все места заняты.

На избирательных участках вопреки закону ограничивали или запрещали фото- и видеосъемку происходящего. Особенно часто запрещали снимать расположение бюллетеней в стационарном ящике, пломбы на нем при оставлении участка на ночь — в случае хранения бюллетеней в стационарном ящике, а также пломб на сейфах и т.д.

Кандидатов не допускали на подсчет голосов (так, в ночь подсчета голосов 21.09.2026 из помещений ТИК № 9, 28 была удалена кандидат в депутаты ГД по 215-му округу Ольга Юркевич). Наблюдатели на одном из участков насчитали 140 голосов за Юркевич, но в протоколе оказалась цифра в два раза меньше. Она возмутилась. Тогда председатель, по словам Юркевич, подошел к доске и исправил на 14, при этом с усмешкой спросил: «Так устроит?» Жалобы в ТИК ни у кого не приняли.

Кандидатов в Законодательное собрание и Госдуму Антона Костика и Дмитрия Хорзова вечером 20 сентября не пустили в здание администрации Московского района, чтобы присутствовать при приеме протоколов об итогах голосования в ТИК 19, 27, 48, а кандидата Кизюкову удалили с УИК № 486.

…Блок второй: «многодневное голосование», которое не позволяет осуществить эффективный контроль за сохранностью бюллетеней, списков избирателей, иной избирательной документации в ночное время.

Впервые за много лет в ходе голосования не были использованы комплексы обработки избирательных бюллетеней (КОИБ), между тем голосование с их помощью решало основную трудность при голосовании в течение нескольких дней подряд — вопрос обеспечения сохранности избирательных бюллетеней.

Стационарные ящики, конструкция которых разрабатывалась до введения голосования в течение нескольких дней подряд, не учитывает необходимость обеспечения защиты от несанкционированного доступа со дна ящика. А наличие заглушек и использование номерных пластиковых пломб не препятствует осуществлению манипуляций с избирательными бюллетенями.

А установление повреждений сейф-пакета не обязательно влечет признание бюллетеней в сейф-пакете недействительными (так было на УИК № 1107).

Данные в актах, которые составлялись при упаковке бюллетеней в сейф-пакеты, могли быть недостоверными (так, на УИК 2203 в акте было, по словам наблюдателей, указано 616 бюллетеней, в то время как в реальности их было 300), но наблюдателям не давали проверить правильность подсчета по книгам списка избирателей.

На ряде избирательных участков акты о проведении голосования с использованием стационарного ящика и сейф-пакета заполнялись без указания количества бюллетеней, выданных избирателям. И было невозможно сравнить число бюллетеней, указанных в акте, с числом бюллетеней, извлеченных из сейф-пакета после его вскрытия.

Нередко членам УИК и наблюдателям не давали расписаться на стыке клапана сейф-пакета.

Подписи не менее двух членов комиссий и наблюдателей (по желанию последних) — это одна из гарантий сохранности бюллетеней. Но попытки наблюдателей и членов УИК от «Яблока» реализовать свое право поставить подпись на сейф-пакетах встречали отпор (УИК 36, 37, 122, 444, 1206, 1209).

…Блок третий: возможное завышение явки.

Официальная явка, зафиксированная по городу, — 55,7% по партийным спискам и 53,3% по одномандатным округам.

Однако на сопоставимое время 18 или 19 сентября на УИК 106, 116, 168, 449, 465, 467, 484, 485, 488, 489, 607, 769, 947, 1766, 2219 наблюдатели и члены комиссий фиксировали значительные (от 100 до 750 избирателей) расхождения между данными их подсчета явки и данными, отраженными в актах об использовании сейф-пакетов и/или данных о промежуточной явке в ГАС «Выборы».

Если сопоставить данные о явке на похожих соседних избирательных участках с независимыми наблюдателями и без них, по уровню явки, отраженной в ГАС «Выборы», можно отчетливо видеть, где были независимые наблюдатели, а где нет.

Немало примеров радикальных различий по явке и итогам голосования на соседствующих избирательных участках — при наличии наблюдателя или в его отсутствие (один квартал, одна школа: УИК 1302 без наблюдателя — итоговая явка 52,2%, «Единая Россия» — 42,98%, а на УИК 1303 с наблюдателем — итоговая явка 30,8%, «Единая Россия» — 24,71%).

