С ордерами на его арест и обыски в загородном поместье во Всеволожском районе Ленинградской области, его квартиры на Каменноостровском проспекте и офиса на Старорусской улице Санкт-Петербурга оперативники и следователи из центральных аппаратов ФСБ и Следственного комитета России нагрянули рано утром 17 июня. В этот же день Трабера доставили в Москву.

И незадолго до полуночи Басманный суд Москвы «избрал меру пресечения в виде заключения под стражу сроком на два месяца в отношении Трабера Ильи Ильича…».

Из этого же официального сообщения Мосгорсуда стало известно, что Траберу предъявлено обвинение по пунктам «ж» и «з» части 2 ст. 105 УК и части 4 ст. 222 УК РФ. Это убийство группой лиц и по найму. И незаконный оборот огнестрельного оружия в составе организованной группы.

Еще в полдень 17 июня в одном из телеграм-каналов появилось сообщение, что Трабер задержан в рамках уголовного дела, возбужденного после убийства в Выборге местного бизнесмена Александра Петрова.

Александра Петрова убили выстрелом из снайперской винтовки 24 октября 2020 года. В тот день около пяти часов вечера бизнесмен приехал домой. Заскочил в особняк, переоделся и пошел к бане, расположенной метрах в двухстах от дома, на краю участка, на берегу реки Великая. Снайпер стрелял с противоположного берега реки с расстояния около 250 метров. И попал прямо в сердце жертвы.

В конце октября 2020 года я ездил в Выборг разбираться, что же на самом деле произошло в этом городе и кто мог заказать ликвидацию влиятельного бизнесмена, которого называли «хозяином Выборга». И без одобрения которого в городе нельзя было даже ларек с шаурмой поставить.

В Выборге у меня было много встреч. С теми, кто знал Петрова, с его друзьями и даже с теми, кто его недолюбливал или опасался. С адвокатами, с родственниками, с оперативниками.

И у меня начала вырисовываться такая картина: убивать Александра Петрова не было никакого смысла. Дело в том, что он был тяжело болен, и жить ему оставалось от силы несколько месяцев.

В расследовании «Выстрел по вертикали», опубликованном в «Новой газете» в конце 2020 года, мы рассказали: у Александра Петрова была диагностирована неизлечимая болезнь. И он задумывался о собственных похоронах.

С 20 сентября по 1 октября Петров прошел обследование в одной из швейцарских медицинских клиник. Ему было назначена медикаментозная подготовка к операции, которая была запланирована на 14 октября. Бизнесмен улетел на Мальдивы. Но вернуться в Швейцарию 14 октября не смог. Потому что 9 октября 2020 года страна закрыла все свои погранпереходы в аэропортах и на границах на коронавирусный карантин. И 14 октября вместо Швейцарии Петров прилетел в Россию.

А 17 октября, через три дня после возвращения, из его дома в поселке Великое был украден сейф. Но известно об этом стало только после убийства: заявления о краже он не подавал.

Чтобы украсть сейф из дома, который буквально напичкан камерами видеонаблюдения, надо было как минимум отключить эту систему. В том числе и секретные видеокамеры, не бросающиеся в глаза. Согласитесь, сделать это мог только специалист, который или сам устанавливал систему видеонаблюдения, или довольно часто бывал в доме.

Еще одна цитата из той публикации:

Ну и главное. В 2020 году имя Ильи Трабера не упоминалось среди тех, кому было выгодно убийство Александра Петрова. Скорее даже наоборот. Петров и Трабер дружили. Но Петров уже несколько лет как отошел от совместных бизнес-проектов. Все крупные активы в России распродал и собирался переехать за границу, к сыну Виталию.

Виталий Петров — автогонщик, пробившийся в «Формулу-1». В мире гонок он был известен по имени «Выборгская ракета».

Но спустя пять с половиной лет после убийства Александра Петрова, имя Ильи Трабера всплыло как имя возможного заказчика этого преступления.

Журналисты, блогеры, активисты — как с цепи сорвались, наперегонки рассказывая об аресте Трабера. При этом сам арест, как и возможная причастность к убийству Александра Петрова, упоминались вскользь, лишь как повод вспомнить, что в 90-х Трабер якобы дружил с вице-мэром Санкт-Петербурга Владимиром Путиным. Что Путин мог приложить руку к тому, что Трабер стал тем, кем стал, — одним из самых могущественных и влиятельных бизнесменов города на Неве.

Вообще могло сложиться впечатление, что Илью Трабера арестовали исключительно ради того, чтобы все бросились читать расследование«Новой газеты» «Друзья — не разлей нефть», опубликованное еще в апреле 2011 года.

Проблемы у Ильи Ильича, похоже, начались при реализации проекта строительства в районе Приморска глубоководного универсального портового комплекса. Этот проект был заявлен еще в 2019 году. На территории порта площадью порядка 760 гектаров планировалось разместить особую экономическую зону (ОЭЗ). Но реализация планов приостановлена.

Просочилась информация, что Илья Трабер якобы вывел из проекта порядка двух миллиардов рублей. И перекинул эти деньги за границу, куда вроде бы собирался перебраться на постоянное место жительства (у него есть гражданство Греции, а расследования правоохранителей в Испании и Монако, в которых фигурировало имя Трабера, давно закрыты и списаны в архивы).

Более того, в последние годы Илья Трабер активно распродавал свои активы в России. А активов этих очень много — на миллиарды долларов. В период с 2024-го по 2026-й бизнесмен продал свои доли в восьми компаниях с годовой выручкой порядка 10 млрд рублей. Сейчас в России он владеет акциями всего семи компаний с суммарным годовым оборотом «всего» в миллиард рублей.

Бизнесмен утверждал, что он вкладывает огромные деньги в фонд «Ленинградский рубеж». Но десятки или даже сотни миллионов рублей, вложенные Трабером в этот фонд, все-таки ничтожны в сравнении с миллиардами, которые в это же время он якобы выводил за границу.

Вот эту двойную игру Илье Траберу, возможно, и не простили.