Объявление Павла Дурова террористом и экстремистом — скверная новость. Для самого Павла, кстати, далеко не в первую очередь. Кажется, что ему более или менее наплевать уже на статусы, розыски, санкции, хотя никому не пожелаешь оказаться в террористическом списке.

Это новость не очень хорошая для пользователей Telegram, потому что можно выстроить проекцию на будущее, что последует за блокировкой мессенджера в России и внесением в очень нехороший список его основателя. Понятно, что рассчитывать на послабления сейчас в любой сфере в принципе странно. И даже просто на то, что всё останется как есть на определенном уровне жесткости. Использование Telegram станет пособничеством террористам?

Но и это полбеды.

Гораздо более серьезным кажется другое. Дурова объявили террористом и экстремистом в минувшую среду. А в понедельник Дмитрий Песков сказал слова, которые моментально везде процитировали: «Россия продолжает контакты с Telegram по восстановлению доступа к мессенджеру». И очевидно, что-то, что случилось в среду, напрямую связано с тем, что было сказано в понедельник. Санкции против Дурова выглядят как ответ совсем другим людям. Чей ответ и кому?

Политологи и кремленологи скажут об этом точнее. Им виднее, кто входит в силовой блок в окружении президента и выступает за ужесточение всего, что можно ужесточить, и ограничение всего, что можно ограничить, а кто входит даже не в либеральную (с либерализмом там покончено), а в прагматическую группу, которая считает, что всё должно иметь какие-то пределы и что ограничения и запреты всё больше напоминают пальбу по своим же ногам. Очевидно, что между этими двумя направлениями есть противоречия. Наверное, они что-то там делят, распределяют какие-то сферы, борются за внимание президента и влияние на него. Но до сих пор считалось, что Путин каким-то образом это балансирует, не дает усилиться одним и обидеться другим, и эта странная конструкция остается устойчивой и позволяет власти держать всё под контролем. Где в этой конструкции т.н. простой народ и как там поживают вообще его интересы — это вопрос отдельный и, такое впечатление, волнующий участников увлекательного процесса балансировки не в первую очередь.

И тут, как бы трижды это ни было банально, хочется вспомнить про сменяемость власти. Вспомнить о том, что у власти есть не группы интересов, а ветви. Да, вот те самые странные законодательная, исполнительная и судебная. И «четвертая» власть — свободная пресса — тоже. Какая из этих ветвей функционирует полноценно? 2980 законов, принятых восьмым созывом Думы, — это не показатель эффективности, а показатель скорее аффективности работы. Как и процент оправдательных приговоров в России на уровне 0,19% — это не показатель безупречной следственной работы, а свидетельство того, что оправдание человека в суде считается для системы происшествием, сбоем.

Если власть не меняется годами, десятилетиями, то происходит не застой, а перерождение. Институты не работают так, как должны работать, и тогда приходится заниматься балансированием группировок, кланов, интересов, вручную настраивая и перенастраивая систему. Причем не обязательно, что долгоиграющий руководитель должен быть каким-то нехорошим человеком. Он может быть самым замечательным. Но в определенный момент он должен дать дорогу другому. Который может быть еще прекраснее. Или может быть хуже. Но пройдет положенное время, и появится шанс для более талантливого и способного человека.

Это касается не только политики — любой системы. Из деликатности избегу конкретных имен. Но долгие годы наши театры ассоциировались с именами многолетних руководителей — выдающихся режиссеров. После их ухода почти везде наступил творческий кризис. Не только потому, что «время изменилось», но и потому, что коллективы слишком привыкли жить в соответствии с привычками и требованиями конкретных людей, и перестроиться на иной лад становилось мучительно

В моем любимом спорте — та же история. Болельщики «Спартака» или «Манчестер Юнайтед» не дадут соврать. Великие (по нашим мерками или высшим европейским) команды после ухода олицетворявших их тренеров никак не могут прийти в себя и найти новое лицо — а старое им уже не подходит.

Которая заточена под него и без него недееспособна. Менять руководителей нужно именно для того, чтобы нормальный рабочий механизм не начинал превращаться в сложносочиненную конструкцию, которая рассыпется, если вынуть из нею всего одну шестеренку.

Так вот есть полное ощущение, что на прошлой неделе мы увидели очевидный сбой в работе системы. Когда одна группа интересов выступает за диалог с Telegram, а другая тут же в ответ делает этот диалог совершенно невозможным. Какие же диалоги могут быть с террористами и экстремистами? Противоречия, которые не должны были проявиться в публичном поле, вылезли в полный рост!

Многих насмешило, что противоправную деятельность Telegram решили проиллюстрировать скринами из VK. Это заметили не только специалисты — миллионы людей видели разницу, потому что пользуются и тем, и другим. Что за топорная работа? Как можно было допустить такую очевидную промашку? А если это не промашка? Сервис знакомств, через который, по утверждению ФСБ, украинцы вербовали террористов, прекрасно работал не только в Telegram, но и в VK, который прочно связывают с Кириенко. Может быть, силовики и ему «передают привет»?

Еще раз скажу, что есть люди, гораздо глубже меня во всем этом разбирающиеся, и они обязательно напишут в деталях, чьи тут интересы и в каких сферах, кто за какие активы борется и какие решения продавливает. Но это именно детали. А процесс кажется более или менее очевидным. Система теряет устойчивость, а баланс внутри нее нарушается. Еще ничего не рушится прямо сейчас, не летит в пропасть и т.п. Но конструкция нестабильна, а когда в обществе нет работающих механизмов сдерживания и эффективных институтов, всё это может рухнуть прямо нам на башку. И это мало кому понравится.