Отдельные ТИК давали сведения о явке, различающейся лишь на сотые доли процента в десятках соседних УИК.

Так, ТИК № 19 привела следующие данные о явке на 51 подведомственной УИК: на 50 из 51 — отличия в пределах четырех сотых процента, от 25,38% до 25,42%.

ТИК № 12 привела сведения о явке с отклонением от 30% не более двух сотых для 47 УИК из 58. Только три УИК (1753, 1762, 1766) показали явку соответственно 20,86%, 18,7% и 9,27%. В составах УИК, показавших явку 18,7% и 9,27%, есть независимые от администрации члены комиссий.

Итоговая явка на выборах в Государственную думу ФС РФ в Санкт-Петербурге в 2016 году составила 32,47%, а в 2021 году — 37,35%. Примерно такой уровень явки и фиксируется на УИК с независимыми наблюдателями.

…Блок четвертый: политически ангажированное формирование избирательных комиссий.

В рамках кампании по выборам депутатов ГД 2026 года избирательные комиссии стали представлять еще меньший спектр политических сил, чем в ходе кампаний 2024 года.

Федеральный закон требует назначать в состав комиссий не менее половины представителей парламентских партий (их в петербургском ЗакСе было шесть).

Составы территориальных избирательных комиссий сократили с 12 до 10 человек, и горизбирком стал назначать в них ровно по пять представителей парламентских партий. «Лишним», как правило, оказывалось «Яблоко».

Такая же операция была проведена с большинством участковых избирательных комиссий. Например, в Центральном районе их численность «урезали» до восьми человек. И ни в одну из 81 участковых комиссий не включили представителей «Яблока» (в ряде случае пострадала еще «Справедливая Россия»). Вероятность такого отказа при одинаковом отношении ко всем партиям — бесконечно малая величина.

Административное давление на назначенных членов комиссий. Так, 15 сентября три члена УИК от «Яблока» и «Справедливой России» получили повестки в военный комиссариат района на 9 часов утра 18 сентября, что препятствовало их работе в комиссиях.

Наравне с наблюдателями удалялись с участков во время голосования члены УИК с правом решающего голоса, направленные партией «Яблоко».

…Блок пятый: отсутствие оснований для регистрации списка партии «Зеленые».

2 июля 2026 года горизбиркомом был зарегистрирован список кандидатов в депутаты Законодательного собрания партии «Зеленые» по единому избирательному округу. Эта партия не была представлена ранее в ЗакСе, поэтому должна была для регистрации собирать подписи избирателей — не менее 20 тысяч.

Изучение Павлом Шапчицем даже части подписей, которые были представлены, заставило его прийти к предположению, что высокий процент подписей могли были быть признаны недействительными.

В двух первых же папках он обнаружил, что сведения об избирателях проставлены всего пятью лицами. На каждом листе имеется по пять строк для подписей избирателей, и каждый из перечисленных множества листов, по мнению Шапчица, содержит повторяющийся набор из пяти почерков. Только по одной из этих папок таких подписей, следует из особого мнений Шапчица, более 150, но в ведомости проверки они не указаны как недействительные.

В ведомости указано, что из отобранных для проверки 4 тысяч подписей недействительными в ходе проверки признаны 168 подписей избирателей. Даже если к ним добавить указанные 150 (только из одной папки), общее число недостоверных и (или) недействительных подписей может превысит порог в 5% от общего количества подписей, отобранных для проверки. На заседании Шапчиц предложил членам комиссии обозреть эти подписные листы и передать их почерковедам для проведения дополнительной проверки, но получил отказ.

Встречались и невозможные вещи: так, если верить подписным листам, один и тот же сборщик Андреева собрала за один день 220 подписей (44 листа по 5 подписей). При этом 21,5 тысячи подписей «Зеленые» якобы собрали за три дня, потратив 180 тысяч рублей: такой скорости и дешевизны сбора ранее в Петербурге и близко не было.

Шапчиц полагает, что в столь «лояльном» подходе к проверке подписей «Зеленых» — очень мало кому до этого известных в Петербурге, но совершенно лояльных Смольному, — могли быть проявлены двойные стандарты.

Тем более это наглядно, если вспомнить, по каким надуманным причинам («Новая» об этом писала) тот же горизбирком отказывал в регистрации списку популярного в городе «Яблока», которое оппонировало администрации по очень многим вопросам и было для нее главным раздражителем. Кстати, во многих регионах кандидатов от «Яблока» снимали именно по искам «Зеленых».

…Блок шестой: неравные возможности для агитации.

На официальном сайте администрации Санкт-Петербурга 22 августа был опубликован материал под заголовком «Александр Беглов: новая народная программа «Единой России» — честный контракт с обществом и основа для развития страны».

По содержанию, полагает Шапчиц, это предвыборная агитация. Впоследствии этот материал был распространен телеканалом «Санкт-Петербург», газетой «Санкт-Петербургский дневник» и другими.

Подобное прямо запрещено законом для должностных лиц — но никаких проблем ни для губернатора, ни для партии это не вызвало.

В свою очередь, у кандидатов от «Яблока» в массовом порядке не выпускали в положенный бесплатный эфир агитационные ролики на телевидение, а за само содержание роликов с лозунгами «За мир и свободу» запугивали ответственностью по административным и даже уголовным статьям.

…Блок седьмой: неудовлетворительная организация работы по приему и рассмотрению жалоб в дни голосования.

Несмотря на то, что Санкт-Петербургская избирательная комиссия получила значительное количество жалоб на действия или бездействие нижестоящих комиссий в части приема и обработки списков назначенных наблюдателей, подсчета голосов и рассмотрения жалоб, все эти жалобы не были вынесены на заседания рабочей группы и самого горизбиркома.

Подача жалоб в УИК и ТИК была зачастую крайне затруднена — при том что на протяжении дней голосования электронная форма приема обращений на сайте горизбиркома работала нестабильно (особенно с прилагаемыми файлами). В отдельных случаях (например, УИК 1371) отмечались случаи прямого уклонения от приема жалоб.

«Изложенные выше обстоятельства в своей совокупности позволяют мне не только усомниться в достоверности определенных Санкт-Петербургской избирательной комиссией результатов выборов депутатов Законодательного собрания Санкт-Петербурга восьмого созыва, но и выразить уверенность в их недостоверности», — пишет Павел Шапчиц в своем «особом мнении».

Отметим еще два выразительных примера.

Судя по данным итогового протокола ТИК № 59, на участке 1999 в Шушарах за кандидата от «Яблока» в ЗакС Михаила Буторина отдано ноль голосов. Однако именно на этом участке голосовал упомянутый Виталий Исаков, и именно за Буторина. И есть фотография его бюллетеня.

Глава горизбиркома Максим Мейксин в ответ на это на пресс-конференции в ТАСС заявил журналистам: «У нас все-таки тайное голосование, поэтому проверить мы не можем, за кого голосовал кандидат, а говорить можно, в общем, всё, что угодно».

Проверить нетрудно: пересчитать бюллетени. Но вряд ли это будут делать.

И второй пример: на выборах в Госдуму на участке 1992 в поселке Александровская, судя по порталу ГАС «Выборы», ноль голосов получил кандидат от «Яблока» Дмитрий Хорзов.

Жительница Александровской написала в сети «ВКонтакте»: «Ради приличия-то могли несколько голосов нарисовать… Хотя бы тот, который отдала я?» И сообщила, что подала жалобу в вышестоящую ТИК № 20. И предлагает «обратиться всем вместе, тем, кто голосовал за Хорзова, и посмотреть заодно, сколько реальных голосов было»…

Никто не будет возражать против засекреченных миллиардов рублей «резервного фонда правительства» и против сноса исторических зданий.

Против «концессионных соглашений», выгодных для коммерсантов, но невыгодных для города, и против «комплексного развития территорий» с переселением на многие километры от дома.

Против расширения и удорожания платных парковок и против новых небоскребов.

Спорить будут разве что о том, кто больше поддерживает президента и губернатора и проводимую ими политику.

Владимир Максимов